Гамид Амиров – Лев и Солнце (страница 11)

Он повелительным жестом махнул рукой и осуждающе произнес:

– Вы что тут устроили? На улице прямо!

Фиксатый, как оказалось, был с ним знаком. Он опустил нож и криво ухмыльнулся:

– Что? Будешь мазу сейчас за своих тянуть? Профессор! Да они беспредельщики! Не уважают старших.

Мужчина бегло окинул взглядом ребят и с беспристрастным выражением лица сказал:

– Оставь их в покое, Фикса. Они же детвора. На кого ты с финкой кинулся? Сам как беспредельщик себя ведешь…

– Но он должен ответить! – крикнул фиксатый и замахнулся ножом, пытаясь полоснуть по лицу Рудика.

Но мужчина ловко перехватил его руку.

– Тормози, говорю! Что ты тут устроил? – хмуро сказал он фиксатому.

Качки все это время даже не шевелились. Было видно, что они не собираются идти против заступившегося за ребят мужчины. К тому же от дверей «Интуриста» скорым шагом к ним направлялись несколько человек. Один из них, неуловимо похожий на русоволосого, только темнее и старше него, крикнул:

– Цо! Ми зарге!20

Фикса заволновался. Мужчина отпустил его руку и спокойно произнес:

– Иди своей дорогой, Фикса! Считай, что ничего не было!

Фиксатый со злобой окинул взглядом Рудика и вместе со своим друзьям поспешил удалиться. Мужчины, вышедшие из «Интуриста», о чем-то громко заговорили на армянском с Ваго и Аликом. Скорее всего, ругали их.

Красавчик в белом костюме продолжал спокойно стоять, не выражая никаких эмоций. К нему подошел похожий на него мужчина (он был одет в простые черные брюки и такого же цвета футболку) и спросил:

– Инча эhэль, Артур?21

– Вочинч22, – ответил красавчик и посмотрел на Рудика, который тоже был абсолютно спокоен и стоял с высоко поднятой головой. – Ты что, Фиксу не знаешь? – спросил он у него.

– Нет. А почему я должен его знать? – Рудик усмехнулся. – Он что, знаменитость?

– Так ты не ростовский, что ли?

– Нет! Я из Нальчика.

– Ты армянин? – спросил мужчина в черном.

– Нет, я горский еврей, – ответил Рудик.

– У него мама армянка, – вмешался в разговор Ваго. – Анаид… Дочь Лусинэ Маркосян.

Мужчины переглянулись, Артур перевел удивленный взгляд на Рудика:

– Ты… Отец у тебя… Иосиф, кажется, его зовут?

– Д-да… – ошарашенно произнес парень. – А откуда вы знаете? Вы… кто?

Мужчина в черном улыбнулся и протянул ему руку:

– Меня зовут Микаэл. А это мой младший брат Артур.

– Рудик! – ответил парень и пожал руку, не понимая что происходит.

Артур дружелюбно посмотрел на него и сказал:

– Сама судьба тебе нас послала! А то Фикса порезал бы тебя на куски.

– Кто вы? – еще раз спросил Рудик.

– Мы, получается, родственники! – улыбнулся Микаэл. – Твоя мама Анаид – наша троюродная сестра!

– Лав эли!23 – схватился за голову Ваго.

– Но я вас впервые вижу! – воскликнул Рудик.

– Так мы же не в Нальчике живем, – подмигнул ему Микаэл. – Мы несколько лет назад приехали в Ростов.

– Ну ладно, мне пора! – сказал Артур и властным голосом добавил: – Расходимся, ребята! Хватит болтать! – Потом снова взглянул на Рудика: – Приходи к нам! Мы каждый вечер тут, в «Интуристе»! Заходи прямо завтра, познакомимся получше! Если помощь нужна, всегда говори!

– Хорошо! Спасибо! – кивнул Рудик.

Артур остановил такси и уехал, Микаэл с друзьями дождались, пока ребята тоже сядут в такси, и пошли обратно в гостиницу.

Вернувшись в Нахичевань, они еще долго сидели на лавочке, обсуждая случившееся. Рудик узнал, что Фикса – один из самых жестоких бандитов в Ростове, беспредельщик, и то, что они не пострадали, это счастье. Вообще, Фикса – одиночка, но трется со всеми. С ним наверняка были бойцы из какой-то местной группировки.

Артур и Микаэл, которые оказались родственниками Рудика, чего не знал Вагаршак, раньше жили в Ленинакане, который после 1991 года переименовали в Гюмри. Их мать, как и мать Рудика, была ростовчанка, но потом вышла замуж и уехала. Сыновья выросли в Ленинакане, но после землетрясения 1988 года семья переехала в Ростов.

