Галина Смолицкая – Топонимия Москвы (страница 13)
РОЗА ВЕТРОВ
Если внимательно присмотреться к подробному плану столицы, то наверняка можно заметить, что многие (за вычетом ряда исключений) московские топонимы, образованные от географических названий разных типов, располагаются в Москве большими «кустами» с выраженной географической привязкой.
Так, названия «северного» характера, связанные не только с направлением на север, но и с понятием холода, - улицы Дубнинская, Енисейская, Магаданская, Норильская, Чукотская, Хибинский проезд и мн. др. - располагаются в северной части Москвы. На той части карты Москвы, которая обращена к югу, можно найти группу топонимов «южного» характера - улицы Донбасская, Ереванская, Ялтинская, Чонгарский бульвар и мн. др.
Такие группы названий есть и в других районах Москвы - соответственно их положению относительно той или иной страны света и т. д. Например, на северо-западе города много названий, связанных с Ленинградом, его окрестностями, с географическими названиями, расположенными на северо-западе нашей страны. На юго-востоке столицы есть топонимы, основой для которых, в частности, послужили названия городов, рек, гор Северного Кавказа, Нижнего Поволжья. Подробно описывать все эти топонимические группы вряд ли целесообразно. Однако кажется интересным проиллюстрировать этот принцип расположения названий улиц и бульваров, переулков и проездов, площадей и проспектов Москвы на специальной схеме. Она, как думается, дает наглядную картину привязки ряда названий к соответствующим географическим зонам столицы - западной, юго-западной, северной, северо-восточной и т. д. (см. схему на рис. 1).
Примечателен еще один факт. Довольно часто в группы «северных», «восточных», «южных» и прочих московских топонимов начинают входить и такие названия улиц, которые образованы не от географических наименований, а от других имен собственных (например, антропонимов), но в сознании людей имеющих определенную связь с понятиями севера, юга и т. д. Так, на севере Москвы, как уже упоминалось, находится много улиц, проездов, названных в честь покорителей Севера и Арктики, полярных летчиков. А в северо-западной части города в 1964 г. возникла Смольная улица. Она была так названа в честь легендарного штаба революции - ленинградского Смольного. На. юго-востоке столицы, в районе Рязанского проспекта и Окской улицы, в 1964 г. появился Есенинский бульвар, названный в честь поэта С. А. Есенина, жизнь, творчество которого, как известно, были связаны с Окой и Рязанщиной. Подобный процесс будет, вероятно, продолжаться и в будущем.
Стремление упорядочить, систематизировать внутригородские названия присуще всем городам современности (в частности, и зарубежным), оно осуществляется па основе разных принципов, подчас реализующихся в самых неожиданных и непривычных формах.
Один из районов Нью-Йорка, образованный двадцатикилометровым островом Манхэттен, почти по всей своей длине с севера на юг прорезан очень длинными проспектами, авеню - с 1-й по 11-ю. При этом с запада на восток их пересекают более сотни улиц Ит стрит, каждая из которых также вместо названия имеет собственный порядковый номер. Точнее говоря, это и есть название, представленное порядковым числительным. Здесь вы найдёте и 42-ю стрит, по которой можно дойти до серого небоскреба на Ист-ривер - штаб-квартиры ООН, и 125-ю стрит, главную улицу Гарлема, и десятки других ‹энных› стрит. В принципе заблудиться в городе при такой планировке и систематизации названий улиц практически невозможно. Но как можно нумеровать то, что индивидуально? Число не выражает ничего, кроме количественной меры. А ведь каждая улица, какой бы похожей на соседнюю или на десяток других она ни казалась, все-таки имеет свое лицо, свою историю, свои, только ей свойственные, особенности. Именно потому, что числа не выражают ничего, кроме количества, порядкового номера, они вообще очень редко встречаются в русской топонимии.
«Географический» принцип называния в московской топонимии известен еще с глубокой древности, прошел проверку временем. А ведь именно то, что выдержало испытание временем, по-настоящему рационально. Мы уже рассказали о том, что в древности главные дороги, которые вели от Кремля, из Москвы, как говорится, «на все четыре стороны», назывались именно по тем местностям, по тем городам и другим населенным пунктам, к которым они шли. С ростом города они частично или полностью входили в состав столицы и превращались в улицы. Сейчас во многих московских топонимах сохраняется память об этих дорогах - подтверждение древности данного принципа называния. Так, например, на отрезке между Добрынинской и Даниловской площадями древняя дорога в подмосковный город Серпухов обрела свою вторую жизнь в составе названия Большой Серпуховской улицы, известной с XVIII в. Память о большой дороге, шедшей в XIV - XVIII вв. в торговое село Стромынь, по которой можно было проехать и дальше - на Киржач и Владимир, сохранилась в наименовании улицы Стромынки (в Сокольниках). Как показывает материал, этот принцип образования московских топонимов (принцип гёографической привязки) продолжает действовать и в наши дни.
