Галлея Сандер-Лин – Беспокойная подопечная темного архимагистра (страница 46)
Но ее недавний страх не шел ни в какое сравнение с тем ужасом, который охватил Альвинору, стоило увидеть показавшихся на опушке леса страшных тварей. И это даже не животные, с которыми можно было бы попытаться договориться, а нежить, что скалила зубы, недвусмысленно демонстрируя свои намерения. Черно-серая шкура жутких костлявых созданий, напоминавших громадных облезлых собак, но стоящих на двух лапах, вызывала омерзение.
Тело Аль отказывалось бежать, даже просто двигаться, и послушно ждало, когда его разорвут на куски. И зверюги, будто получив приказ, дружной гурьбой ринулись в атаку.
«Пожалуйста, нет! Я не хочу так умереть!»
Альвинора в панике следила за приближающейся стаей и параллельно пыталась достучаться до внутренней тьмы. Если собственная сила не слушается, застыв, будто муха в янтаре, может, чужая магия откликнется, к тому же такая сильная.
«Тьма, миленькая. Меня сейчас сожрут! Ты же знаешь, что твой хозяин этому не обрадуется. Прошу тебя, сделай хоть что-нибудь!»
Тьма молчала, но Аль продолжила штурм.
«Я знаю, ты очень сильна. Что тебе какие-то подчиняющие заклинания! Ты же сможешь их разрушить, правда? Продемонстрируй могущество темного декана!»
Снова тишина.
Больше Альвинора ничего не успела сказать, потому что на нее, окружив со всех сторон, налетело сразу с десяток тварей.
Она плохо поняла, что произошло дальше. Прыгнувшие зверюги вдруг замерли в полете, заверещали, и их отбросило прочь, после чего нежить, корчась в муках, испустила дух и развеялась. А заговоренная ленточка, подаренная когда-то магистром Трэлис, которую Аль сегодня вплела в косу, переброшенную на грудь, вспыхнула и истлела. Выходит, эта лента и спасла от смертельной опасности? Но ленты больше нет, а вражин во-он еще сколько осталось.
Остальные твари сначала растерялись, но, переглянувшись, снова синхронно прыгнули. Теперь Альвинора почувствовала жжение от загадочного колечка, которое ей подарил старик из магической лавки в придачу к заколке. Атаковавшая нежить взвыла и повалилась наземь, корчась в предсмертных муках. На этот раз другие твари сомневались дольше. Аль осознала, что у нее появилась небольшая отсрочка, и с новой силой принялась взывать к тьме, которая, кажется, наконец поняла, что ее носительница вот-вот испустит дух.
Внутри завозился магический поток, по капле разгоняя возникшую вязкость, и разума достигло ментальное воззвание Верманда:
«Ты где? Почему не отзываешься? Зачем бросила вещи?»
«Верманд, спасай! — взмолилась она. — Меня сейчас сожрут!»
Нежить совершила еще одну попытку — и кольцо Альвиноры, вспыхнув, осыпалось пеплом, спасая от неминуемой смерти и поражая врагов.
«Где ты? Кто сожрет?» — взволнованно спросил оборотень.
«Я возле леса. На меня напала нежить и…»
Очередной прыжок тварей остановила заколка, которая, как оказалось, также была зачарована на защиту от смертельной атаки и, нагревшись, развеялась по ветру. Ментальная связь с Вермандом прервалась. Дела плохи.
«Артефакты — верные помощники, которые принимают на себя первый удар и помогают магу сориентироваться, взять себя в руки и начать защищаться», — в памяти всплыли слова Верманда, помогая сосредоточиться.
Кажется, все, что могло ее защитить, уже выполнило свою благодатную функцию и теперь уничтожено. Нашейный защитный артефакт слишком слаб против подобных атак, выходит, нужно действовать самой, иначе следующей атаки она не переживет, это точно.
Альвинора напряглась до предела, заставляя магию течь по жилам все быстрее, и в панике следила за нежитью, что пополняла ряды убитых товарищей и готовилась к очередному броску. Да сколько же их тут?! Со стороны леса шли раскаты и вспышки боевых заклинаний. Значит, там тоже идет бой не на жизнь, а на смерть.
«Давай же, ну давай!» — подгоняла она силу и отчаянно молилась, чтобы та успела восстановиться, пока не стало слишком поздно.
Неимоверными усилиями удалось пошевелить правой рукой, затем левой. А твари решили больше не ждать и сиганули скопом. Артефакт не выдержал. Отшвырнув (но не убив) трех особей, он развеялся прахом. Однако две другие зверюги остались невредимы, лишь немного сбилась их траектория, из-за чего Аль смогла избежать мгновенной смерти, но не повреждений. Левую руку распанахали когти одной твари, а правое бедро зацепили клыки другой.
Боль обожгла и в то же время помогла сбросить остатки оцепенения. Теперь повоюем!
«Если успеем…» — скептично выдала оклемавшаяся тьма.
