Галина Волкова – Истории о котопёсах и их хозяевах (страница 14)
Валерьяныч посмотрел на него удивленно, потом присмотрелся к Белке, потом снова на Лешку…
Прощание с ребятами вышло сумбурное, сентиментальное, плаксивое и задушевное. С Машей договорились о всех каникулах, ребятне насовали полные сумки-корзинки домашних заготовок, спелых фруктов и свежей выпечки. Усадили всех в машину, помахали руками, думали расходиться, но Лешка с Валерьянычем остановили.
– Тут дело у нас такое, – начал Лешка Сглаз.
– Да не дело, а событие, а точнее, проблема. И вообще весело будет жить, – усмехаясь, дополнил его Валерьяныч.
– Да не тяните уже, глагольте, чего накопали, – прикрикнула на них Мартыниха, все еще вытирая слезы.
– В общем, так. В наших яслях обнаружились три полуволчонка и одна ротвейлер, – молвил Валерьяныч.
– От еж, так и знал, что жизнь в Заводье бьет ключом, и все по башке! – констатировал бесспорный факт Митрич.
– А я всегда знала, что моя Ромашка с характером, – внесла свою лепту в осмысление ситуации Мартыниха.
Прошел год. По заранее оговоренным обязательствам Маша привезла детей на летние каникулы. Когда они подъехали к дому отца директора, их встречали жители Заводья и собаки. И было тех собак много, и были среди них четыре рослых молодняка, отличавшихся настороженным поведением и серьезными взглядами.
Все четверо дружно потянули носами, вильнули хвостами и, признав своих, кинулись обниматься, сбив с ног и Ваньку, и Лешку. Наташа успела присесть, и Белка просто вылизала ей все лицо.
– Принимайте гостей надолго, – засмеялась Маша.
– Так заждались уже. И комнаты готовы, и пирогов напекли, и…
Шумиха не успела договорить, Митрич бесцеремонно перебил ее.
– Так, ребята, давайте, вещички свои хватайте, да на постой пойдем, – деловито пригласил он желанных гостей.
Ребята весело подхватили свои рюкзачки и пошагали за Митричем. За ними деловито отправилась вся четверка молодняка. Четвероногие старожилы Заводья разбежались по своим делам.
– Смотри-ка, как привязанные, – удивленно прокоментировала Маша.
– Эт наш спецназ. Сопровождают во избежание, – сказал Лешка Сглаз.
– Какой спецназ? – снова удивившись, спросила Маша.
– О-о-о, ты ж не знашь ничего. Тут две недели назад двое пришлых нарисовались. Молодые, наглые, решили у стариков поживиться. К Мохнатому сунулись, а там молодняк наш в гости к Бурану прискакал. Мы их иногда выгуливаем так, чтоб территорию знали, и вообще… Короче, прихватили энтих голубчиков, хорошо так прихватили. Мы в полицию их сдали, а они, оказывается, в розыске уже. В Кошкино они отметились, Сергеевну ограбили. Потом в Веснянку заглянули, там тоже у кого-то деньги сперли, пока хозяйка на огороде возилась.
– Агась, – поддержал Лешку Валерьяныч, – мы ж эту банду цельный год по науке воспитывали. Вот они по науке и взяли их в полон, – засмеялся лесник, довольный проделанной работой.
– Нет, ну с вами точно не соскучишься, – улыбнулась в ответ Маша.
Заводье: едем к ветеринару
Кому-то может показаться, что Заводье – это сказочный уголок, придуманный моей виляющей фантазией. Кто-то скажет, что такие отношения между людьми совсем не характерны для нашего высокотехнологичного XXI века. С другой стороны, а давно ли вы бывали в таких заброшенных деревушках, где несколько стариков доживают свой век?
Много повидавшие в жизни, они, оставшись на родной земле, где каждый клочок, каждое деревце, каждая дощечка в заборе соседа знакомы, понятны и дороги, давно расставили приоритеты и живут теми ценностями, которые должны быть важны для каждого правильного человека.
Ладно, оставим философские размышления на минуты перед сном и заглянем в нашу любимую сказочную деревню.
А там идут активные разговоры и сборы. На одном из советов у Светланы Николаевны Валерьяныч разродился идеей вакцинации собачьего молодняка. Лесник объяснил свою мысль тем, что собаки у них породистые, умные, но безбашенные в силу своей молодости. Лес рядом, там дикий зверь, бешенство, то, се, вот. Значит, требуется обезопасить заводьевский спецназ от всяких там болячек и зараз.
Сказано – сделано. Но не в случае с Заводьем. Ехать решили все, и дети тоже. Они еще гостили у стариков, идею поддержали, а еще предложили расширить программу. Что тут началось…
На Машу, дочь Семена, и Сережу, внука Мартынихи, возложили обязанность по поиску габаритного транспорта, в который должны были вместиться… шесть, нет, восемь… Ладно, кто самый здоровый, тот и поедет. Ну и четыре собаки. Особым поручением стала покупка ошейников и поводков.
– Намордники нужны? – спросил селян Сережа, когда приехал по срочному вызову бабки.
– Да зачем? Мы их морды руками подержим, – отмахнулся от Сережиного вопроса Митрич.
Как понимаете, все приготовления имели и финансовую сторону вопроса. Тут уж, что называется, по сусекам поскребли, по банкам пошарили, родственников поднапрягли. Насобирали, в общем.
Маша сходила в ветеринарную клинику, договорилась о визите на пятницу, объяснила ситуацию, вот только не предупредила, что заявятся к ним люди интересные, оригинальные, себе на уме и со своими шуточками-прибауточками. И про породу собак не сказала, типа потом сюрприз будет.
В пятницу с раннего утра в Заводье прибыл аккуратненький такой пазик. Выражение лица водителя автобуса, когда он увидел встречающих, можно описать одной фразой: «Во попал!».
У въезда в деревню, на обочине дороги стояли люди преклонного возраста, три ребенка и четыре собаки. Вру, собаки сидели. Одеты сельчане были ярко, дети от них не отставали. В город отправлялись шестеро сельчан: Анна Васильевна (Шумиха), Федор Никитич (Мохнатый), Лешка Сглаз (Алексей Никифирович), куда ж без него, а также Клавдия Петровна (Мартыниха), Светлана Николаевна и Николай Дмитриевич (Митрич). Ядреная, я вам скажу, компания.
Федор Никитич, как самый собранный и серьезный в этой компании, попробовал степенно взойти в автобус, но… Сначала Мартыниха, метко толкнув его бедром, попросила пропустить дам и прошмыгнула в автобус с Ромашкой. Потом Лешка Сглаз галантно подхватил Шумиху и, слегка придерживая в районе пятой точки, помог забраться даме. Митрич озорно подмигнул Мохнатому и что-то шепнул на ухо Сому, после чего тот игриво рыкнул на Никитича, быстро преодолел ступеньки, потянув за собой хозяина. Дети стояли в сторонке и слегка посмеивались в кулачок, чтобы не смущать любимых бабушек и дедушек.
Мохнатый стоял ошарашенный и слегка покрасневший. Выручила Светлана Николаевна. Она подошла к Мохнатому, улыбнулась и сказала:
– Федор Никитич, будьте так любезны, помогите даме!
Тому ничего не оставалось, как подать руку соседке и проследовать за ней в автобус. Ребята быстро заскочили за взрослыми, подгоняя Белку, которая почему-то заупрямилась.
Мохнатый остановился в проходе, обвел пассажиров внимательным взглядом, убедился, что все, и двуногие, и четырехлапые, на местах, повернулся к шоферу и сказал:
– Трогай!
Серега, приехавший с водителем, сидел на переднем сиденье, кривя губы в улыбке, чтобы не расхохотаться, отвернулся к окну и, не выдержав, прыснул. Тронулись.
Когда из подъехавшего автобуса вывалилась веселая компания и вошла в небольшой коридор ветеринарной клиники, там их уже ждала Маша.
Молоденькая медсестра, обозрев картину, пискнула и пулей метнулась в кабинет. Через минуту оттуда вышел доктор. Молодой мужчина, лет тридцати, невысокого роста, посмотрел на стариков и детей и спросил:
– Животные-то где?
– Все здесь. У кого-то лапы ломит, у кого-то хвост отваливается, а у этой вообще характер с годами испортился, – не утерпел Лешка Сглаз и ткнул пальцем в Мартыниху.
Ветеринар сначала растерялся, перевел взгляд на Машу, та подмигнула ему и строго обратилась к заводьевцам:
– Значит, так. Спецназ свой выводите, показывайте доктору.
Перед ветеринаром предстали три полуволчонка и ротвейлер. Все четверо подозрительно посмотрели на человека в белом халате и одновременно зарычали, Атос – утробно и грозно, Сом – потише и глухо, Ромашка и Белка – от души, с переливами.
– Ясно. А намордники где? – собрался ветеринар и задал, исходя из поведения собак, животрепещущий вопрос.
– Не волнуйтесь, доктор, мы им пасти рукой зажмем, – успокоила врача Мартыниха.
Ну что сказать. Пасти действительно зажимали. Ромашка обслюнявила всю хозяйку. Атоса пришлось держать Маше, так как Семен Сергеевич не смог поехать, у него поясницу прихватило. Пес, конечно, хорошо знал дочку хозяина и по-своему любил, но ладошку зубками прищемил от души.
Сглаз оказался самым адекватным. Он строго прикрикнул на Белку, та уселась своей толстой попой и категорчески отказалась вставать. Тогда он перекинул через нее ногу, зажал тело, поднял попу собаки и велел доктору:
– Коли уже, а то ведь не удержу, всех порвет… – И весело подмигнул медсестре.
Сом Митрича рычал даже через зажатую пасть, на щелбан по лбу, полученный от хозяина, обидно скульнул и тяжело вздохнул.
После того как все собаки были привиты, справки получены, все покинули ветеринарку и, оглядевшись, единогласно решили немного прогуляться.
Огонек
Он родился огненно-рыжим. Спустя два месяца стал самым пушистым. Ему пророчили счастливую жизнь.
Молодая пара выбрала его и назвала Огоньком. Два года его холили и лелеяли, любили и заботились, и он был счастлив. Потом в молодой семье родился малыш, и оказалось, что у ребенка аллергия на шерсть животных. Расстроенные хозяева нашли для Огонька новый дом.