Галлея Сандер-Лин – Талантливая ученица тёмного архимагистра (страница 5)
— Когда на тебя нападают, будь то нечисть, нежить, человек или эльф, ты должна нормально защищаться, уяснила? — его ладонь впечаталась в стену у Аль над головой. — Или хочешь попасть в коллекцию моего отца? Ему как раз не помешают новые умертвия для опытов.
Определённо, молчалвый Логан нравился Аль гораздо больше, потому что когда он вот так отчитывает, чувство собственного достоинства стыдливо прячется куда подальше, зато начинает поднимать головку былая неуверенность. В самом деле, если бы на неё напал не монстр, а человек, неужели она позволила бы ему вытворять всё, что вздумается? Да, ей претит причинять боль живым существам, но ведь это не повод отдавать себя на поругание!
— Угу, мне нужно что-то делать со своей сердобольностью, — она всё ещё не решалась смотреть некроманту в лицо, к тому же он был так близко, что его дыхание касалось лба. В общем, слишком близко…
— Разбаловал тебя Верманд своей защитой, — поцокал языком парень. — Привыкай справляться одна: далеко не всегда рядом окажется помощь. Мы с архимагистром можем просто не успеть…
Да, это звучало обидно, да, неприятно, но он прав. Она уже не новорождённый младенец, которому нужна нянька.
— Достаточно, магистрант дель Морте, — остановил наставления родной голос. — Уверен, адептка Арис всё осознала. Дальнейшую беседу проведу я.
Глава 3
Альвинора посмотрела в разноцветные глаза и вся внутренне потянулась к новоприбывшему. Его присутствие вселило странную уверенность, что теперь всё будет хорошо.
«Связюшка, родимая, ты снова окрепла? Пора ослаблять?» — осознала она, но тем не менее поскорее высвободилась из захвата Логана, который, впрочем, не стал её удерживать, и поспешила навстречу дроу.
Тот медлить не стал: сцапал за запястье и уволок в портал.
— Веселитесь? — сухо поинтересовался Аркент’тар, выпуская Аль. — По романтике истосковались?
— Я… Нет! Меня… эм… — она оглядывалась, пытаясь понять, где находится. Снова пустая аудитория, но уже другая.
— Преследовал адепт Лоссдор, я знаю, — кивнул архимагистр. — Пусть теперь пару часов поблуждает по лабиринту в поисках выхода, ему будет полезно.
— Вы очень злитесь, да?
Да что тут спрашивать?! Вон как глазищами зыркает.
— Ну что вы?! — саркастично воскликнул он. — Однако вам бы не помешало сопротивляться поубедительнее.
— Куда уж убедительнее… — буркнула Альвинора. — Моя связь с растениями, с родной стихией, прервалась, как у рыбы, которую достали из воды. Как ни стыдно признаваться, но я испугалась. И когда узнала, что это лишь снежный эльф, а не кто-то из врагов… Честно, даже почувствовала некоторое облегчение.
— О, то есть к адепту Лоссдору у вас особое расположение? — Аль совсем не понравился тон, которым был задан вопрос.
— Я этого не говорила, — возразила она.
— А если Я вдруг решу сделать что-то нехорошее? — Тёмный придвинулся, но Альвинора почему-то замерла каменным истуканом. — Будете просто стоять и ничего не предпринимать или отстреливаться чем-то несущественным? — ещё пара шагов, а от его рук потянулся чёрный туман.
Теперь Аль инстинктивно отступила и старалась смотреть куда угодно, лишь бы не в эти чарующие очи, в которых мерцали алые сполохи. Она уже поняла, что так происходит, когда он либо колдует, либо чем-то недоволен.
— Просто… — пальцы стиснули мантию, — вы же знаете: я не привыкла причинять кому-то вред.
— Прекрасно понимаю. У светлых, особенно природников, есть такая особенность, вы слишком добрые, — он отошёл, туман исчез, и Альвинора ощутила облегчение. Всё же Аркент’тар куда больше нравился ей в спокойном состоянии, а не когда сердился. — Но мы живём в жестоком мире, где нужно уметь давать отпор.
— Да, вы правы, но мне очень сложно себя перебороть, — она всё ещё изучала носки собственных туфель.
— Существует масса не очень приятных, но достаточно безвредных для жертвы заклинаний, — после некоторого молчания сообщил декан. — Думаю, со следующей недели я включу их в программу специально для подобных вам чувствительных особ. А то ведь, небось, и не заснёте ночью, если кого-то ненароком зацепите чем-нибудь серьёзным.
— Снова иронизируете? — на этот раз она решилась посмотреть на Тёмного.
Его глаза больше не поблёскивали красным. Кажется, опасность миновала.
— Совсем немного, но заклинания всё же дам. И относительно адепта Лоссдора… — теперь взгляд дроу был очень серьёзен. Значит, речь пойдёт о чём-то важном.
— Что там с адептом Лоссдором? — сердце сжалось в нехорошем предчувствии.
— Вы кое-чего не знаете. В то зелье с ядом, которое вы выпили в Тиаре, был добавлен волос Лэндгвэйна. И, судя по его поведению, это не прошло для вас обоих бесследно.