По рассказам Ваго и Алика, Артура знал весь город. Его кличка была Профессор. Он слыл парнем смелым и справедливым. Не раз рисковал жизнью ради друзей, но выступал исключительно на стороне правды. Артура всегда можно было найти в «Интуристе», если кому-то надо было обратиться за помощью. Его старший брат Микаэл, или Мика, как его все звали, в разборки особо не лез, но при этом всегда был рядом с братом, готовый, если надо, закрыть его собой. Причем, если Артур старался договориться мирно, Мика силы не жалел. У Мики был небольшой цех в Нахичевани, он разливал подпольную водку. Там же стояло оборудование, на котором его рабочие шили поддельные кроссовки «Адидас». Деньги он зарабатывал неплохие, но богато они не жили, потому что братья помогали своим землякам и родственникам, пострадавшим во время землетрясения, от которого до сих пор не оправились. Как сказал Ваго, за последние пару лет авторитет Артура сильно вырос. Случилось это после того, как воры в законе, услышавшие про него, приехали в Ростов из Еревана и Сочи. Сначала они поговорили с Артуром, потом была большая сходка, на которой Артур присутствовал уже как равный ворам, как авторитет.

В России теперь начиналась новая эпоха. Правительство не успевало писать законы, порой противоречащие друг другу, и контролировать их выполнение. Везде был произвол, и главным становился тот, кто сильней, умней и хитрей. Ростов в этом отношении не был исключением. Но пока ни один из местных авторитетов не смог стать единоличным хозяином города. А Профессор, благодаря своему мастерству вести переговоры, благодаря щедрости и уму, большими шагами шел наверх.

Глава 1.9

В воскресенье вечером Рудик вышел на улицу около шести часов вечера. На нем были любимые льняные брюки и такая же рубашка. Волосы он всегда зачесывал назад и старался не ходить небритым.

Живые, умные глаза окинули улицу. Увидев Ваго, Рудик не сдержал улыбки. Его друг сегодня смахивал на латиноамериканского наркоторговца. Белые брюки и рубашка из шелка делали парня похожим на Тони Монтану, героя фильма «Лицо со шрамом». Ваго весь сверкал и благоухал. Было ясно, что нахичеваньский Дон Жуан собирается на охоту.

– Как дела, брат? – поздоровался он с Рудиком.

– Нормально! Ты сам как? – ответил тот.

– Все хорошо, брат! Гульнем сегодня? – подмигнул Ваго.

– Можно попробовать… – уклончиво ответил Рудик. Он был не против гульнуть, но его запасы подходили к концу. Доллары он не хотел менять, держал на крайний случай и всегда носил с собой. А рублей осталось совсем немного.

Ваго догадался, в чем заминка, и широко улыбнулся:

– Сегодня за все отвечаю я! Мне отдали старый долг утром… Короче, деньги есть!

Рудик в ответ приподнял уголок рта, не сказав ни слова.

– Поехали в центр! – предложил Ваго.

– В «Интурист»! – решительно заявил Рудик.

– Хочешь увидеть родственников?

– Да, пожалуй.

– Что ж, это было бы неплохо… – задумчиво произнес Ваго. – С такими, как они, неплохо бы подружиться… и работа будет, и все такое… Профессор – серьезный человек!

Рудик улыбнулся, радуясь тому, что друг понимает ход его мыслей. Спустя полчаса ребята уже заходили в ресторан гостиницы «Интурист».

Заведение пока что было заполнено наполовину, но, учитывая выходной день, можно было предположить, что вскоре все столики будут заняты. Музыканты играли тихую музыку, создавая приятный фон. Друзья сели за столик и огляделись. Недалеко от них гуляли две большие компании ростовчан, за столиком у сцены стреляли глазами ярко накрашенные «ночные бабочки», высматривая клиентов. Ваго подошел к одной компании, поздоровался со всеми и о чем-то поговорил на армянском. Рудик узнал мужчин – это были друзья Артура и Мики; всего за столиком сидели пять человек и, судя по свободным местам, ждали еще столько же. Вторая компания – русские, восемь человек, по манерам и одежде – из криминальной среды. Ваго вернулся к Рудику и сказал ожидающему заказ официанту:

– Принеси нам, брат, рыбку, овощи, сервелат, хлеб, сок… водку «Распутин» давай граммов… – Он посмотрел на Рудика и продолжил: – Триста! – Официант все записал, но Ваго еще не закончил. – Шашлык давай нам, шейку свиную…

– Стой, погоди! – перебил его Рудик, улыбаясь. – Куда ты разгоняешься? Закуску заказал, нормально! Это во-первых, а во-вторых, свинину я не ем! Не обессудь, конечно… но я точно не буду!

Ваго рассмеялся в ответ:

– Извини, брат! Забываю все время, что ты еврей! Хорошо! – Он посмотрел на официанта: – Пусть тогда цыплят табака нам зажарят!

Парень кивнул и удалился, а Ваго повернулся к другу и спросил: