Галлея Сандер-Лин – Жених для няни (страница 79)

Дима слегка отстранился, ласково обхватил ладонями моё лицо, провёл большими пальцами по щекам, смотрел пристально, будто не мог насмотреться, а затем наклонился и поцеловал, мягко и осторожно, словно боялся напугать. Я даже не думала сопротивляться. Всё происходившее было тем, что в тот миг отчаянно требовало моё сердце. Я жаждала прикосновений этих тёплых рук, заключивших меня в объятия, горячих губ, пьющих дыхание, надёжности и спокойствия, которое я ощущаю только в Димином присутствии.

Техника соблазнения работала на полную и давала свои плоды. Я забыла как дышать! Этот стервец знал, что делает. Господи, где он всему этому научился?! Фильмов для взрослых насмотрелся? В интернете начитался? Я знаю, что он не набирался опыта в чужих заботливых руках и действительно ждал меня так же, как и я его, не прыгал по койкам, как Егор. Димкиным обещаниям и просьбам можно верить: если уж Зарецкий просил дождаться, то не стал бы искать утешения на стороне.

Да и действовал Димасик совсем не самоуверенно, будто зная, что его штучки на мне обязательно сработают. Нет, его техника не была отработана и отточена. Он словно проверял на практике основательно изученную теорию, следил за моей реакцией, экспериментировал… И ещё волновался, очень волновался, впрочем, как и я. Его действия не переставали будоражить во мне кровь и заставляли сердце бешено долбиться в рёбра.

В ту ночь мы с мужем дошли до конца. Он целовал меня всю, страстно и одновременно нежно, казалось, пытаясь компенсировать годы разлуки. Я купалась в его любви и понимала, что именно этого мне не хватало всё это время. Этой ласки, заботы, нежности. Любимый. Да, я Димке действительно нужна. Всё, что он говорил шесть лет назад, осталось в силе.

— Моя. теперь по-настоящему. — он поцеловал меня в шею, вдохнув глубоко, словно хотел запомнить мой запах. — Никому тебя не отдам!

— Да я сама никому другому не дамся! — и потёрлась подбородком о его макушку. — Зачем мне кто-то ещё, когда есть ты?!

Он вжал меня в себя, обдал щеку горячим дыханием.

— Все эти годы в Америке я думал только о тебе и ждал нашей встречи, — жарко прошептал мне в ухо. — А ты?

Вместо ответа я осторожно обвела пальчиками шрам на его боку, потом коснулась шрама на брови и наконец поцеловала в губы, вкладывая в этот поцелуй память о том времени, когда мы были не вместе.

Глава 62

Ангелина лежала в моих объятиях, и я всё не мог поверить, что это происходит по — настоящему, а не одна из моих фантазий и не сон. Сколько раз я представлял себе, как мы будем вместе? Сколько раз мучительно этого желал? Не помню, не считал.

Самое серьёзное испытание моей выдержки произошло как раз после получения дипломов, когда до возвращения домой оставался целый год. Ребята с курса решили устроить в моей комнате сюрприз, и, надо сказать, им это удалось!

Девушка по вызову (а сюрпризом оказалась именно она) дежурно улыбнулась и одним движением развязала платье-халат, которое скользнуло к её ногам, обнажая тело, на котором не было даже белья. Значит, вместо медленного соблазнения в ход пошла шоковая терапия… Какой реакции она ждала? Думала, что наброшусь на неё, забыв обо всём?

Но я. я её не хотел! Совсем. Поэтому, разумеется, ни на кого не набрасывался, а смотрел на это стройное обнажённое тело и думал, как бы в таком виде выглядела моя Ангелина? Что бы я ощутил, глядя на неё вот так? На живую, тёплую, мягкую, податливую, настоящую, а не на изображение в смартфоне, которым можно любоваться, но нельзя прикоснуться.

С такими мыслями и вышел из злополучной комнаты, бросив девушке несколько купюр за ложный вызов. И так мне в тот момент моего Ангела увидеть захотелось! Хоть на минутку заглянуть в её ласковые глаза, хоть на мгновение коснуться нежной щеки. И обнять, обнять так, как никогда раньше не обнимал, а потом припасть к её губам и… Я сжал дрожащие руки в кулаки и еле сдержался, чтобы не поехать в аэропорт, наплевав на все обязательства, которые меня в тот момент связывали. А ещё мне не помешал бы холодный душ. Но вместо душа я отправился на спортплощадку и добрых полчаса выгонял из тела возбуждение.

Когда вернулся, девушки в комнате уже не было, а парни похлопали меня по плечу.

— Ну, Димас, у тебя стальные яй.

— Уважаю, мужик!

Эти двое.

— Я вас сейчас побью!

Я ведь говорил им, что у меня на родине осталась девушка, поэтому они перестали пытаться вытащить меня в клуб, чтобы подцепить девочек на вечер, но сегодня эти прохвосты, видимо, решили подшутить. или же просто испытать мою силу воли. Нет, я не винил их за живой «подарок», они ведь не знали, что начиная с десяти лет женское тело для меня — это ЕЁ тело.

Я рос, менялся, взрослел, меня накрывал подростковый возраст и буйство гормонов. Вокруг было немало девчонок, готовых «протянуть руку помощи» и поделиться теплом, но именно Ангелину я хотел видеть в открытом платье, обтягивающем стрейче, купальнике, нижнем белье. и без него. Коснуться губами ЕЁ губ, вдохнуть аромат ЕЁ волос, зацеловать ЕЁ грудь, провести языком по ЕЁ животу, огладить ладонями ЕЁ бёдра. Мне не нужны были другие, хотя я видел, что очень нужен им. Но я никого не хотел, кроме неё. Это была жизненная потребность, необходимость именно в ней.

Я частенько думал, а ждёт ли Ангелина меня так же, как я её? Я не спрашивал Лину о личной жизни, не мог заставить себя это сделать, потому что не хотел слышать ответ. Я не должен сбиться с пути, обязан выполнить всё, что решил. Пусть лучше буду надеяться зря, чем узнаю, что надеяться не на что.

Вечерами я порою лежал, глядя в потолок, а в голову лезли предательские мысли, что Ангелина ведь мне ничего не обещала. Да, я просил дождаться, но это было лишь моё желание. А что, если у неё появился возлюбленный? Что, если она уже связала свою жизнь с другим? Перед глазами всплывали картины, одна другой откровеннее. Вот её обнимает кто-то другой, взрослый и сильный, как она и хотела. Кто — то другой целует её шею и ласкает тело. На кого-то другого она смотрит своим ласковым взглядом и улыбается так, как умеет только она.

В такие моменты я готов был лезть на стенку и выть от тоски. Кусал подушку, чтобы соседи по комнате ничего не услышали. А когда переехал и стал жить один, уже не сдерживался. Днём я работал как проклятый, стараясь забыть обо всём и стремительно приближая момент нашей встречи, но ночи… они были сущим адом. Я старался представить, что она лежит рядом, на соседней подушке, что могу дотянуться и обнять, заключить в крепкие объятия мягкое податливое тело и не отпускать до утра. Так и засыпал с мыслями о ней, думая о ней и просыпался.

А потом я вернулся на родину и Ангелина снова была рядом, только руку протяни, но я, чёрт возьми, всё равно не мог к ней прикоснуться! Мне было больно видеть, как она от меня шарахалась. Не так мой Ангел должен был смотреть, не так говорить. Я хотел её прежнюю, когда ласка во взгляде, когда улыбка на губах. В наших отношениях не должно быть места страху и неуверенности. И я дал себе обещание, что возьму чувства и желания в узду, чтобы исправить эту ситуацию!

Такой уж я: если пущу кого-то в душу, то уже не выпущу. Все эти годы Ангелина живёт там. Так забавно. Яснопольская и Зарецкий, поле и река. Река может питать поле целительной влагой, но если рядом нет поля, ей нечего питать, она зря несёт свои воды.

Ещё меня волновала Александра, которая посмела угрожать моему Ангелу. После попытки наезда я сходил к Рижскому и напомнил о результатах спора, посетовал, что он лицо своё уронил, раз не смог приструнить дочь, чтобы она от меня отвяла. И обещал серьёзные проблемы, если повторится ситуация с несущейся на мою жену тонированной тачкой или ещё какая-то ересь. Когда выходил от него, слышал, как он гаркнул в трубку:

— Сашка, твою дивизию, я тебе говорил, чтобы никакого криминала!

Дальше слушать не стал, но вскоре узнал, что батя отправил Александру на стажировку в Америку. Собственно, туда ей и дорога. Надеюсь, там у неё в голове прояснится, а ещё лучше, если она вообще передумает возвращаться. Пусть встретит кого-нибудь и перестанет пытаться влезть в мою жизнь.

Ангелина пошевелилась в моих объятиях, и я прижал её к себе ещё крепче. Не помню, как уснул, но утром она выглядела такой смущённой, что мне пришлось обрушить на неё град поцелуев и напомнить, что стесняться больше нечего. Теперь мы едины, и никогда ни одна сволочь не сможет встать между нами!

Время близилось к осени, я очень ждал наступления сентября, когда мы сможем вырваться и уехать в долгожданный медовый месяц. Провести время только наедине, забыть обо всех и жить лишь друг для друга. Я полюбил просыпаться с ней рядом, чувствовать руки Лины, которые обнимали меня во сне, и обнимать её в ответ. Полюбил наши ночи, когда Рустам увозил Дарину в особняк и мы с женой могли всласть пошуметь.

Кстати, мы с Ибрагимом возобновили встречи по выходным и гоняли в баскетбол. У него своё дело, не слишком большая, но прибыльная автомастерская, он уже давно независим от семьи, хотя при случае они помогают друг другу. Мне вообще нравятся их отношения. Они друг за друга горой, каждое звено цепи под охраной соседних.

— Что там у вас с Ангелиной? — очередной раз поинтересовался он. — Скоро ждать прибавления?