Галина Полынская – Эра Эфеба (страница 8)

Обняв девушку за плечи, Феликс притянул ее к себе. Этот жест спокойный и властный мгновенно расслабил Бертину. Она свернулась под боком мужчины, прижалась щекой к его груди и опустила ресницы, отстраняясь от созерцания пустых стен тесного подвала.

Пропажу директора первой заметила Арина. Девушка видела, как он зашел в толпу и вскоре куда-то исчез, о чем она и сообщила своему дедушке. Бросить коллектив и просто так, молча уйти, потому что карнавал не понравился Феликс не мог и Никанор Потапович почуял неладное. Старик нашептал Гере оставаться с непосвященной частью коллектива, отвлекать их, затем прихватил соратников и группа двинулась к дороге.

Добравшись до места, где стоял директор, Никанор глубоко втянул ноздрями воздух, глаза его в прорезях маски пожелтели, зрачки сузились до вертикальных. В мешанине запахов старый оборотень сразу поймал след специфичной тяжелой парфюмерной воды, которой Феликс неизменно глушил гиблый запах талого снега, исходящий от вампира.

Поводив носом по сторонам, Никанор Потапович указал на старинное красно-белое здание и сказал:

– А вон тудой тропинка наша вьется.

Глава 8

До ночи ворон с крысой следили за дверью комнаты, отлучаясь лишь на перекусы. Но обстановка была спокойной и, в конце концов, дежурство им надоело. Они перебрались в спальню и устроились на ночлег на своих обычных местах, как если бы Феликс находился дома – Дон Вито свернулся клубочком на подушке, Паблито уселся на спинке кровати, прямо под арбалетом на стене.

– Так пусто без Феликса, – вздохнул крыс. – Квартира словно притаилась, замерла, чего-то ждет…

– Прекрати! – сердито проскрипел ворон. – Нагоняешь жути перед сном!

– Да я просто…

– А мне приснится потом, приснится!

Дон Вито снова вздохнул и закрыл глазки. Сквозь щели в шторах с улицы проникал зыбкий белый свет и растекался тусклыми отблесками на многочисленных клинках коллекции холодного оружия, занимавшей всю стену напротив кровати. Слушая, как крыс тоненько посвистывает носом во сне, Паблито ерошил перья и смотрел на шпаги с мечами и саблями. Больше всех ему нравилась одна, висевшая под потолком – длинная с красивой деревянной ручкой. Как называлась эта сабля, ворон не помнил, знал лишь, что Феликс привез ее из Японии.

Старинные часы в гостиной коротко пробили половину первого и мелодичный звук развеял сонливость, в которую Паблито только-только начал погружаться. Ворон недовольно встряхнулся и застыл – внезапно он совершенно отчетливо ощутил чье-то постороннее присутствие в квартире.

Заметив маску «Баутто», валявшуюся на газоне, Никанор поднял ее, понюхал, кивнул на здание с вывеской над входом и сказал:

– Здеся наш соколик.

– И чего он тут забыл? – Сабуркин подошел к входу, подергал ручку, но дверь оказалась заперта.

– Может, снова важное дело неотложное? – предположила Алевтина. – А мы позоримся, бегаем за ним.

– Нет, что-то случилось! – с уверенностью сказала Арина. – Феликс Эдуардович буквально сорвался в нашу сторону, будто что-то важное хотел сообщить, и вдруг пропал в толпе! И телефон его недоступен! Скорее всего, в этом доме он находится не по своей воле!

– Похитили, хочешь сказать? – недоверчиво хмыкнул Валентин, изучая вывеску над входом. – Кто может похитить Феликса? Там и пяти минут не проживешь.

– Другие вампиры, например, – подсказала Аля. – Надо бы в домик заглянуть.

– Если внутри другие вампиры, то не очень хочется туда заглядывать, – возразил Валя. – Но ради Феликса я на всё готов.

Сабуркин снова протянул руку к двери, раскрыл ладонь, намереваясь вскрыть замок, но Алевтина его остановила:

– Погоди, не надо сразу вламываться, погляжу для начала. Прикройте меня.

Пусть особняк и располагался на небольшой и пустой в этот час улочке, но случайные прохожие могли появиться в любой момент. Алевтина выбрала простенок между окнами и принялась ощупывать каменную кладку. Остальные встали полукругом за спиной женщины, закрывая ее от возможных посторонних взглядов.

Набрав в легкие воздуха и задержав дыхание, словно собиралась нырять под воду, Алевтина стала медленно погружаться в стену. Заходить полностью она не рискнула, лишь по грудь. В этот момент случайный прохожий мог бы увидеть удивительное зрелище – живую-здоровую женщину, замурованную в стену.

Вынырнув из каменной кладки, Аля выдохнула и доложила:

– Похоже на бальную залу, свет горит, но никого нет. Наверное, было какое-то мероприятие, но закончилось – на стульях лежат карнавальные маски.

– Значит, можно заходить? – Сабуркин вновь потянулся к замку.

Видя, что дедушка колеблется, Арина спросила:

– Зеркала в зале есть?

– Да, полно, – ответила Алевтина.

