Галлея Сандер-Лин – Папа для двойняшек (страница 23)
Кофе уже давно стоял на столе, тарелки с едой тоже, но муж всё не шёл. Виолетта приблизилась к ванной комнате и постучала.
— Завтрак на столе, — сообщила она и вернулась на кухню, решив, что сейчас точно ничего о контракте рассказывать не будет. Лучше потом, днём… или даже вечером. Когда они будут на улице и стены перестанут давить со всех сторон, когда вокруг будет больше открытого пространства и воздуха.
«Напугал, — с досадой думал Ярослав, освежая лицо очередной пригоршней холодной воды. — Ничего такого, вроде бы, и не сотворил, даже за руку не взял, хотя очень хотелось…»
Когда она отпрянула, его игривое настроение махом испарилось. В очередной раз захотелось расквасить нос и запинать ногами ту тварь, которая сделала Виолку такой. Хотя сегодня что-то в ней изменилось. Его внутренний локатор уловил странные и едва заметные сигналы, ощутил тонкую ниточку, протянувшуюся между ними, особую ниточку… Сейчас она истончилась до предела, но не порвалась, потому что Ярик не дал ей порваться, позволил Виоле уйти и ушёл сам. И он не он будет, если не укрепит эту ниточку и не превратит в канат, который уж точно свяжет их навсегда.
Яр опирался руками на раковину и смотрел на себя в зеркало. Капельки воды стекали по лицу, шального блеска в глазах не наблюдалось. Эмоции снова под контролем, можно выходить. Он бросил взгляд на волосы, которые лежали красивой волной, наощупь вытер руки полотенцем и аккуратно прикоснулся к причёске, сделанной женой. Да, вот он, первый шаг к нормальной семейной жизни, к отношениям между парой не только на паркете…
В нём до сих пор жили ощущения от прикосновений её пальчиков, от той трепетной заботы, которую она ему дала и которой он так долго ждал. Ярик и сам не заметил, как на его лице медленно расплылась улыбка. Неужто случилось то, на что он надеялся, и тень Тимура стала потихоньку исчезать из её сердца? Ему ведь не показалось?
Виола стояла у кухонного окна и ждала мужа. Она глядела на опавшую листву за окном и думала, что осень как раз самое время, чтобы выбросить из сердца тяжёлый груз, сбросить балласт, мешающий жить (как деревья сбрасывают листья), и открыть себя для чего-то нового. Вряд ли новое придёт так сразу, но для него уж точно нужно освободить место, чтобы было куда приходить.
Яра, который вернулся одетым как для прогулки, Виолетта встретила улыбкой, усадила за стол и предложила после завтрака не просто погулять, а пройтись по магазинам. Она чувствовала себя виноватой перед детьми, ведь собиралась на некоторое время «запереть» их на даче и, можно сказать, отдалить от себя. Поэтому намеревалась чем-то их порадовать, подарить игрушки, которые они давно хотели, не дожидаясь Нового года. И, конечно, планировала навещать как можно чаще. Свёкры временному переезду только обрадуются, сами сто раз предлагали оставить их с Яром вдвоём. Пусть думают, что они с мужем прислушались, а дальше время покажет.
— Надеюсь, мне тоже что-нибудь от тебя перепадёт? — шутливо спросил Ярослав, когда они бродили по торговому центру, нагруженные покупками. — Я, между прочим, тоже люблю получать подарки.
Он, разумеется, хотел бы от неё вовсе не материальный подарок (всё, что ему нужно, Яр прекрасно может купить себе и сам), а такой, который способна ему сделать только жена, но благоразумно не стал уточнять. Да и вообще, он просто так сказал. Но Виола встрепенулась. Складочка озабоченности, которая на целый день залегла меж её бровей, стала ещё заметнее. Она и подарки-то детям выбирала без обычной радости, а будто стремилась взять всего и побольше. Он ничего не говорил по данному поводу, будто не замечал, просто (как и обычно) наблюдал, но ему всё это очень не нравилось.
— Виол, а мы не слишком много игрушек взяли за раз? — сделал Ярик пробный «выстрел». — Или ты решила сразу и на Святого Николая, и на Новый год отовариться?
— Яр, — Виолетта подошла к ближайшей скамейке и поставила на неё пакет с куклой и мягкими игрушками. — Я хочу, чтобы дети какое-то время пожили на даче. Твои родители давно предлагали…
— Но ты это делаешь совсем не для того, чтобы остаться со мной наедине, я прав? — спросил он без обиняков и в свою очередь сгрузил на скамью пакеты с детской железной дорогой, конструктором, настольными играми и всякой всячиной размером поменьше. — У тебя какие-то другие причины.
Виола обернулась. Ярослав всегда зрит в корень, и иногда ей становится страшно из-за того, что от него ничего невозможно скрыть. Они находились на втором этаже у своеобразного балкончика с прозрачным бортиком, откуда открывался вид на холл и поднимавшихся по эскалатору людей. Да, народу вокруг масса, и это далеко не самое подходящее место для подобного разговора, но Виолетта не выдержала, больше не могла молчать, однако и продолжать была не готова. Не здесь и не сейчас.
