Галина Романова – Неслышные шаги зла (страница 4)
– Которых?
Макс оттолкнулся от притолоки и наклонился над ее компом. Садиться в джинсах на простыни он не стал.
– Тут наткнулась на тайный чат их одноклассников, – ткнула пальцем в монитор Лера. – Они нелестно пишут о сорванцах.
– Ты проникла в тайный чат? – изумился Максим. – Как это у тебя…
– Не задавай лишних вопросов, Максик, – ухмыльнулась она. – Есть у меня секретные ходы. Обучена одним неплохим челом. Но все в рамках закона, не думай. Итак… Эти двое – Ревенков Илюша и его закадычный друг Хлопов Сережа – те еще сорванцы. И они на спор устроили собственное похищение. Это судя по переписке в чате. Короче, они оставили свои велики на пустыре. Каким-то образом позвонили из штаба Новиковой на ее личный телефон, сообщив о похищении. И спокойно отправились по домам. И пока собравшиеся волонтеры – пришло всего пятеро, с Новиковой шестеро – пытались по горячим следам их отыскать, бегая по окрестностям пустыря, подростки сидели дома с мамами и папами. А вот из официальных источников следует, что ничего такого не было. В смысле, поисков не было. Никто никого не организовывал, протокол не был соблюден. И Новикова просто решила поиграть в казаков-разбойников. Так пишут некоторые издания, прикинь!
– Она утверждает, что ребят искали, и основательно, – возразил Максим.
– Может, и искали. Но так – самодеятельно. Собрались, сели в автобус, доехали до пустыря и пошли врассыпную. Без оповещения населения. Без листовок. Они даже в регистрационном журнале не сделали отметку. Ну, как это у них обычно бывает. – И Лера снова ткнула пальчиком в экран. – Так тут все пишут. А еще…
Тут Лера сделала такую затяжную паузу, что Максиму сделалось не по себе.
– А еще пишут, что вся эта возня случилась аккурат накануне выдачи гранта одной из благотворительных организаций. Этой организацией рассматривались три волонтерские бригады. И одной из них руководила Новикова. И было объявлено что-то типа негласного конкурса между этими тремя отрядами. Типа, кто лучший, тот и получит грант. Деньги небольшие, но хоть что-то. Все же не на голом энтузиазме. И вот… – Лера резко захлопнула ноутбук. – Короче, мне все ясно. Эти пацаны явно работали на конкурентов. А Новикова повелась, как девочка. И так разволновалась, что дети пропали, что наплевала на протокол и кинулась искать их буквально «в тапках». Или не разволновалась, а думала о деньгах благотворителей? Желала стать лучшей из лучших. Скучно все, Максик. И копаться нечего.
– И что же, призвать к ответу некого?
– Кого? Пацанов? Они сразу откажутся. А родители их на тебя еще и в суд подадут за преследование. Ребяткам-то по пятнадцать.
– Нет, Лера, погоди.
Максу сделалось тошно, стоило вспомнить налитые слезами глаза Нины Николаевны.
– Ты же нашла переписку в чате.
– В закрытом чате, Макс, – глянула на него исподлобья Лера. – И предъявить эту переписку в качестве доказательства не получится.
– Почему?
– Ты что, тупой, Тройский?! – вскочила на ноги Лера и попружинила на толстом матрасе. – Я сделала это не вполне легально. Уймись! Не хватало еще, чтобы меня за одно место взяли. И с работы погнали. И вообще… Тебе заняться нечем? Работы воз и маленькая тележка. А он за такой тухляк ухватился!
– Это неправильно, – насупился он.
Лера молчала. И, постояв минуту, он пошел на выход.
– Макс, не злись! – крикнула ему в спину Лера. И добавила: – Коли тебе так важно, занимайся тихо и вне рабочего времени. Но к пацанам не суйся. Умоляю!
Глава 4
Вне работы ей теперь совершенно нечем было себя занять. Она привыкла помогать людям. Всегда хотела быть им полезной. Семьи не было. Не сложилось. Вот и помогала всем и каждому. Не обходила вниманием бездомных кошек с собаками. Старалась по возможности пристроить каждую бродяжку в приют. Что уж говорить о людях, которые попадали в беду!
И Нина Николаевна страшно обрадовалась, когда появилась возможность проявить себя в организованном, сплоченном коллективе. Все свободное время она была на связи. За каждого «потеряшку» болела душой. Не спала и не ела, когда шли поиски. И никогда не оставалась в лагере, всегда лезла в самые густые лесные заросли.
Старалась безвозмездно, даже не за спасибо. Спасенные люди редко говорят спасибо, потому что пребывают в глубоком шоке или вовсе без сознания.
И как ей было больно, когда в ее адрес посыпались несправедливые обвинения. Родственники невыживших «потеряшек» ругали, проклинали ее, упрекали в непрофессионализме и советовали варить кашу, а не лезть в серьезное дело. Одна особенно сердитая женщина – соседка погибшей в лесу женщины – даже плюнула в ее сторону.
