Галина Волновая – Брак, Любовь и курочка Ряба. Учебник для 111 класса (страница 7)
ОЛЬГА (обращаясь к Надежде). Вот, слышала? Природой заложено – не подавлять, а выражать. Понятно тебе? Для здоровья полезно. Все подавленное оседает внутри и разъедает до страшных болезней разных.
НАДЕЖДА(эмоционально). Но это же у животных! Человек тем и отличается, что не ведет себя, как животное. Если все будут выражать, что же от нас останется?
ЗОМ. (стоя за спиной Надежды). Да! Если от жизни брать все, ее надолго не хватит.
ГРАФ 'o МАН. По сути, человек в своей основе имеет животное происхождение и в первичных настройках собраны те же реакции на насилие, что у животных. Но он способен справляться со своими эмоциями, часто используя для этого функцию подавления. Но тогда в системе копится напряжение, которое требует выхода. И важно его найти.
ОЛЬГА. Найти, понимаешь, нужно. Чтобы не вести себя, как животное, надо просто способы найти. Каждому свои. Простые. Человеческие.
НАДЕЖДА.У меня с этим нет проблем. Полы драить. Окна скоблить. Огород полоть. Рубашки гладить.
ОЛЬГА. Поэтому ты и спокойная как сто удавов. В спортзал пойти еще можно. Крестиком на крайняк вышивать. Куча способов есть избавится от агрессии..
НАДЕЖДА. Это ты к чему все это? Про выражение, про подавление? Себе способы подбираешь?
ОЛЬГА. Твой сын не может не чувствовать злости, когда с ним не считаются, унижают, подавляют, оскорбляют. Он как любой нормальный человек испытывает злость. Взорваться может от злости. И если бы ты научила его, что злиться – это нормально, он бы нашел способ от нее избавляться: колол бы дрова соседу, переплывал бы речку, орал бы на стадионе, сигал бы в прорубь по понедельникам. Но не для таких глупостей его растили.
Он держит все в себе, потому что другое не прилично. Потому что мама научила его вместо естественного освобождения притворяться, угодничать, подчиняться, хитрить.
И подавленная злость повисает в воздухе общей жилплощади. Становиться грозно в дверях (руки в боки), и требует быть выраженной. Вопрос только кем.
Так жена его бедная становится лягушкой в руках невидимого заспинного хулигана с опасной белой трубочкой. Который незаметно так, с улыбочкой доброй…
А только не превращается лягушка от этого в Царевну Несмеяну. В змей Горгониху превращается о семи головах. Вот незадача-то.
НАДЕЖДА. Ну ты и фантазерка.
ОЛЬГА. Я не знаю, как объясняют такой фокус учёные, но точно знаю, что невестка твоя чувствует весь этот ужас внутри. И очень ей сочувствую. Так как громко квакать и пукать ей приходится за себя и за того парня.
НАДЕЖДА. Как только муж твой жил с тобой тридцать лет?
ОЛЬГА. Так же как и ты со своим. Чего не уходишь от него?
НАДЕЖДА. Почему- то уходят те, для кого ты расшибаешься в лепешку.
ОЛЬГА. А ты встань на место невестки или мужа своего. Представь, на минуту. Ты накачена двойной порцией злости и ничего кроме ненависти не чувствуешь. И так ни день, ни два, а постоянно. В то время, как любитель болот и лягушек, чистый, легкий и благородный размахивает белым флагом с красным крестом на очередной вершине. Он опять «Царь горы». Что будешь к нему чувствовать?
Да, именно. Плюсовать еще порцию злости и готовиться к побегу.
Очень часто, кстати, жесткий супруг или стервозная женушка уползают спать в соседнюю комнату, и с сексом тоже начинаются проблемы. Догадываются видимо, что лягушачьи забавы передается не только воздушно – капельным, но и половым путем. Тут главное – успеть занять позицию сверху.
НАДЕЖДА. Все это звучит как полный бред и мистика.
ЗОМ. (из-за спины Ольги). Одна тётенька так привыкла всех шокировать, что сама забыла зачем.
ОЛЬГА (обращаясь к Графу). Вот тебе ещё одна причина. Записываешь?
ГРАФ 'o МАН. Да, да, минуточку.
ЗОМ (выглядывая из-за спины Графа)
За аплодисменты
Надежда стоит перед фотографиями сына.
НАДЕЖДА (страдальческим измученным голосом). Есть там новости какие? Машин не слышно? Терпения ведь больше никакого нет ждать.
ОЛЬГА. Кто о чем, а вшивый о бане. Хватит уже рваться туда, куда не пускают. И губу свою дрожащую уйми. Здесь тебе не там.
ЗОМ. (заглядывая через плечо, Надежде в лицо).
НАДЕЖДА. Как же так то? Опять ты грубость свою включаешь. Жалко ведь. Сыночек же он мой, кровиночка. Столько он делает для семьи своей, а она его даже не похвалит никогда.
ОЛЬГА. Компот мне в рот! А зачем она должна его хвалить? Он что дитя малое?!
НАДЕЖДА. Каждая мудрая жена хвалит своего мужа. Любой муж за это горы свернет.
ОЛЬГА. То что работает с мамой в пять лет не всегда работает в сорок с женой. И вообще похвала и благодарность – это разные вещи. Пора бы уже знать разницу.
НАДЕЖДА. Опять ты все путаешь. Сказать, что он молодец, это трудно что ли? Откуда эта черствость, сухость, безразличие?
ОЛЬГА. Если человек делает что-то из любви, ему это не надо. А если за похвалу – то это просто противно .
ЗОМ (рассуждает, сидя на столе в кабинете Ольги)
НАДЕЖДА. Похвала, благодарность. Какая разница. Главное, что человеку приятно.
ОЛЬГА. Очень часто даже за доброе дело искренне поблагодарить язык не поворачивается, когда перед тобой не мужик, а попрошайка на паперти с протянутой рукой (передразнивает и кривляется): «Ну похвали меня, пожалуйста! Чего тебе жалко что ли?»
НАДЕЖДА. Какая же ты злобная женщина! Точь-в- точь невестка моя.
ОЛЬГА. А тебе самой не противно видеть, как взрослый здоровый мужик выпрыгивает из штанов, чтобы его погладили по головке? Или выклянчивает похвалу, как сто грамм на похмелье?
НАДЕЖДА (передразнивает) Язык видите ли у нее не поворачивается. Отвалится прям язык твой, если лишний раз похвалишь.
ОЛЬГА. А ты ведь даже не слышишь меня.
ГРАФ 'o МАН. Позвольте анекдот в тему.
Первоклассник выходит из-за парты, берёт учительницу за руку и направляется к двери:
– Куда мы идём? – спрашивает учительница.
– В туалет.
– Но ты уже взрослый мальчик, можешь сходить один.
– Нет, один я не могу. Мама всегда хлопает в ладоши, когда я писаю…
ОЛЬГА. Худшее, что ты могла сделать для своего сына, ты уже сделала, требуя от него быть "хорошим мальчиком". Ты обманула его. Обещала, что если он будет хорошо себя вести, его все будут любить. Но любят не за это. И он сам давно уже понял, что это не работает. Но продолжает стараться изо всех сил. Потому что так мама велела. Потому что приучила его даже писать за аплодисменты.
Когда один способен любить себя, только когда любят его, то такие аплодисменты стоят очень дорого. Изматывают и выкручивают обоих.
ЗОМ (рассуждает, орудуя шваброй в доме Надежды)