«Должны успеть!» — Аль была не намерена стать подножным кормом и успела среагировать вовремя.
Смертельный прыжок пяти зверюг был остановлен щитом против физических атак. Дальше она подбавила магии, превращая его в абсолютный, чтобы избежать досадных неожиданностей. И все бы хорошо, да уровень щита слишком слаб, чтобы долго сдерживать такую ораву.
«Надо продержаться до прибытия Верманда, совсем немного, просто дожить до его прихода», — уговаривала она себя не паниковать и методично обновляла щит, потому что он постоянно истончался от неистовых атак нежити, которая явно собралась сегодня поужинать человечинкой.
Резерв стремительно уменьшался, накопители обнулялись, и Альвинора подпитывалась от кристалла, снова и снова. Тварей на щит напирало все больше и больше: видимо, они решили взять количеством. Что ж, пересидеть не удастся, нужно атаковать.
Она старалась вспомнить все, чему вчера научил ее темный декан, и принялась создавать боевые заклинания, но при этом не ослаблять щит. Магические залпы летели в тварей, сбивая с ног, отбрасывая прочь и временно оглушая. Никаких более действенных, опасных или смертельных заклинаний Аль пока не знала, поэтому приходилось довольствоваться тем, что есть. К сожалению, такие достаточно «мирные» заклинания давали лишь временный эффект, и зверюги, оклемавшись, продолжали наступление.
«Верманд, миленький, поспеши!» — бросила она мысленное воззвание. Пусть артефакта для ментальной связи уже нет, но вдруг оборотень ее услышит, как услышал Лэндгвэйн на боевке?
Заряд кристалла катастрофически таял, осталось меньше половины, а парень все не приходил. Оно и не удивительно: времени прошло всего ничего, просто для нее сейчас каждое мгновение равносильно целой жизни. Как же вовремя Аркент’тар решил устроить ей боевую практику. Если бы не вчерашний вечер в тренировочном зале, останки малоопытной первокурсницы уже давно украшали бы окрестности.
Она собралась с силами и подпитала щит, в котором едва не возникло несколько прорех, и упала на колени. Как же больно! От напряжения стала кружиться голова, а раны горели огнем. Альвинора стиснула зубы, стараясь отогнать недомогание и вернуть ясность мыслей. Сколько еще можно так продержаться?
Недостаток боевого опыта сказывался все сильнее. И когда щит был пробит, она не успела его подлатать, а затем последовали новые пробои. Защита пала.
Продолжая отстреливаться от ближайшей нежити, Аль пыталась создать новый щит, но как туг сконцентрируешься, когда врагов так много и каждый норовит дотянуться и сожрать?! Пока получилось защитить только спину, потому что сложно палить заклинаниями во всех направлениях, если стоишь на коленях.
Силы были на исходе, раненая рука слушалась все хуже, ее было тяжело просто поднять, не говоря уже об использовании магии, поэтому она теперь отвечала за щит. Боевые заклинания одной рукой действовали куда менее эффективно и… Да, это должно было произойти. Когда Альвинора сбила двух тварей справа, слева подкрались еще две и прыгнули.
Нет времени, чтобы среагировать атакой или поставить щит! Неужели все закончится вот так?!
Глава 24
«Не закончится!» — грудь сдавило от переполнявших эмоций, когда сиганувшие зверюги были сметены серебристой тенью, оказавшейся огромным представителем семейства кошачьих.
— Живая? — послышался запыхавшийся голос Верманда.
— Пока да, — всхлипнула Аль, но тут же постаралась взять эмоции под контроль. Не хватало ему еще и ее истерики.
— Вот и не умирай! — кот издал полурев-полурык и ринулся в атаку, отшвыривая от Альвиноры особо настырную нежить.
Но он один, а жутких гадов так много!
— Верманд, на их когтях и клыках яд, — слишком поздно поняла Аль, ощущая знакомое недомогание. Снова яд, а Темный находится далеко и неизвестно когда вернется. — Спрячься за щитом и не давай себя поранить.
Верм так и сделал: приняв полузвериную ипостась, оградил себя и временную подопечную мощной защитой. Зверюги, мотая головами, окружили кольцом их тандем, и тогда он стал выносить их мощными боевыми заклинаниями, которые мгновенно убивали, испепеляли или разрывали в клочья.
Накатило облегчение, что можно хоть немного расслабиться и кому-то довериться. Она прикрыла глаза, в которых лицо парня стало даже не двоиться, а четвериться. Сколько уже длится этот бой? Раны вдруг заныли так сильно, что невозможно было сдержать мучительного стона.
Верманд посмотрел на удивительную девчонку, которая продержалась против плотоядной нежити так долго, и скрипнул зубами от досады. Цайги побери этих ублюдков, которые устроили на нее охоту! Он помнил, что после подобных отравлений к жертве прикасаться нельзя, иначе и самому можно хватануть отравы. Но надо же Альвиноре хоть как-то помочь!
«A-а, плевать на яд, отступать некуда!»