Гарфилд Ривз-Стивенс – Хроники Галена Сорда № 1: Перемещенный (страница 24)

Торговля шла еще минут пять. Танту картинно взмахивала руками, воздевала очи горе, в отчаянии билась лбом о столешницу, но не делала даже попытки подняться и уйти. Этот спектакль она прекратила только тогда, когда давешний официант принес два стакана, наполненные жидкостью, очень напоминавшей обычную воду. Как только официант удалился, торговля возобновилась с новой силой, и Сорд, прислушиваясь к ней, почувствовал, как растет его симпатия к Мартину, спокойно отметавшему одно требование Танту за другим. Наконец, торговля достигла наивысшей точки. Танту твердо стояла на двадцати “целых” - что бы это ни значило, тогда как Мартин настаивал на тридцати в четырех тоже непонятно чего.

- Послушай Аркадий, - говорила Танту, для вящей убедительности ударяя себя в грудь. - Я несу издержки. Не меньше десяти “целых” понадобится для снятия заклятия, а мне еще нужно кушать, знаешь ли.

Мартин отвел взгляд в сторону:

- Для снятия возьмешь шесть из десяти.

Танту подперла щеку ладонью и тяжело вздохнула. Сорд почувствовал, что дело движется к развязке.

- Послушай, Аркадий, похоже, у нас с тобой различное мнение относительно того, что собой представляет снятие заклятие с Луча. Или нет?

Мартин молча уставился на нее.

- О’кей, тогда у меня есть следующее предложение: ты даешь мне пятнадцать “целых” и пять “целых”. - Она подняла руку, предупреждая возражения собеседника. - Это двадцать в двух. И, кроме того, ты обеспечиваешь всем, что понадобится для снятия заклятия. Если это составит шесть из десяти - хорошо, но, если это составит десять “целых”, тебе придется доплатить разницу.

Некоторое время Мартин обдумывал услышанное.

- Аркадий заплатит только за снятие заклятия? - наконец спросил он.

- Плюс пятнадцать “целых” и пять “целых”.

- Не пятнадцать, - возразил Мартин. - Ровно двадцать в двух.

Танту нахмурилась: было заметно, что она колеблется.

Мартин поднял кулак и выставил костяшками наружу:

- Все, на что может рассчитывать Танту - это на две по десять “целых”.

- Ладно, черт с тобой, - махнула рукой Танту и провела костяшками по его кулаку. Затем повернулась к Сорду. - Твой мохнатый приятель, похоже, неплохо обтяпал это дело, верно?

Она опять поправила воротничок и добавила:

- Наверное, мне нужно было начинать торговаться сразу с Кристалла Превращения Аркадий и забрать его прямо сейчас, верно, парень?

Сорд неопределенно улыбнулся:

- Да, конечно.

Но ответил он не очень уверенно, и это не ускользнуло от цепкого взгляда женщины.

- Кристалл Превращения Аркадий, - повторила она. - Ты что-нибудь о нем слышал?

Сорд в растерянности посмотрел на Мартина, не зная, что отвечать.

- А ну, не смотри на него! - вскричала Танту. Схватив Галена за подбородок, она резко отвернула его голову в сторону, не давая встретиться взглядом с Мартином. - Смотри мне прямо в глаза! Ну-ка, расскажи, что такое Кристалл Превращения Аркадий, быстро!

Сорд крепко ухватил кисть женщины и, оторвав от своего подбородка, припечатал к столешнице ее руку.

- Я не знаю, - прошипел он.

- Значит, ты не друг Аркадия! - гневно воскликнула она, и резко повернулась к Мартину. - А ты! Пришел сюда с недоноском, который даже не знает, что такое Превращение. И вообще - с чего это вдруг вы оказались в эти дни в городе?

Неожиданно глаза ее сузились, и она устремила пристальный взгляд в лицо Мартина.

- Постой-ка, - пробормотала она. С этими словами она схватила Мартина за подбородок, как только что Сорда.

Мартин зарычал, обнажив клыки. Танту рассмеялась и быстро отдернула руку.

- Я говорила тебе, мой клыкастый друг, - сплюнула она, поднимаясь из-за стола, - вам не удастся втянуть Танту в ваши межклановые конфликты. Ты либо остановился на полпути в момент своего последнего Превращения, либо ты… сейшенский половинник!

Мартин взревел и бросился на женщину. Стол развалился под ударом его кулака. Сорд отпихнулся от стола и вскочил на ноги. Он увидел Танту, мчавшуюся куда-то вглубь помещения, и повисшего на ее плечах Мартина. Послышался истошный визг. Сорд ухватил Мартина за шкирку, пытаясь оторвать от женщины, и в этот момент в его плечи словно впилось два стальных крюка.

У Галена перехватило дыхание. Он чувствовал, как все тело его содрогается, словно под действием электрического тока, как судорогой сводит трапециевидные мышцы. О том, чтобы поднять руку и пощупать, что же его схватило, не могло быть и речи. Затем в обоих плечах что-то хрустнуло - мышцы не выдержали и принялись рваться. Неожиданно одно плечо оказалось свободным, и Гален ощутил, как он медленно начинает поворачиваться вокруг своей оси. Перед его затуманившимся взором пронеслась панорама растревоженного Межветрия, сменившаяся затем голубой тканью и резным серебряным распятием, извивавшимся, словно ветви дерева.

