Галия Трушечкина – За гранью света (страница 12)
Как-то увидели местные, что у нее ребеночек появился – никак дьявольское отродье. Собрались мужики и пошли ее жечь. Тогда ведьма и прокляла весь мужской род этой деревни: мол, и уйти не смогут, и житья им здесь не будет. С тех пор ходит неупокоенная душа по деревне, убивая стариков, мужиков и мальчиков. Вот их и не осталось, только старушки.
– Может, ее нормально похоронить, что ли? – предложил Серега.
– И чего?
– Да ничего, надо же хоть что-то сделать.
На том и порешили. Поехали в часовню – конечно, там никого не оказалось – набрали воды из купели и поехали на пепелище.
– Как-то быстро тут темнеет, – говорит Серега.
– Заметил, – сухо ответил друг.
Нужное место нашли, когда солнце уже почти скрылось. Вокруг даже птиц не слыхать. Достали из машины лопату и стали собирать пепел в захваченную по пути коробку. Когда закончили, быстренько погрузили все обратно в багажник и поехали на кладбище.
Уже совсем стемнело. Налетел ветер, нарастал гул, на небе засверкали молнии, вот-вот начнется дождь. Не доехав до цели метров триста, машина заглохла. Делать нечего, друзья схватили коробку, лопату и побежали. Начался ливень, ветер бросал под ноги ветки, откуда ни возьмись на пути появлялись камни. Друзья, спотыкаясь, торопились завершить задуманное.
Сзади послышался стон. Серега обернулся и заорал:
– Твою же… – недоговорил он, споткнувшись о камень.
– Быстрее! – подгонял Саня.
– Ё! Она нас догоняет!
Осталось совсем немного. Серега дрожащим голосом читал «Отче наш», а Саня нашел свободную могилку, бросил коробку на дно и стал руками засыпать яму. Подоспевший друг, не прекращая читать молитву, работал лопатой. Земля, уже сильно намокшая, затрудняла работу парней.
Женщина медленно, но уверенно приближалась и что-то бормотала. На ней было обгорелое платье, на руках обожженный младенец. Саня, весь измазанный землей, стоя на коленях, сам напоминал ожившего мертвеца. Ведьма уже стояла у ограды, продолжая бормотать, иногда взвизгивала и слала новые проклятия. Ветер сильно дул в глаза и швырял какой-то мусор, не давая друзьям завершить дело. Наконец зарытую могилу окропили святой водой, еще трижды прочли дуэтом «Отче наш», и все вроде начало стихать.
Подождали немного, отдышались и неуверенно поплелись к машине. Та на удивление сразу завелась, и парни отправились к дому. Там они собрали свои пожитки и, не дожидаясь рассвета, молча направили свою старенькую ниву вон из этого проклятого места. Доехав до моста, остановились, перекрестились…
– С Богом, – сказал Серега.
– К че… – осекся Саня. – С Богом, – и дал газу.
Мост проехали за несколько секунд и, не останавливаясь, направились к обещанному городку.
Актерское мастерство
Актеры, как правило, люди суеверные. Да и как тут не верить в приметы, когда море примеров. Сыграл артист больного раком на сцене, а через пару лет умер по-настоящему. И поэтому далеко не каждый соглашается играть в мистике, ужасах, не хотят иметь с этим никакого дела.
В обычном провинциальном городе с населением в пятьдесят тысяч человек есть народный театр на базе местного Центра культуры и духовности им. Пушкина – обычное дело. Труппа ставит разные спектакли, ездит с ними на фестивали и конкурсы по всей стране, бывало, и за границу выбирались. Репертуар в основном современный, так как нынешнего зрителя заинтересовать классикой довольно сложно, да и подготовка таких постановок занимает гораздо больше времени. Ведь нужно знать эпоху и, как говорится, жить материалом. Длительные поиски остановились на мистической пьесе неизвестного автора, которую нашли в интернете. Прошли читки, все были за. Режиссер раздал роли, и работа закипела.
Актер Василий, игравший главного героя, самозабвенно отдался своей роли и глубоко вжился в образ. В тот день он пришел на репетицию нервный, без энтузиазма поздоровался с явившимися раньше и проследовал в костюмерную переодеваться. После этого он зашел в бутафорскую за необходимым реквизитом и направился в кабинет режиссера, чтобы узнать о плане работ.
– Доброго дня, Федор Васильевич. Что у нас нового? Нашли, кого поставить на роль жертвы номер один? – поинтересовался Вася.
– Да, согласился один новичок, Никитин. Но ты же знаешь, он деревянный, тебе придется его вытягивать, – спокойно ответил режиссер. – Вопросы, прения, вонь?
– А у меня есть выбор?
– Нет.
– Хорошо, пойду готовиться, – ответил Василий и направился на сцену.