— Давай обсудим подробности на обратном пути, — она подвинула пакеты, села и пригубила бутылочку с водой.
— Слишком много людей? — на лице Яра появилось беспокойство. — Тебе нехорошо? Таблетки взяла?
— Нет, всё нормально, просто в последнем магазине было очень душно. Посижу немного, тут свежее.
Да, Виолетта действительно чувствовала себя куда лучше, чем могла бы. После того, как низвергла Тимура безумным пасодоблем, она ощущает в себе всё больше сил, стало легче наступать на горло собственным страхам. Виола уже не просто ходит без таблеток, но даже успокаивается в критических ситуациях без их помощи, хотя это очень непросто. Если тенденция продолжится, то… Надежда вернуться к нормальной жизни очень грела. Да, Гаджиев её камень преткновения. Если сможет окончательно его победить и перестать внутренне вздрагивать в его присутствии или при упоминании его имени, то победит и всех остальных. А там и взрослые группы можно будет взять под крыло (не вечно же ей с детьми работать), да и в общественном транспорте снова попробовать ездить.
Пока она отдыхала, Яр куда-то отлучился. От нечего делать Виолетта стала глазеть по сторонам и обратила внимание на небольшой стеллаж через проход, где продавались разнообразные амулеты, аромалампы, ароматные свечи и прочие подобные штуковины. Подхватив сумочку, Виола поспешила туда, надеясь, что никто не умыкнет их с Яром покупки, оставшиеся без присмотра. Она изучала витрину, то и дело оглядываясь на оставленные пакеты, пока не наткнулась взглядом на мужской браслет-оберег из коричневых кожаных ремешков, увенчанных синими бусинками с изображением глаза.
— Для мужа хотите? — приветливо улыбнулась продавец, которая наверняка обратила на них с Яром внимание. — Тогда возьмите ещё и вот этот амулет, — протянула она светло-зелёный мутновато-прозрачный камушек, — его тоже можно будет прикрепить к браслету. Это нефрит, он способствует усилению мужской силы. Ну, вы понимаете…
— Нет-нет, к браслету нефрит крепить не надо, — отказалась Виолетта. — Но… — она задумалась, — можете вдеть в него отдельный ремешок? Пусть будет два разных амулета.
— Два так два, разделяй и властвуй, как говорится, — девушка улыбнулась ещё шире и быстро заработала руками, исполняя просьбу покупательницы. — Советую вам также взять особые аромапалочки, страстная ночь (да не одна!) будет обеспечена, — добавила она понизив голос.
Виола слегка растерялась, посмотрела на бордовую коробочку, где золотыми буквами значилось «Passion», то есть страсть… и кивнула, чтобы продавец тоже посчитала, не совсем понимая, зачем их купила. Ладно, пусть будут. У каждой уважающей себя большой девочки должно иметься в арсенале что-то такое, даже если ему предстоит просто лежать без дела. Приняв бумажный пакетик с покупками, Виолетта поспешила к оставленным вещам, на которые пока никто не покусился. Вскоре с загадочным видом вернулся Ярослав. Интересно, куда он ходил и что делал?
Глава 19
На обратном пути они купили вкусняшек и заехали к Рите и Вове. Привычные дружеские семейные посиделки за чаем прошли в тёплой атмосфере. Потом позвонили свёкры, что уже вернулись с дачи и дети с нетерпением ждут встречи с мамой и папой. Яр и Виола засобирались, да и Вове уже пора было выезжать в клуб, где у них с группой намечался очередной музыкальный вечер.
— Ну вот, все меня бросают, — посетовала Рита.
— Не бросают, а дают возможность побыть наедине с будущим малышом, — возразила Виола и погладила подругу по небольшому животику.
— Жду не дождусь, когда он уже появится и я смогу взять его на руки, — Грибанова тоже погладила свой живот и проводила друзей до порога.
Когда Виолетта шла с мужем к машине, она поняла, что откладывать больше нельзя. Свернув к детской площадке, Виолетта позвала его за собой и выпалила, пока хватало решимости:
— Яр, я хочу кое-что тебе рассказать…
Ярик оглядел площадку, где в этот час никого не было. Глубокие сумерки и поднявшийся прохладный ветер загнали детей по домам, так что можно спокойно поговорить. Нельзя возвращаться, не прояснив определённые вопросы. Судя по виду Виолы, то, что она расскажет, ему очень не понравится. Значит, ненаглядная, наконец, дозрела, чтобы поведать о том, из-за чего он не спал почти всю ночь.
— Ты о контракте? — заявил напрямик, перестав скрывать и притворяться, что ничего не знает. — Наконец-то решилась, не прошло и дня… Хотя да, кто я такой, чтобы со мной советоваться и ставить в известность ПЕРЕД тем, как что-то подписывать! Особенно если это «что-то» напрямую связано с Гаджиевым.