Сорд помотал головой. Перед глазами прояснилось, и он понял, что смотрит на чью-то грудь, причем какого-то очень высокого ростом существа, по-прежнему державшего его на весу. Гален поднял голову и встретился взглядом с пустыми глазницами черепа.

Это было то, что воспрепятствовало Сорду помочь Мартину: живой скелет с обтянутым полупрозрачной белой кожей черепом, изрытой ямками и рябью, словно под ней никогда не было живой плоти и крови. То, что служило существу губами, напоминало две тонких нити, сложенных в бессмысленной гримасе поверх длинных, не имеющих десен, зубов, иссеченных ржавыми трещинами. Но страшнее всего были глаза чудовища, от пристального взгляда которых Гален вдруг почувствовал, как душа ушла в пятки, а волосы на голове встали дыбом, словно наэлектризованные. Глаза скелета, повисшие буквально в дюйме от лица Сорда, напоминали теперь жесткие шары насыщенно-голубого цвета, испещренные серебристо мерцавшими блестками, вместе с тем совершенно непрозрачные, так что внутреннего строения разглядеть было невозможно.

Чудовище, не отрываясь, смотрело на Сорда. Затем нити его губ слегка растянулись в некоем подобии улыбки. Рядом с головой человека вдруг оказалась громадная уродливая рука, как и череп, обтянутая белой кожей, с длинными гибкими пальцами, увенчанными перламутровыми когтями добрых два дюйма в длину. Гален содрогнулся, почувствовав прикосновение одного из когтей к своей голове. Затем он ощутил острую боль, пронзившую все его существо, и, немного придя в себя, обнаружил руку скелета, отведенную в сторону. Костистые пальцы сжимали клок волос, выдранный из головы Сорда вместе с лоскутом окровавленной кожи.

- Плохо,- произнесло чудовище. Голос его был глух и нес в себе смрад могильной земли и смерти.

Сорда едва не стошнило. Неожиданно железная хватка ослабла, и он рухнул вниз. Ударившись о засыпанный стружкой пол, Гален некоторое время лежал неподвижно. Руки казались неживыми и какими-то чужими. Откуда-то из глубины зала доносилось рычание Мартина и визг Танту. В уши Сорду назойливо лез чей-то голос, и он вдруг сообразил, что это Ко. Собрав все силы, он заставил себя приподняться на четвереньки, и в этот момент боевой рев Мартина сменился криком ужаса и боли. Преодолевая тошноту и слабость, Гален поднялся.

Чудовище нависло над Мартином. Остальные посетители заведения благоразумно ретировались.

- Мартин! - отчаянно завопил Сорд.

Гигантский скелет, одетый в кое-как скроенные штаны и рубашку, сомкнул уродливые пальцы на шее Мартина и легко, словно пушинку, поднял извивающегося Аркадия в воздух.

Танту вскочила на ноги. На лице ее застыло выражение ужаса. Вскинув руку в направлении Мартина, словно в ней был зажат пистолет, хотя вместо металла ее пальцы сжимали мягко поблескивающий собственным внутренним светом красный кристалл, она истошно завизжала:

- Проклятый половинник!

Чудовище запустило руку в бок Мартина и, по-прежнему держа его на весу, повернуло лицом к себе. В глазах половинника отразился ужас, когда он понял, что его схватило. Из губ вырвался отчаянный вопль. Скелет поднес коготь к голове Аркадия и принялся выдирать клок редких черных волос.

Сорд решил, что насмотрелся достаточно. Бросившись вперед, он выставил перед собой обе руки, сцепленные в замок, и всей тяжестью тела ударил чудовище в позвоночник. Это было все равно, что бить мраморную статую. Однако двойной удар заставил скелета выпустить Мартина и повернуться лицом к новому противнику.

Огромный рот хищно искривился, расколов череп чуть ли не пополам. Не размахиваясь, скелет нанес удар Сорду раскрытой ладонью, который, словно пушинку, бросил человека на пол. Затем, вытянув вторую руку, по-прежнему зажатую в кулак, перед собой, чудовище медленно разжало ладонь и показало Галену, что в ней пряталось.

Сорд заморгал, стараясь вернуть резкость зрению. На ладони скелета покоился клок окровавленных волос, выдранных перед этим из головы Галена. Вторая ладонь скелета легла на первую, накрыв волосы. Где-то, казалось, в отдалении, сотня глоток одновременно вскрикнула от изумления. Послышался грохот переворачиваемых столов и стульев, звон разбитой посуды и затихающий топот множества ног, лап и копыт по засыпанному древесной стружкой полу.

А затем Гален услышал пение, негромкое и чистое, тем не менее, перекрывшее весь остальной шум. Пение, которое он распознал сразу, не смотря на охватившую вдруг его дрожь. Пение, которое до сих пор хранилось у него на магнитной ленте. Последнее послание Асквиза.