Галина Юсупова – Где живёт гармония? (страница 8)

Иногда мне кажется, что от таких, как я – коучей, наставников – ждут именно этого: финальной точки. Красивого хэппи-энда, после которого всё становится понятно, спокойно и устойчиво. Как будто однажды ты что-то осознал, «проработал», прожил – и теперь идёшь по жизни ровной походкой просветлённого человека, без откатов и сомнений.

Со мной так не случилось. И я сомневаюсь, что это вообще случается с живыми людьми.

Я по-прежнему устаю, как та девочка с фермы после дойки. Иногда срываюсь, и в голосе на секунду проскакивает резкость моего отца. Иногда снова соглашаюсь на лишнюю работу или неудобную просьбу, заглушая внутренний протест. Иногда ловлю себя на старой мысли: «А кто, если не я?», от которой, казалось бы, давно ушла.

И знаешь что? Это не провал. Это жизнь. Настоящая, а не книжная.

Гармония – не постоянное состояние, а ритм дыхания

Когда я только начала свой путь – с больничной койки и записей в Дневнике наблюдений, – мне отчаянно хотелось «починиться». Стать цельной, спокойной, устойчивой – раз и навсегда. Чтобы больше не болела спина от неподъёмной ответственности, не сжималось горло от невысказанных слов, не качало от чужого мнения.

Теперь я понимаю, насколько это было детским, почти волшебным ожиданием. Как вера в ту самую волшебную трубу из детства.

Со временем я заметила важную вещь: самые сложные периоды возвращались не потому, что я «что-то сделала не так», а потому что менялась сама жизнь. Новые люди задевали старые раны. Новые задачи – карьера регрессолога, ведение тренингов, публичность – поднимали старый страх: «А справлюсь ли я? Достойна ли?». Новые обстоятельства проверяли на прочность мои, казалось бы, уже установленные границы.

И каждый раз из глубин всплывали знакомые реакции. Не потому, что я не выросла, а потому что именно в этом новом месте мой рост только начинался. Мне снова приходилось учиться – но уже не с нуля, а с опорой на тот опыт, который у меня теперь был.

Гармония оказалась не ровной линией на графике, а дыханием. Вдох – уверенность, выдох – сомнение. Вдох – действие, выдох – пауза. Иногда дыхание сбивается, и ты ловишь его снова. Это и есть процесс.

Раньше в такие моменты я думала: «Вот, всё зря. Я снова здесь, в этой точке беспомощности». Теперь я думаю иначе: «Ага. Значит, жизнь снова предлагает мне урок. И на этот раз у меня есть карта и компас».

Я всё ещё могу не справляться – и это нормально

Бывают дни (да что там дни – иногда недели), когда я не чувствую той самой внутренней опоры. Когда инструменты из моих же тренингов кажутся бумажными, а медитация не усмиряет вихрь мыслей. Когда хочется не «быть осознанной», а просто закрыться в комнате, отменить все встречи и смотреть сериалы, или читать книги пока мир не перестанет существовать.

Раньше я бы утопила себя в стыде за эту «слабость». Увидела бы в этом доказательство, что я – самозванка, которая учит других тому, чего не может сама. Теперь я стараюсь смотреть честнее, как на бухгалтерский отчёт: если баланс сил в минусе – значит, он в минусе. Без красивых объяснений. Без духовных оправданий.

Я поняла, что можно быть уязвимой – и всё равно оставаться взрослой. Можно ошибиться в выборе клиента или в слове – и всё равно продолжать свой путь. Можно не знать ответа на вопрос, который задал ученик, – и не спешить его выдумывать, а честно сказать: «Давай подумаем вместе».

Это не откат назад. Это – пауза. Та самая пауза, право на которую я так долго у себя отвоёвывала.

Исцеление – это не точка, а качество отношений с собой

Со временем для меня многое встало на место, как пазл. Исцеление – это не состояние, в котором больше никогда не болит спина от стресса и не ноет сердце от обиды.

Исцеление – это способность быть с собой в эти моменты. По-другому.

Не убегать в работу или в фантазии. Не обесценивать: «Да ерунда, потерпи!». Не требовать от себя немедленно «взять себя в руки».

Иногда гармония выглядит не как лучезарная улыбка, а как тихое, бережное действие. Как чашка тёплого чая в руках, когда на душе пусто. Как разрешение лечь спать в восемь вечера, потому что «я устала» – и это достаточная причина. Как честный разговор с собой: «Сегодня мне трудно. И я имею на это право».

И в этом простом признании вдруг появляется пространство. Пространство, чтобы передохнуть. Чтобы не решать всё сию секунду. Чтобы быть, а не казаться.

Что изменилось на самом деле

Если бы мы с тобой встретились десять лет назад и сегодня, со стороны изменений можно было бы и не заметить. Я не превратилась в другого человека. Не избавилась от всех страхов – например, страх не справиться до сих пор иногда навещает меня перед стартом нового потока учеников. Не научилась всегда, без колебаний, выбирать себя.

Но внутри, в самом фундаменте, произошёл тихий, но революционный сдвиг.

Я больше не воюю с собой. Я перестала видеть в своих «неидеальных» частях врагов. Тревога, усталость, раздражение – это не диверсанты, а сигнальщики.

Я не пытаюсь срочно «исправить» каждую «неправильную» эмоцию. Я стала любопытствовать: «Интересно, о чём это ты, моя злость? Что ты защищаешь?»

Я не жду от себя вечного спокойствия и ровного энтузиазма. Я разрешила себе быть живой. А живое – по определению меняется: то заряжено, то истощено, то ясно, то в тумане.

Самое устойчивое, что у меня появилось, – это бережность. Бережное отношение к своим пределам, к своим паузам, к своим «не могу» и «не хочу». Это и есть моя самая главная победа – не над собой, а для себя.

Вместо вывода

Так что нет, я не исцелилась навсегда. И, как это ни парадоксально, возможно, именно в этом и состоит моя настоящая гармония.

Она живёт в умении снова и снова, после каждого шторма, возвращаться к себе. Не к идеальной картинке, а к той, что есть – уставшей, иногда сомневающейся, живой.

Она – в разрешении быть разной: сегодня – мудрой наставницей, завтра – нуждающейся в поддержке женщиной.

Она – в честности без драмы: «Да, вот так сейчас. И это – нормально».

Гармония, я поняла, живёт не там, где всегда солнечно и тихо. Она живёт там, где с собой можно быть настоящей – без прикрас, без масок, даже в самом несовершенном своём виде. И именно оттуда, из этой честной точки принятия, и начинается самый устойчивый и добрый путь – домой, к себе.