Зайдя в малый зал, в котором проходили репетиционные подготовки, он позвал новичка и вкратце объяснил, что к чему и где его вещи. После актер собрал всех участвующих в эпизоде, и начали разминку. Настроение Васи улучшилось, и он уже рвался в бой.
В зал зашел режиссер, и репетиция началась. По сюжету главный герой с друзьями после автокатастрофы попал в полуразрушенную церквушку, стоящую в сотне метров от дороги, где они и решили заночевать, так как уже стемнело, а машин на трассе совсем не было. Собирался дождь, гремел гром и сверкала молния. Сполохи не прекращались, хотя было уже пора.
– Ветошкин! – крикнул режиссер технику, который, собственно, и включал все эффекты на сцене. – Ветошкин! Какого черта молния до сих пор сверкает?
– А я и не включал, – из операторской вышел заспанный техник.
– То есть как не включал? А что же оно, по-твоему, само включилось?
– Да-а-а, – начал приходить в себя Ветошкин, и его глаза округлились от осознания происходящего. – Прошу прощения, виноват. Я закемарил, – решив замять ситуацию, пробубнил техник.
Актеры на сцене молча ждали дальнейших указаний.
– Всё сначала! – с раздражением выпалил Федор Васильевич. – Все на исходную!
Вася с друзьями, прячась от собирающегося дождя, входят в полуразрушенную церквушку, гремит гром, сверкает молния. Парни рассаживаются по оставшимся еще целыми скамейкам.
– Как тебя угораздило-то? – спрашивает первый второго.
– Как-как… А ты кабана не видел, что ли? Он прям под колеса выскочил, – оправдывался второй.
– Какой кабан? – наседал третий. – Какой кабан? Чего ты свистишь? Я никого не видел.
– Говорю же тебе, кабан из-за кустов выскочил, да здоровый такой.
– Да даже если кабан, ну помял бы немного бампер, и все. А теперь, блин, из-за тебя сидим посреди леса в какой-то развалюхе. Машина в кювете, а до города еще километров пятьдесят, связи нет. Чего нам теперь прикажешь делать?
– А ничего! – разозлился водитель. – У меня машина покорёжена, а ты… ноешь тут. Ничего с тобой не случится, заночуем здесь – хоть какая-то крыша над головой, а завтра выйдем на трассу и поймаем кого-нибудь.
Вася молча сидел и разглядывал потемневшие облупленные стены, еще висящие кое-где образы и о чем-то думал. Почему-то его настораживало это место. Ну не могли вот так бросить здесь иконы, что-то не так. Пока друзья выясняли, кто прав, кто виноват, Василий подошел к стене и, подсветив зажигалкой, упорно что-то разглядывал – следы, что ли. Похоже на копыта, но на стене… И что удивительно, они поднимались к потолку, но туда свет уже не доставал, и разглядеть, где они заканчивались, не удалось.
Забарабанил дождь, вода потекла по стенам и местами капала с потолка. Но был и еще какой-то звук. Стук? Топот? Цокот? Не разобрать.
– Тихо! – гаркнул Вася на разгоряченных парней, у которых чуть до драки не дошло. – Слышите? – уже спокойно задал он вопрос.
Все стали прислушиваться.
– Ничего не слышу, – через мгновение сказал первый.
– И я ничего, – отозвался третий.
– Идите сюда, кажется, звук оттуда, – позвал Василий парней и прижался ухом к облупившейся поверхности стены, остальные последовали его примеру.
– Никитин! Ты чего такой ватный?! Ты должен был первым подорваться. Ты свою характеристику помнишь? Как думаешь, почему ты жертва номер один? – кричал режиссер.
– Да-да, помню. Исправлюсь, – ответил виновато актер.
– Когда ты исправишься? Только это и слышу. Давайте с Васиного «Тихо!».
– Тихо! – гаркнул Вася на разгоряченных парней, у которых чуть до драки не дошло. – Слышите? – уже спокойно задал вопрос.
Все стали прислушиваться.
– Ничего не слышу, – через мгновение сказал первый.
– И я ничего, – отозвался третий.
– Идите сюда, кажется, звук оттуда.
Новичок быстро подскочил к стене и прижал к ней ухо. Подошли остальные и сделали то же самое.
– Это что? Похоже на топот или цокот копыт, – предположил Никитин.
– Похоже, – согласились остальные.
– Табун лошадей, наверное, – высказал свою мысль третий. – А что, я видел как-то… – не успел он продолжить мысль, как его оборвал Вася.
– Да заткнись ты. Вы на стену посмотрите, – он указал на имевшиеся там следы.
Василий посмотрел на часы в телефоне – 00:23. Звук от стены усиливался. Саня, тот, что водитель, смог рассмотреть какое-то отверстие в стене примерно на высоте двух метров.
– Там окошко, что ли… Сейчас притащу скамейку, посмотрим, что за стеной, – вечно любопытный и шустрый Санек оставил друзей в свете софита и быстро зашагал в темноту сцены за скамьей.