Географические «кусты» московских топонимов имеют ряд положительных черт. Во-первых, подобная группировка названий улиц именно в столице подчеркивает значение Москвы как всесоюзного и всероссийского объединяющего центра. Во-вторых, она отчасти помогает и ориентироваться в огромном городе. И, наконец, в-третьих, названия такого рода имеют познавательную и эстетическую ценность.
ТОПОНИМИЧЕСКИЕ РАСКОПКИ
Каждый московский топоним - памятник своего времени, своей эпохи. Это касается, конечно, и тех названий улиц, в основе которых лежат имена собственные разных типов.
Поскольку топоним - памятник своего времени и время изменяет его первоначальный облик, то для установления его исходной формы необходимо изучить архивные документы, старинные издания и другие источники того периода, когда появилось название или когда оно еще не было видоизменено. Особенно важны подобные источники при анализе наименований, изменившихся в результате произношения, функционирования в устной речи. Без специального исторического анализа трудно, например, определить, что Весковский переулок своим названием обязан старинному московскому урочищу Вязки, известному с XIV в. В основе топонима улица Щипок (что между Дубининской улицей и Стремянным переулком, в районе Зацепы) лежит название урочища Щупок, впоследствии изменившегося в Щипок. Сам же микротопоним ведет свое происхождение, видимо, от того, что в этом месте специальным длинным железным прутом - щупом - проверяли въезжавшие в город возы о сеном и соломой, чтобы не пропустить товары, подлежавшие обложению пошлиной.
Улица Благуша свое наименование получила в 1922 г. по находившейся на ее месте до начала XIX в. Благу-шинской роще, а улица Дубки была названа так в 1967 г. по расположенному рядом с ней парку «Дубки». Основой для редких топонимов улицы Дьяково Городище послужило название одного из древних поселений на территории Москвы - городища, археологического памятника ранне-железного века у бывшего села Дьяково (недалеко от нынешних станций метро «Коломенская» и «Каширская»), Кстати говоря, название села вошло в состав наименования дьяковской археологической культуры.
Многие московские топонимы непонятны в настоящее время потому, что названия, ставшие для них основой, исчезли или оказались забытыми. Так, по стене Китай-города получил свое название Китайский проезд. Первоначально он именовался именно как проезд Китайской Стены. Название замечательного памятника русской архитектуры XIX в. Манежа также получило вторую жизнь в топониме: вдоль бокового фасада здания проходит Манежная улица (до 1967 г. существовал и топоним Манежная площадь).
Любопытно происхождение названия Миллионная улица, которая находится на севере столицы, поблизости от Ростокинского акведука, построенного в конце XVIII в. при сооружении первого московского водопровода. На строительство этого акведука было потрачено более миллиона рублей, сумма, во много раз превышавшая предварительно планировавшиеся расходы. Именно поэтому Ростокинский акведук сразу же получил в народе наименование «Миллионный мост». Отсюда - и происхождение названия прилегающей к нему Миллионной улицы.
Рассказывая о тех московских топонимах, основой которых послужили разные собственные имена, следует упомянуть и о тех наименованиях улиц, переулков, проспектов, которые были образованы от эргонимов, т. е: названий деловых объединений людей: предприятий, учреждений, организаций, союзов, обществ и т. д.
Прежде всего следует вспомнить о названиях фабрик и заводов, а также других производственных предприятий. Например, наименования «Динамо», «Красный богатырь», «Фрезер» и т. п. вошли в состав таких топонимов, как Динамовская улица и Динамовский переулок, Краснобогатырская улица, шоссе Фрезер и др. Эта лексико-семантическая модель продуктивна не только в наше время, она существовала и в дореволюционный период. Однако в те времена заводы и фабрики обычно именовались по фамилиям их хозяев, поэтому и близлежащие улицы и переулки зачастую могли иметь связь с такими фамилиями, но опосредованно - через название завода. Так, например, получили свои «визитные карточки» бывшие Колосовы переулки (сейчас - Сухаревские); они проходили рядом с ткацкой фабрикой Колосова.