Гампопа – Таблеточку, Ваше Темнейшество? (страница 8)
Дата продажи, цена, наименование – ничего нового. А вот в конце месяца в порядке убывания записывались наиболее успешные «растворчики».
Я наугад посмотрела на пятую позицию. Пф-ф-ф-ф, серьезно?
Растворчик «Мужская боеготовность маленького друга хозяина»?! Шалфей, розмарин, сабельник, аралия, пастушья сумка, родиола розовая? Больше двух тысяч продаж за месяц? Так, понятно, на отношения с противоположным полом в этом городе лучше не рассчитывать, пока я не вычислю всех покупателей этой штуки. А вот это даже больше «боеготовности» продалось… «Превращение равнины в горные хребты»…
А что на третьей позиции-то? «Для противостоянию главному врагу маленького боевого друга – головной боли». Зверобой, мята и боярышник. Что ж, хоть состав не страшный.
На первые две позиции смотреть было страшно, поэтому я спустилась чуть ниже. «Для облегчения последствий любви». Мята, календула, разбавленное горячительное… Явно не разбитое сердце лечить. О, а тут и приписка есть. «Всякому, кто на своих холмах задних любовь руки тяжелой познал, удовольствие получил, но сидеть не может. Трижды в день».
Я громко рассмеялась, наконец, не выдержав абсурдности написанного. А потом тяжело вздохнула. Я еще точно не знала, что и как буду готовить и продавать. Совершенно неясно было, как я со всем этим справлюсь в одиночку. Но одно я знала точно – здешних мужчин я буду обходить стороной!
Пока я разбирала завалы, незаметно подкралось обеденное время. Нет, я поняла это совсем не по урчащему желудку. За время работы в аптеке он уже привык, что никакие вопли о помощи вроде «Накорми меня, иначе я тебя изведу!» не работают от слова совсем, поэтому вел себя смирно. Всего лишь была одна однозначная и вполне ожидаемая фраза:
– Мы жрать!
Какое единодушное и бодрое трио! И частично комичное: тонкие детские голоса Наи и Ная никак не вязались с грубой фразой.
– Ау-у-у! – послышался голос Мика. – Ты где? Отзовись!
Надо же, все-таки ждет хозяйку дома, а не заходит внаглую. Я проигнорировала вопрос – я тут, знаете ли, от самого настоящего колодца на заднем дворе самое настоящее ведро, полное воды, тащила. Ничего, что тяжело, что холодная вода прямо на ноги капает. Последнее вообще хорошо: сейчас половина выльется – и тащить будет легче. Я вздохнула и поставила ведро – с утешением у меня беда, даже саму себя не получается. Вычислили меня быстро: секунда – и передо мной возник Мик. Хорошо, что ведро поставила, иначе точно нести мне было бы легко-прелегко – стопроцентно опрокинула бы.
– А че не сразу два? – спросил подросток, выразительно глядя на ведро.
– Мне свободная рука нужна, – прошипела я в ответ.
– Зачем? За стенку подержаться? – издевательски сказал Мик.
– Нет, нахала за ухо оттягать, – честно сказала я, глядя на Мика исподлобья.
Я хотела взять ведро, однако его у меня выхватили прямо из-под носа.
– Куда? – поинтересовался Мик.
– Ты чего такой добренький? – подозрительно уточнила я, но жестом показала, куда нести водичку. – И где Най и Ная? И ты же еще не взрослый, сам-то не надорвешься?
Мик нес ведро с легкостью, но как взрослая я должна была поинтересоваться!
– Я? Я не добрый. Когда ты несла ведро, ты выглядела так, что вот-вот помрешь. А мне для полной картины только обвинения в убийстве не хватало, – едко сказал Мик. – А они жратву готовят. Ты-то меня с собой не сравнивай. У меня кровь смешанная – от Светлейшей и Темнейшего. Мы, смески, отличаемся большой физической силой и выносливостью, так что… Претемной заднице посох в печень! Что тут произошло?!
Мик превратился в каменное изваяние, когда встал на пороге рабочей комнаты.
– Уборка, – невозмутимо сказала я, оглядывая помещение.
Я решила не мелочиться: вытащила все ящики, открыла все шкафы, испорченные растения запихала в найденные мешки, а грязную посуду впихнула в огромные тазики. Наверное, все походило бы на уборку, если бы не несколько неоднозначных фактов: мешки, в которые я сложила мусор, почему-то были с красными пятнами, а тазы, где отмокали банки-склянки, были серо-буро-зелеными (какой я только пакости не нашла внутри, ничего удивительного).
– В-ведьма светлая?! Да разве же с-светлые такое творят… – пробормотал Мик, становясь куда более вежливым и менее нахальным.
Даже ведро аккуратно поставил, не расплескав ни капельки воды.
– Слушай, с чего ты решил, что я ведьма? – спросила я.
В конце концов, никому об этом факте я не сообщала. И что-то мне подсказывало, что дело тут совсем не в моей таблеточной машинке. Думаю, за все время они попаданцев с чем только не видели.
– Так все знают, – растерянно сказал Мик. – Еще как твой дилижанс пришел, все были в курсе. Оно у тебя в документах написано, если там кто-то с опасной профессией, то жителям говорят… Считается, что ведьмы опасны.
– Слушай, если ведьмы опасны, то ты как меня ограбить решился? – поинтересовалась я, перекладывая частично отмокшую посуду в новый тазик.
– Так светлая ж. Светлые не опасны. Наверное, – сказал Мик, опасливо косясь на таз, где лежала посуда. – Не опасны ведь?
– Наверное, – улыбнулась я Мику.
Больше подросток со мной не пререкался, не шипел, более того – безропотно помог мне с уборкой, словно так и нужно было. Ная вошла как раз тогда, когда мы привели комнату в относительный порядок.
– Есть готово, – сказала девчушка своим нежным голоском, добавив: – Пойдемте жрать.
Обед проходил на удивление бодро и оживленно. Не в плане поглощения еды, а в плане беседы. Мик, кажется, стал намного лучше ко мне относиться. По крайней мере, я получила развернутые ответы на все свои вопросы без исключения.
Я узнала, где травник брал травы: из-за магической жилы недалеко от леса произрастало множество растений разных видов. Причем даже те, которым совершенно несвойственно произрастание в таких условиях. Теперь я поняла, почему у травника было столько разнообразного сырья. Мик рассказал, где можно было прикупить спирт и еще чего покрепче, а также про то, что вода, оказывается, частично обеззараживается магией, поэтому из-за нее невозможно заболеть. Я уже довольно потирала ручки, понимая, что пусть не все, но кое-что в таких условиях сделать можно. Да и то, что передняя комната раньше использовалась для торговли, порадовало. По словам Ная, если там все прибрать, то вполне можно будет торговать.
– Но придут ли сюда люди? – вздохнула я, отчетливо осознавая, что не являюсь таким же гением маркетинга, как травник.
– Придут, придут. Сначала от любопытства, а потом как работать будешь. В любом случае, Светлейшие – постоянные гости травников. На них всякие штуки действуют намного сильнее, чем на обычных людей, – невнятно пробормотал Мик, пытаясь прожевать огромный кусок булки, который запихал себе в рот.
Я заметила, что Най и Ная вполне успешно копируют его поведение. К счастью, наглости они еще не подхватили, но кто знает, кто знает…
Я поела раньше детей – сравним ли мой аппетит с таковым у растущих организмов? И четко поняла, что во время завтрака кое-кто поскромничал. Пока все трое моих невольных гостей продолжали есть как хомяки, я обдумывала сложившуюся ситуацию и маленькими глотками пила травяной чай.
Здешних людей не знаю, готовить не умею и навряд ли быстро научусь, тяжести таскать не слишком люблю. Только всякие травяные лекарства могу сделать и продать их – тут мне мои знания ботаники и бухгалтерские книги травника в помощь. Но этого явно недостаточно. Да еще и подготовить помещение для торговли надо. И нынче трое оголодавших ребятишек прибилось. Так почему бы не совместить благородство с некоторой корыстью и хитростью?
– Мик, дело есть, – сказала я, подпирая подбородок ладонью и внимательно глядя на подростка. – Ты же работу ищешь? Думаю, я могу тебе кое-что предложить, что не потребует слишком больших усилий, но принесет деньги…
– Я не люблю девушек постарше, даже не надейся, – тут же сказал Мик, отчего я подавилась импровизированным чаем, который едва не вышел у меня через нос.
Да, это было более неожиданно, чем мужчина, искавший когда-то в аптеке вантуз для младенцев. Еще никто на моей памяти так оригинально молокоотсос не называл. Невозмутимое выражение лица мне далось не без труда, но я ответила:
– То есть я могу не надеяться, что ты поможешь мне с подготовкой помещения для торговли, сбором трав и перетаскиванием воды за определенную плату, верно? И все твои слова о том, что ты ищешь достойную оплачиваемую работу, были враньем?
Глава 6
Мог ли Мик отказаться от подобного предложения? Да ни за что! Его сияющие глаза и довольная улыбка очень четко сказали мне – я получила надежного подчиненного, который будет за работу держаться.
Жизнь в новом мире постепенно налаживалась. Частично благодаря трем моим новым помощникам, двое из которых работали за еду и жилье в самом прямом смысле этого слова. Ная и Най взяли на себя готовку и уборку. Сначала я боялась оставлять их без присмотра – все-таки дети, но Мик глянул на меня укоризненно, поржал над моей наивностью и подробно перечислил, что умеют эти детки. Скажем так, если бы мы все одновременно попали на необитаемый остров, то Най и Ная выжили бы с куда большей вероятностью, чем я.