Гарри Гаррисон – Стальная Крыса. Золотые годы (страница 101)
— Мы надеемся, что ты сделаешь это первым делом. — Она взяла его за руки. — Только дай знать.
Уехали мы рано утром. Злоупотреблять гостеприимством не по мне.
— Это чудесные люди, — сказал капитан Страуд, вздымая вездеходом брызги в русле и хрустя галькой берега. — А пропуск, который вы дали Браму… Ни разу не слыхал ни о чем подобном.
— Мы тоже, пока эта идея не пришла нам в голову.
— Замечательно!
А вот Инскипп этого мнения не разделяет, подумал я. Потому что все счета будут поступать к нему.
Когда мы с лязгом затормозили на парковке, Страуд поинтересовался:
— Вы возвращаетесь на этом звездолете?
— Капитан сказал, что да. Просто коротенький крюк с заходом сюда.
— Я поговорил со здешним персоналом, и они с огромной радостью встретились бы с вами, чтобы показать здешнюю работу. Ведь это благодаря вам планету вырвали из темных веков гибели и отчаяния. Они хотели бы поблагодарить за это. От лица бессчетных зеленых, переставших быть париями и вырожденцами…
— Конечно, мы придем, — согласилась Анжелина. — Это большая честь.
Здание оказалось самым большим в комплексе — очевидно, штаб-квартира. Ни одного розового. Зеленая кожа и зеленые мундиры были здесь в порядке вещей. Мы миновали отдел связи, где военные — и мужчины, и женщины, — уткнувшиеся в свои экраны, удостаивали нас взглядом лишь мельком. У некоторых на плечах были красные погоны. Один из обладателей последних поглядел на нас и не сводил глаз долгие секунды, но в конце концов снова уставился в клавиатуру.
И я узнал его. Кажется. Все зеленые лица похожи одно на другое, как горошины. И все же это встревожило меня.
— Мы устроили небольшое собрание, — сказал капитан. — Старший персонал хотел бы встретиться с вами.
— Нет проблем.
В актовом зале на столах обещанием сверкали стаканы и бутылки. Но не успели мы добраться до них, как дорогу мне заступил седовласый офицер с красными погонами на плечах.
На сей раз я его узнал.
— Вы Властелин, — сказал я.
Он мрачно кивнул:
— Был. Тем разом мы встречались при сильно других обстоятельствах.
— Вот уж действительно.
— Теперь я работаю с добрыми людьми, пришедшими сюда помочь нам. Это ваших рук дело, полагаю?
— С радостью признаю, что да.
— Так я и думал. А теперь прошу простить, у меня еще масса дел.
Он развернулся и ушел. Анжелине это не понравилось.
— Это не тот бандит, который хотел нас убить?
— Тот самый. Уже реформированный.
— Будем надеяться…
После массы приветствий и решительно безалкогольных напитков мы ушли. По другому коридору.
— Еще одна встреча, — пояснил наш гид. — Вас хочет видеть наш командир.
— С удовольствием, — проворчал я.
Коридор был пуст, не считая единственного человека в мундире у двустворчатой двери. На плечах у него были красные погоны. Когда мы приблизились, он резко обернулся и распахнул двери.
Оттуда молча ринулся поток людей, вооруженных знакомыми дубинками.
Возглавлял их Властелин. С искаженным от ненависти лицом он взмахнул дубинкой.
Чисто инстинктивно заслонившись предплечьем, я взревел от боли.
Я и не оборачиваясь знал, что происходит у меня за спиной.
— Только не в сердце! — крикнул я, покачнувшись от мощного удара.
Властелин ударил снова и взвыл, когда пуля прошила ему руку. Снова заверещал и рухнул, когда Анжелина аккуратно прострелила ему обе ноги.
Следующие три ее выстрела угодили в ноги очередных атакующих, потом пули разорвались в потолке над толпой нападавших, осыпав их градом обломков штукатурки и облаком пыли. Натыкаясь друг на друга, они падали, бросали свои дубинки, спеша удрать от смертоносных выстрелов. Не прошло и трех секунд, как все они скрылись. Остались лишь сбившиеся в кучу раненые на полу.
— Тебе стоило его прикончить еще тогда, — сказала Анжелина. Ее пистолет был по-прежнему готов к действию, дайте лишь мишень.
— Спасибо, — выдохнул я, потирая онемевшую от боли руку.
Нам принесли множество пылких извинений. Врач забинтовал мне руку, но лишь после того, как впрыснул желанное обезболивающее. Мы с радостью встретили вооруженный эскорт, который препроводил нас до машины в целости и сохранности.
— Я понимаю побуждения Властелина, — сказал я. — До моего появления вся планета была его собственностью.
— Король на куче дерьма, — бросила Анжелина. Во взоре ее еще не угас отблеск смерти.
— Да. Но это была его собственная куча дерьма.
Взяв меня за здоровую руку, она наконец улыбнулась:
— Не пора ли домой, как ты думаешь?
— Давно пора! Солнце, покой, отдых и всяческие цивилизованные удовольствия.
Мы в унисон засмеялись; будущее рисовалось лучезарным и счастливым.
«До следующего раза», — прошептало мое подсознание.
Но я его проигнорировал.
Золотые годы Стальной Крысы
Рассказ
— Да никак это старина Скользкий Джим ди Гриз!
Когда охранник увидел меня прикованным наручниками к запястью рослого полицейского, его уродливое лицо расплылось в злобной ухмылке. С нескрываемым наслаждением он распахнул дверь и, пока снимали наручники, подошел поближе и крепко — пожалуй, даже чересчур крепко — ухватил меня за руку. Едва мое запястье освободилось, он резко дернул меня и потащил вперед. Я еле удержался на ногах, но засеменил следом, прошаркав за дверь, на которой висела покрытая патиной бронзовая табличка с трогательной надписью:
В СИИ ВРАТА ВХОДЯТ ДРЯХЛЫЕ КЛЯЧИ
ПРЕСТУПНОГО МИРА ГАЛАКТИКИ
Грандиозно! Вот так всегда: полиция не преминет пнуть лежачего. Садист-провожатый все ускорял шаги, и мне приходилось шаркать быстрее.
— Мне надо сесть… — пропыхтел я, делая слабые попытки освободиться от цепкой хватки и присесть на стоящую у стены скамью.
— Успеешь насидеться, папаша. Тут только этим и занимаются. Сначала познакомься с начальством.
И он повлек меня, несмотря на вялое сопротивление, дальше по коридору, к массивной стальной двери и громко постучал. Колени мои подгибались, я ловил воздух ртом. На стене висело зеркало с увещевающей табличкой:
ПОСМОТРИ-КА, УБЕДИСЬ:
АККУРАТЕН ЛИ И ЧИСТ?
А КОГДА ТЫ НОГИ МЫЛ?
МОЖЕТ, ВОВСЕ ПОЗАБЫЛ?