Гарольд Роббинс – Соблазнитель душ (страница 46)
— Братья и сестры во Христе, давайте начнем наш праздник с молитвы.
Он сложил руки перед грудью и посмотрел в пол. Сидящие в зале замерли.
— Мы благодарим Тебя, о Господи, за то, что Ты обратил нашу мечту в явь. Мы посвящаем себя и эту церковь служению Тебе, как указано нам в житии Твоего единственного и возлюбленного Сына Иисуса Христа. И все устремления наших умов, тел и сердец мы направим на то, чтобы нести людям Его святое слово…
Книга третья
ИИСУС И ВЛАСТЬ
ГЛАВА 1
— Извините, что опоздал, — Пастырь быстрым шагом вошел в зал совета директоров и занял место во главе стола, — но, услышав о покушении на президента Рейгана, я отменил текущую передачу и заменил ее молебном о его скорейшем выздоровлении, а также выздоровлении его помощника, Джеймса Брейди, и сотрудника Секретной службы, пострадавших при нападении. Мы выйдем в эфир в семь вечера на восточном побережье и в четыре часа на западном. Кроме нас этого не сделает никто. Так что утрем нос остальным телепроповедникам.
— Что произошло? — спросил Джейк Рэндл, сидевший у противоположного торца. — По телевидению передали, что президента увезли в больницу, но никто не знает, сильно ли ему досталось.
— Возможно, все обойдется. Один из репортеров сообщил, что в больнице он вышел из машины без посторонней помощи, но подтверждений этому пока нет.
— Тогда нам повезло. Если он быстро поправится, наши рекламщики позаботятся о том, чтобы вся страна узнала, чьи молитвы первыми призвали Иисуса на помощь президенту.
Пастырь молча смотрел на старика. Тот не отвел взгляда.
— И я рад, что ты наладил хорошие отношения с окружением Буша, хотя раньше мне казалось, что ты только теряешь на них время. Если президент умрет, Фолуэллу припомнят его попытки уговорить Рейгана не останавливать свой выбор на Буше.
— Я думал, вы тоже приложили к этому руку.
— Я лишь дал их комитету деньги, не более того. Лично мне представлялось, что Хейг[23] — более достойный кандидат в вице-президенты. С одним, впрочем, теперь совершенно ясно. Мы должны взять под свой контроль палату представителей на выборах восемьдесят второго года. Если они расправятся с президентом, а потом прикончат Буша, в Белом доме обоснуется Тип О’Нил[24] и демократы.
— До выборов восемьдесят второго еще полтора года, заметил Пастырь.
— Готовиться к ним надо заранее. Мы должны защитить себя, чтобы не потерять приобретенное.
Пастырь кивнул и оглядел сидящих за столом.
— Пора начать заседание и заняться собственными делами. — Собравшиеся одобрительно закивали. Он поднял деревянный молоточек и постучал по столу. — Заседание совета директоров Дома Господнего церкви триумфа христианской Америки объявляется открытым. — Пастырь повернулся к Беверли, сидящей по его правую руку. — Не огласит ли секретарь список присутствующих и решение предыдущего заседания?
Беверли встала. Имена присутствующих она помнила наизусть.
— Мистер Джейк Рэндл, мистер Ричард Крэйг, мистер Джон Эверетт, мистер Чарлз Майклз, мистер Маркус Линкольн, миссис Элен Лейси, миссис Джейн Толбот, доктор Эндрю Толбот. — После паузы она взяла со стола черную кожаную папку. — Копия решения предыдущего заседания лежит в папке перед каждым из вас. Сейчас я его зачитаю.
Рэндл встал.
— Вношу предложение не зачитывать решение и одобрить его в том виде, как оно записано.
— Поддерживаю предложение, — откликнулся Крэйг.
Пастырь тоже встал.
— Проводим голосование по внесенному предложению. Прошу сказать «да» всех, кто его поддерживает.
Предложение Рэндла прошло единогласно. Пастырь кивнул Беверли.
— Вы можете зачитать нам финансовый отчет за последний квартал. Беверли взяла со стола другую папку.
— Копия финансового отчета с подробным изложением статей доходов и расходов также роздана каждому из вас. С вашего разрешения я зачитаю лишь главные параметры.
Доход от пожертвований и взносов — 12,1 миллиона. Доход от дивидентов, процентов и прочих источников — 4,7 миллиона. Суммарный доход — 16,8 миллиона. Эксплуатационные расходы — 10,5 миллиона. Прибыль, оставшаяся после оплаты всех счетов, — 5,5 миллиона. Общая прибыль, инвестиции в государственные ценные бумаги акции и депозиты в различных банках — 41,4 миллиона.
Беверли подняла голову.
— Я хотела бы добавить, что эксплуатационные расходы за два месяца этого квартала, которые попали в текущий финансовый год, возросли примерно на миллион долларов в месяц в связи с увеличением стоимости эфирного времени на радио и телевидении.
— А наши доходы? — спросил Рэндл. — Они тоже возросли?
— Пожертвования и взносы в сумме остались примерно на том же уровне, примерно четыре миллиона долларов в месяц, сэр, — ответила она. — Разумеется, доходы от инвестиций возросли, но не в такой степени, как расходы. И я опасаюсь, что наметившаяся негативная тенденция соотношения доходов и расходов еще более проявится к середине года.
— То есть вы хотите сказать, что нас ждет увеличение расходов на двенадцать-четырнадцать миллионов долларов при сохраняющихся на прежнем уровне доходах. Так?
Беверли кивнула.
— Да, сэр.
— Благодарю, — Рэндл подождал, пока Беверли сядет. Оглядел директоров. — Не слишком радостные новости. Никто не произнес ни слова, понимая, что старик еще не закончил. И действительно, он посмотрел на Пастыря.
— Мне представляется, что ты должен изыскать возможность повысить наши доходы.
Пастырь не отвел взгляд.
— Возможно. Но, может быть, у вас есть предложения, как мне это сделать.
— Тебе надо лишь последовать примеру других.
Организовать выездные проповеди и собирать пожертвования. Джерри Фолуэлл, Орэл Робертс только этим и занимаются. Им не стыдно выходить к людям и просить деньги.
— Мне тоже не стыдно. Но, при всем моем уважении к этим достопочтенным проповедникам, я не собираюсь строить себе памятники в виде школ и больниц. Я хочу построить лишь единственный памятник — Богу.
— Никто и не возражает, доктор Толбот. Но как нам остаться на плаву, если расходы растут, а доходы остаются неизменными? Необходимо расширить число прихожан и, соответственно, увеличить доходы.
— Это легче сказать, чем сделать.
— Фолуэлл это делает. Он хвалится, что его смотрят двадцать пять миллионов телезрителей. Но такого не добиться, если сидеть на одном месте и ждать, пока люди придут к тебе. Он идет к ним, дабы им не осталось ничего иного, как заметить его.
Пастырь повернулся к Маркусу Линкольну.
— Мистер Линкольн, вы принесли отчет «Эрбитрон компани», о котором я вам говорил?
Линкольн кивнул и достал из брифкейса папку, которую и передал Пастырю.
Пастырь раскрыл ее, оглядел сидящих за столом.
— Тут приведены статистические данные о зрителях всех религиозных телепрограмм, начиная с тысяча де-пятьсот семьдесят пятого года. Тогда их было двадцать миллионов восемьсот тысяч. В год нашего открытия, то есть в семьдесят шестом, число зрителей возросло на два миллиона. И оставалось на этом уровне еще два года. В семьдесят девятом упало до двадцати одного миллиона четырехсот тысяч, в восьмидесятом — до двадцати с половиной миллионов. Речь идет о всех религиозных программах, включая Фолуэлла, одного их шестидесяти шести телепроповедников. — Он закрыл папку. — В отчете также указано, что религиозные телепередачи предпочитают зрители от пятидесяти лет и старше, причем женщин среди них больше, чем мужчин.
В свете вышесказанного мне представляется, что мы можем гордиться поддержанием наших доходов на неизменном уровне. Такого не удается никому. У нас нет долгов. Все счета оплачиваются в срок и мы по-прежнему имеем немалую прибыль. За это мы должны поблагодарить нашего Господа.
— Аминь, — подвел черту Джейк. — То есть ты думаешь, что мы должны просто сидеть и смотреть, что будет дальше?
Пастырь взглянул ему в глаза.
— Я этого не говорил.
— А что же ты говоришь?
— Я говорю, что деньги, лежащие в банках, акции, ценные бумаги не идут на пользу Богу. Я думаю, эти деньги должны работать на то, чтобы приблизить церковь, Его церковь к людям. — Он замолчал. Никто не произнес ни слова, даже старик. Пастырь глубоко вдохнул и продолжил: — В мою бытность странствующим проповедником мы приезжали только в те города, церкви которых встречали нас с распростертыми объятиями и оказывали нам всяческое содействие, чтобы наши усилия привели как можно больше людей в объятия Иисуса Христа. А собранными пожертвованиями мы делились с местной церковью. Деньги оставались в городе и использовались во благо прихожан.
— Телевизионные программы этим не занимаются. Мы начали измерять наши успехи в долларах, а не в спасенных душах. Мы можем вести счет деньгам, но кому из нас под силу считать души? Можем ли мы показать, сколько душ повернулось к Христу благодаря нашим усилиям и осталось с Ним? Телепроповедники этого не делают. Да и не могут.
— Есть только одно место, где такое возможно. В церквях городов, где смотрят или слушают наши передачи. Я предлагаю распределить часть собранных нами денег по местным церквям, пасторы которых едва сводят концы с концами, и объединить с ними наши усилия, чтобы свет учения Христа не угасал в сердцах их прихожан.
— Получается, мы должны выбросить наши деньги, пробурчал Рэндл.
— Это не наши деньги, — возразил Пастырь. — Божьи.
Возможно, не возьми их мы, они бы пошли в местную церковь. — Не возьми их мы, они достались бы Пату Робертсону, Джимми Сваггарду, Эрнсту Энгли или Полу Кроучу, — жестко ответил старик.