Всего несколько слов, но в них таились ответы на множество вопросов. Альвинора осмысливала услышанное, сопоставляла факты, анализировала недавние события, и, наконец, картина происходящего прояснилась.
— То есть он ко мне как бы тоже приворожился? — опешила она. — Вот откуда это навязчивое внимание! Да и у меня на него рука не поднимается. Вроде бы и заслужил хорошую взбучку, хочу отплатить, но не могу…
— Да, так и есть, — подтвердил архимагистр.
«Ну, замечательно! Мало того, что я с деканом связана ближе не придумаешь, так ещё и с Гвэйном не пойми что».
Последний месяц и так был нелёгким, но, похоже, самое интересное ещё впереди.
— И что теперь делать? — Аль с надеждой глянула на преподавателя. — Вы ведь что-нибудь придумаете?
— Придумаю, адептка Арис, обязательно. Однако это очень нетипичный случай, — вздохнул он. — Когда в зелье направленного действия вмешивается кто-то посторонний, очень сложно предугадать последствия. Наверняка адепт Лоссдор задаётся вопросом, что с ним происходит. У меня есть несколько возможных вариантов решения проблемы, нужно определить, какой будет более действенным.
— Возможно, Лэндгвэйну тоже нужно выпить какое-нибудь отвораживающее зелье. — предположила она.
— Да, это один из потенциальных способов, — кивнул тёмный эльф. — Судя по сегодняшним чрезмерно активным действиям адепта Лоссдора и вашей излишне лояльной реакции, данным вопросом нужно заняться вплотную.
— Надеюсь, нам не придётся проводить никаких ритуалов… втроём… — Альвиноре даже думать не хотелось о подобном исходе.
— Кто знает…
Ответ архимагистра только усилил беспокойство. Она уже почти свыклась с мыслью, что они с дроу связаны некими узами, известными только им двоим, поэтому пускать в это своеобразное личное пространство кого-то третьего очень не хотелось. Хотя если вспомнить, что этим третьим оказался Лэндгвэйн… Вот не получалось у неё злиться на него всерьёз, совсем не получалось.
— Кстати, раз уж вы сами завели об этом разговор, — отвлёк от размышлений декан. — Готовьтесь, пора проводить ритуал истончения, — он протянул руку и открыл портал, как оказалось, в личную лабораторию.
На этот раз ощущения были ещё более волнующими. Сидеть на алтаре рядом с архимагистром, кажется, уже входило в привычку. Хотя нет, не так. Скорее, Аль почему-то желала продлить эти удивительные мгновения, когда они вдвоём и вокруг нет любопытных глаз, а тёмный эльф кажется удивительно родным, близким и совсем не страшным. Странное дело, но в подобные моменты, когда она боится неизвестности или ей нужна поддержка и ободрение, он всегда находит нужные слова и помогает справиться с неуверенностью, будто чувствует все её внутренние переживания.
Ах да, как же она не учла?! Благодаря связи он ведь и правда ощущает её эмоции куда сильнее, чем Аль его. Но всё равно мог бы проигнорировать и не утруждать себя лишними сантиментами, однако неизменно продолжает успокаивать и объяснять. И тем сильнее она скучает по этим его «лирическим отступлениям», когда после ритуалов дроу вновь примеряет на себя строгую маску главы Дисциплинарного комитета и многоопытного декана.
Альвинора с затаённой тоской ожидала окончания магического действа, прекрасно понимая, что этот момент никак не отсрочить. Ну и пусть!
«Всё, Аль, хватит думать о том, чего не избежать. Лучше получи максимум от того, что имеешь сейчас», — решила она и сосредоточилась на происходящем.
Пальцы магистра, которые наносили знакомые символы, скользили по телу так мягко, кажется, даже нежно, если это слово применимо к столь суровому представителю эльфийской расы. За его губами, шепчущими неведомые заклинания, хотелось наблюдать, на его руки хотелось положить свои ладошки и тоже что-нибудь нарисовать… или просто погладить гладкую кожу.
«Хм, это ещё что за мысли? Связь окрепла сильнее, чем я думала?»
А затем знакомые энергетические волны стали омывать тело изнутри, забирая с собой и эти мысли, и ощущения, но Аль всё равно не смогла оторвать взгляда от губ архимагистра, пока всё не закончилось. Да и белые зубы на фоне тёмной кожи смотрелись необычно и привлекали внимание. А ещё волосы и…
— Адептка Арис, можете одеваться, — растормошил голос декана. — И… Если вы смотрели таким взглядом и на адепта Лоссдора, то не удивляюсь его сегодняшней решимости.
— На него не смотрела, только на вас… — признание вырвалось само.
— Вот и хорошо, — сказал дроу и отвернулся. — Не стоит его провоцировать, — добавил чуть позже.
— Вас я тоже провоцирую? — похоже, её язык сегодня сам ищет неприятности на голову хозяйки.
Тёмный, который в этот момент надевал мантию, замер, его спина напряглась.