Свои не обвиняли. Они просто косились и прекращали всякое обсуждение, стоило ей подойти к ним ближе. Так продолжалось пару недель. А потом ее лучший друг Ваня Кочетов, старательно не глядя ей в глаза, посоветовал на время отойти от дел.
– Никто не хочет с тобой идти на поиски, Нина. А одну я тебя выпустить не могу. Ты же все знаешь.
Ваня вымученно улыбнулся. Его правая рука терзала молнию на ветровке. Ваня ею двигал то вверх, то вниз.
– И что же мне теперь делать, Ваня? – Она судорожно пыталась сглотнуть, но во рту было страшно сухо. – Сидеть дома? И никак не помочь несчастным?
– Нина! – неожиданно повысил он голос. – Услышь меня! Никто не хочет с тобой идти на поиски! Никто! От слова совсем! Ты несколько раз облажалась. Людей не нашли. Они погибли.
– Но… – попыталась она возразить чужим голосом. – В этом не только моя вина, Ваня.
– А чья?! Я же приказал идти проулком к трассе. Там видели женщину, которая ушла из дома. А ты повела всех на заброшенную стройку. Зачем?!
И вот тут она всегда спотыкалась о воспоминания, которые казались ей очень странными.
Она получает звонок от Ивана. Потом берет бутылку с водой, переливает в свою походную, делает несколько невместившихся глотков из пластиковой и…
И дальше ничего не помнит. Вообще ничего. Сознание возвращается к ней, когда она поднимает лист ржавого железа над лазом в бетонном полу на стройке. И тут же слышит голоса, которые зовут по имени потерявшуюся женщину. Она и сама громко кричит в открывшийся под листом железа лаз. В ответ тишина.
– Нина, здесь ее нет, – окликнул ее кто-то со спины.
Она бросает ржавый лист железа, поворачивается. На нее смотрят сразу четыре пары глаз. Какие устало смотрят, какие с раздражением.
– Ее здесь нет. Зачем мы сюда поперлись вообще? – возмущается кто-то, угадать по голосу она не может. – Иван сказал идти нашей группе проулком к трассе, а ты повела всех сюда. Зачем?!
Возмущавшийся сильнее остальных вышел из-за чужих спин. И тут она его узнала.
Виталик Шмелев. Примкнул к ним совсем недавно. Молодой, всего-то тридцать пять лет, но очень энергичный. Пару раз отличился на поисках, выводя группу в нужную точку. Всегда бывал приветлив. А сейчас вот нет. Смотрит на нее как на врага.
– Зачем ты нас сюда повела, Нина? – повторил он свой вопрос в развернутом виде. – Мы потеряли два часа времени. И Алла ногу поранила о какой-то ржавый гвоздь. Мы ей скорую вызвали. Что с тобой? Что ты молчишь и смотришь как ненормальная?
На Виталика тут же зашикали. И он, извинившись, куда-то ушел. И вся группа ушла за ним следом. А Нина осталась стоять на том же месте, пытаясь сосредоточиться. Но у нее плохо выходило. Мысли были вялыми, воспоминания – стертыми. Она вовсе не помнила последние два часа. Очнулась, лишь когда ворочала этот чертов ржавый лист железа. Что с ней? Что с ней не так?
И на следующий день она после работы помчалась в платную клинику. Сначала посетила терапевта. Тот выписал кучу анализов. Она их сдала, результат оказался великолепным. Через пару дней она направилась к невропатологу. И там он ее ошарашил.
– Возможно, это начинающаяся деменция, Нина Николаевна. Признаки столь очевидны, что… – предположил он, посматривая с сочувствием. – Что я бы посоветовал вам на время отойти от ваших дел.
Она же рассказала доктору, чем занимается в свободное от основной работы время. Тот слушал внимательно. Особенно в том месте, когда у нее из памяти пропали целых два часа.
– Вам необходим отдых, – ласково глядя на нее, порекомендовал доктор. – Серьезный отдых. Лучше санаторно-курортное лечение. Могу порекомендовать несколько. Очень хороший рейтинг.
– Но у меня никогда такого не было раньше, – попыталась она возразить. – Странно как-то. Внезапно.
– Эта болезнь начинается именно так вот – внезапно, Нина Николаевна. При таких нагрузках, которым вы подвергаете свой организм, это немудрено. Я назначу вам лечение. Вы должны отнестись к этому очень серьезно. И отдых… Непременно отдых…
Она послушалась, пролечилась. И даже начала присматривать санаторий, чтобы отдохнуть. И тут совершенно случайно наткнулась на статью в интернет-издании об открывшемся новом отделе криминальных новостей.
Отдел рекламировали знатно. Обещали не только криминальные новости из первых уст, но и помощь в разбирательстве спорных вопросов. Если полиция отказывала в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления, то журналисты брались разобраться в проблеме и помочь. И при необходимости осветить проблему на страницах издания.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.