– Тогда давайте я зайду на минутку, оставлю отражения и выйду. Понаблюдаем за залом немного.

– Верно, – кивнула Аля, – а то если свет оставили, значит, в любой момент могут вернуться.

– Отражения пущай наблюдают, а мы дом кругом обойдем, поглядим, какие ишшо ходы имеюца, – согласился дедушка.

Валентин прижал ладонь к личинке замка, мягко щелкнул ригель, и Арина проскользнула в приоткрывшуюся дверь. Буквально через минуту девушка вернулась, Валя защелкнул замок обратно, и группа странных туристов направилась в обход особняка.

Неказистая железная дверь служебного входа обнаружилась на торце здания. Валя поискал камеру, сигнализацию, не нашел и вскрыл замок с помощью своей магнитной силы.

Стараясь не шуметь, незваные гости прошлись по темному коридору, открывая запертые двери и заглядывая в помещения. Пара комнат пустовала, другие были заставлены нераспакованной мебелью и коробками, а последняя, самая большая, напоминала склад благотворительной организации, собирающей вещи, одежду для малоимущих. Заинтересовавшись, Алевтина зашла внутрь и походила между коробок и целлофановых мешков, подсвечивая их содержимое фонариком мобильника. В комнате стоял тяжелый неприятный запах и причина его вскоре стала ясна – вещи покрывали засохшие бурые пятна. Догадавшись, что это за пятна, Аля поспешно покинула комнату и громким шепотом произнесла:

– Это и впрямь вампирское гнездо. Что-то мне аж не по себе делается.

– Не боись, прорвемся, – ухмыльнулся Никанор, сверкнув желтыми звериными глазами. – Амулетики противовампирные, что Феликс выдавал, все приодели?

Арина с Алей кивнули, Сабуркин приложил ладонь к груди и прошептал:

– Я и сплю в нем, вообще не снимаю.

Арина вдруг замерла и уставилась в пространство остановившимся взглядом.

– В зал приходят люди, много людей, – медленно произнесла она. – Все в черном… собирают маски с кресел…

– Предлагаю пойти и напрямую спросить, где наш директор, – сказал Валентин. – Мол, знаем, что сюда зашел, свидетели имеются.

– С толпой вампирья решил дерзко пообщаться? – засомневалась Алевтина.

– Что они нам сделают? С нами медальоны и Никанор. Пригрозим полицией, а то устроили гнездо свое поганое в центре города. Вон, целую комнату шмотьем окровавленным набили, спрашивается – чьим?

– Согласна, – решительно сказала Арина. – Неизвестно, сколько придется бродить по дому, а Феликсу Эдуардовичу быть может помощь требуется прямо сейчас.

И, видя, что дедушка снова колеблется, поспешно добавила:

– Я отражения во всех зеркалах оставила. Считайте, что в зале у нас большая группа поддержки. Еще и эффект неожиданности – мы уже внутри дома, не с улицы пришли.

– Лады,– сдался Никанор Потапович. – Идемте, потолкуем с упырями.

Глава 9

Появление группы людей и вправду оказалось неожиданным для собрания в бальной зале. Юноши и девушки в черных одеждах дружно развернулись в сторону вошедших и уставились на них стеклянными глазами. С неестественно белой кожей, смазанными, будто полустертыми чертами – они все казались на одно лицо.

– Кто-нибудь по-русски понимает? – звонко произнесла Арина и добавила на английском: – Или так лучше?

Вампиры молчали, смотрели в одном направлении, при этом было понятно, что они каким-то образом в данный момент общаются между собой. Затем вурдалаки медленно, очень медленно и синхронно, как единый организм, двинулись на гостей.

– Так, не приближайтесь! – Валентин предупреждающе вскинул руки. – Мы ищем Феликса! Найдем и уйдем! Вместе с ним!

Вампиры остановились, вновь неслышно посовещались и продолжили надвигаться единой черной массой. Тогда Никанор Потапович издал раскатистый звериный рык и шагнул вперед, готовясь обратиться.

– Что ж, видимо, вы не способны к диалогу! – сердито произнесла Арина. – Дедушка, в сторону! Остальным – присесть, головы беречь!

Аля с Валей резко сели на корточки, опустили головы, прикрыли лица. После Арина подняла руку, сжала ладонь в кулак и, что есть силы, ударила по воздуху. В тот же миг во всех зеркалах возникли ее отражения. Девушки-блондинки вышли из сребристой глубины и ударили изнутри кулаками по стеклам. Зеркала как взорвались, осколки шрапнелью полетели в толпу вампиров. И тут случилось странное. Даже от небольших порезов их белая кожа задымилась, загорелась и, выбрасывая снопы багровых искр, стали взрываться сами вампиры. Грохотание прошло резонирующей волной по залу и открыло тайный ход. Увидев, как раскрылась мозаика, Сабуркин выкрикнул:

– О, смотрите! Тут секретик!

Расталкивая полыхающих участников карнавала, Валентин бросился к отверстию в полу. Оставшись стоять столбом, Алевтина оторопело смотрела на происходящее в зале, затем очнулась и произнесла: