Гарри Гон – Лагерь без тормозов (страница 3)
К этому моменту нас уже стояло трое, я и какие-то брат с сестрой. Они были противоположностями друг друга. Он высокий, кудрявый, толстые губы, выпуклые глаза, пепельные волосы, скорее всего крашеные, загорелый. Она не высокая, две косички, кончики синие, свой цвет рыжий, в веснушках, глаза глубоко посажены, будто все время вприщур, тонкие губы. Петя и Света.
Эти двое без остановки болтали. Их явно привезли не в первый раз: они знали воспитателя и время от времени обменивались с ним шуточками, которые я понять не мог. Но одна его реплика заставила их затихнуть, начав так же настороженно озираться, как и я.
– Гаврики, можете идти, – спокойно сказал Виктор Вениаминович, передавая нас подошедшей девушке.
– Привет, – начала девушка с мягкой улыбкой. – Меня зовут Ксюша, я буду вашей вожатой на эти три недели. Берите сумки, пойдём к остальным.
Подхватив свою сумку, я двинулся следом за процессией, возглавляемой Ксюшей.
За воротами меня первым делом поразил асфальт, исписанный цветными мелками: тут были названия, рисунки, какие-то странные узоры. Я замедлил шаг, разглядывая их, но процессия шла вперёд. Справа по дороге возвышалось двухэтажное здание.
– Справа от вас – четвёртый корпус. Там у нас живут малыши, – сообщила Ксюша. – Слева – штаб и кабинеты кружков. А рядом со штабом – актовый зал. Но пока можете его так не называть, во время смены придумаем другое имя.
Пока Ксюша вела экскурсию, я не заметил, как рядом со мной оказались Петя и Света.
– Как жизнь, меня Петром звать, – сказал Петя, перекидывая сумку на плечо и протягивая мне руку.
– Нормально, – я пожал его ладонь. – Меня Саней.
– Ого, сразу так официально, – фыркнула Света. – Тогда меня зови Светик, а то этот уже начал: «Петром звать». – Она передразнила брата и тоже протянула руку.
Петя ухмыльнулся:
– Ладно, зови Петькой.
Света нетерпеливо качнула головой:
– Руку-то жать будешь, бедолага?
От её слов меня передёрнуло. Ну, вот опять это слово! Решил не упускать шанс ответить:
– Очень приятно познакомиться с Гавриками, – бросил я, подражая отцовской ухмылке.
Секундная пауза. Петя и Света остановились, переглянулись, будто обсуждали, стоит ли меня сразу придушить, или дать время исправиться. Света слегка наклонила голову, изучая меня, а потом оба одновременно сказали:
– Это будет весело.
– Это будет весело.
Судя по их взглядам, имелось в виду не только для них, но и для меня. Интересно, с какой стороны…
Глава 4.
Нас привели в огромную беседку.
– Это ротонда, – начала Ксюша, оглядывая нас тёплым взглядом. – Тут проходят мероприятия, дискотеки, спевки. И по утрам мы будем обсуждать план на день.
Я мельком оглядел ротонду: просторная, крытая, с колоннами, но без стен, открытая всем ветрам. Она выглядела как центр жизни, где будет всё – от веселья до разбора полётов.
– А сейчас мы познакомимся, а потом поедим, – добавила Ксюша.
– Вот это уже другой разговор! – оживился Петька, и его голос эхом отразился от крыши. – А где мы будем жить? Надеюсь, весь корпус будет только наш, а не придётся делить с кем-то ещё.
– Посмотрим при заселении, сколько нас будет, – ответила Ксюша, кивая в сторону корпуса неподалёку.
Корпус выглядел как типичная дачная постройка: облупленная краска, деревянный каркас. Это должно было стать нашим домом на ближайшие недели.
У ротонды уже кипела жизнь. Ребята играли в какую-то игру, а неподалёку неестественно смеялась девушка в такой же зелёной футболке, как у Ксюши. Её большие выпученные глаза и миниатюрный рост делали её похожей на мультяшного персонажа.
– Пост сдал. – Она бросила это с ухмылкой, уходя в сторону корпуса.
– Пост принял, – отозвалась Ксюша, занимая её место.
С нашим приходом в группе началось оживление. Петька моментально включился в игру, громко подбадривая остальных. Света быстро сориентировалась, познакомилась со всеми и тут же начала раздавать прозвища. Я же терялся уже после третьего имени. Голову заполнила каша из лиц, голосов и смеха. Так себе знакомство.
На обед нас стало больше: к группе добавились ещё двое ребят, в итоге собралось около восемнадцати человек. После еды мы отправились к корпусу.
Внутри всё выглядело довольно типично: длинный коридор, запах дерева и старой краски. Слева – двери в туалеты, вожатская, а перед нами – комнаты. Нас распределили в ту, что напротив входа.
В комнате было три одноярусные кровати и одна двухъярусная. Петька тут же влетел первым:
– Чур, моя у окна слева! Санька, твоя справа снизу. Мы первые!
Я хотел возразить, но Петька обнял меня за плечо и быстро зашептал:
– Не упрямься. Это лучшее место. Розетка рядом. Потом спасибо скажешь.
– Я не просил.
– А я и не спрашивал. Давай, вещи кидай.
Вздохнув, я подошёл к койке, где уже лежала наволочка. Аккуратно заправляя постель, я успел отметить, что мебели тут видавшая виды: шкаф, четыре тумбочки, две из которых стояли у окна.
Вместе с нами в комнате оказалось ещё трое парней.
Щуплый и тихий очкарик Ваня, крупный чернобровый Артём с немного косящими глазами, и смуглый парнишка, которого Петька тут же окрестил «Цыган» – Эльдарчик.
– Ну что, парни, кто кого из девчонок приметил? – первым начал Эльдарчик, жуя какую-то конфету.
– С синими косичками даже не смотреть! – резко выпалил Петька, сжав кулак. – Это моя сестра.
– Не больно-то и хотелось, – ответил Эльдарчик, но в его тоне проскользнуло что-то обиженное.
– Вы не о том думаете, – вклинился Артём. – Сейчас продукты изымать начнут. Нужно схроны сделать.
– За это не волнуйся, – ухмыльнулся Петька. – У нас есть тайничок. До утра успеем.
Я вспомнил про телефон:
– У кого-нибудь есть мобила? Свой я забыл, а у родителей уже не попросишь.
Петька полез в карман и кинул мне старенькую чёрную Nokia:
– Вот, держи.
Это оказался небольшой телефон Nokia черного цвета, я быстро нашёл аску, и ввел по памяти: 626436768, пароль 2A2gV4si. Но безрезультатно.
– Не фурычит.
– Ты что хотел? Тут и позвонить не выйдет. Связь только у ворот или на поле.
– Чёрт… – выдохнул я.
– Так сильно надо? – спросил Петька, прищурившись.
– Надо. Сообщить… человеку. Чтобы не волновался.
– Ладно, не ссы. Сегодня всё устрою.
– Спасибо!
– Но не всё так просто. Ты мне будешь должен.
– И что тебе нужно? – спросил я, предчувствуя что-то нехорошее.
– Узнаешь потом. Согласен?