Галина Полынская – Четыре года падал снег (страница 13)

– Наверное, его надо вверх и поедем наверх, а если вниз, то соответственно – вниз.

– Вы так думаете?

– Предполагаю, – пожал плечами барон.

Двери лифта вдруг закрылись сами собой, но кабина осталась на месте.

– Давайте попробуем, – решился Сергей и поднял рычажок немного вверх. Ничего не произошло. Тогда он поднял его еще, а потом и вовсе до упора. С тем же результатом.

– Наверное, мы застряли, – заметил фон Штофф, – или это не тот лифт.

– Ох, – тяжело вздохнул Голодев, продолжая экспериментировать с рычажком, – если мы живьем долетим до Земли, это будет чудом. Как же мы с вами так опростоволосились-то с этим кораблем? «Корабль большой! Полетим первым классом!» Вот вам результат, даже не знаем, где наши вещи и как добраться до кают!

– Я уже осознал свою вину, но теперь-то ничего не исправить, надо выходить из положения.

– Для начала надо выйти из лифта или, что совсем маловероятно, поехать на нем. Как же он включается? Бестия… – Голодев принялся за более детальный осмотр. – Как же нам попасть на верхние этажи…

И вдруг кабина мягко поползла вверх.

– Как вы это сделали? – изумился Карл. – Что нажали?

– Ничего.

– А почему он начал двигаться?

– Понятия не имею, я только сказал… Я сказал, что нам надо попасть на верхние этажи, – догадался Голодев. – Должно быть, он реагирует на голосовые приказы.

– Тогда уточните, куда именно нам надо, скажите, что нам нужны каюты!

– Ага, сейчас, – Голодев откашлялся и громко произнес: – Отвези-ка нас на этажи, где находятся жилые каюты!

– С нашими вещами, – добавил фон Штофф, хоть и сомневался, что лифт в курсе таких подробностей.

Вскоре кабина остановилась, двери раскрылись, и пассажиры выглянули наружу. Перед ними красовались коридоры, крытые ковровыми дорожками.

– Спасибо, милейший, – сказал фон Штофф лифту, выходя наружу. – Идемте, друг мой, сейчас все отыщем.

Они стали заглядывать во все каюты подряд.

– Смотрите-ка! – воскликнул Карл, показывая на двери двух соседних кают, на них были таблички с их титулами и именами. – Вот и нашлись наши вещи!

Каюты напоминали со вкусом убранные комнаты обыкновенного жилого дома, а не космического корабля. Голодев переоделся в домашний халат, лег на кровать и тут же уснул – на борту любого корабля он чувствовал постоянную усталость и непроходящую сонливость.

Фон Штофф тоже переоделся, но спать ему отчего-то перехотелось. Заглянул к Голодеву, увидел, что тот спит, и решил прогуляться самостоятельно. Напевая мелодию, частенько звучавшую в ресторации «На Распутье», Карл направился прямо по коридору, усердно запоминая путь, дабы без труда найти дорогу обратно. На этаже ничего кроме одинаковых кают он не нашел, вернулся к лифту и нажал красную кнопку. Двери открылись, фон Штофф зашел внутрь и задумался, куда отправиться. Лифт не двигался, ждал, пока барон что-нибудь придумает.

– Отвези-ка меня, дружок на самый верх, – наконец решился Карл, – а там видно будет.

Голодеву снился снег. Бесконечные серебристые хлопья частенько грезились ему целых четыре года. Они летели из ниоткуда и в никуда. Легкие маленькие хлопья превращались в тяжелое огромное снежное покрывало…оно придавливало Голодева, хоронило под собою надежды, стремления, помыслы…

Неожиданно Сергей проснулся от необычайно громкого голоса Карла. Открыв глаза, он никак не мог сообразить, откуда этот голос и в чем собственно дело?

– Сергей Николаич! – раздирался фон Штофф. – Вы меня слышите? Ответьте, слышите или нет?

– Слышу! – крикнул он. – А вы где?

– Сам не знаю, голубчик, но зато у меня есть приборчик внутренней связи и я догадался, как он включается. Теперь мы с вами можем переговариваться, будучи в разных местах, здорово, правда?

– Правда, – Сергей сел на кровати, оглядываясь по сторонам. – А все же, вы где?

– Не имею понятия, сижу тут уже битый час! Никак не могу отсюда выбраться наружу!

– А как вы туда забрались?

– Шут его знает, забрался и все, вы бы вытащили меня отсюда, а?

– Да, но для этого мне надо вас отыскать. Скажите, что вы видите вокруг и как туда попали?

– Я приехал на лифте, сказал ему, отвези, мол, на самый верх, он меня отвез, потом я ходил, бродил, встал на какую-то платформочку, она вместе со мною поехала куда-то в бок, и вот теперь сижу в темноте. И здесь дурно пахнет!

– А откуда у вас рация?

– Просто так взял, в моей каюте на столе лежала, дай думаю посмотрю, что это такое, потом решил прихватить на всякий случай. Вот теперь со скуки нажимал кнопки, пока не понял, что к чему. Вы посмотрите, у вас в каюте тоже такая должна быть, раз вы меня слышите.

– Сейчас посмотрю.

Сергей подошел к столику и в самом деле увидал миниатюрную рацию. Взяв ее, он вышел из каюты.

– Вы меня слышите? – снова спросил фон Штофф.

– Слышу. Значит, сначала вы поехали на лифте?

– Именно, на самый верх. А вы уже идете ко мне?

– Иду.

Сергей сел в лифт, досадуя на неугомонного друга, которому не сиделось на месте.

– Расскажите, что у вас там еще, кроме темноты и дурного запаха?

– Ну, как вам сказать… на противоположной стене вроде как двери с небольшими окошками, а в окошках звезды и вообще, комнатка маленькая, так себе помещение. И что-то тикает…

Голодева словно ледяной водой окатило. «Карл в мусорном отсеке! – догадался он. – А тикает временной таймер, мусор выбрасывается через определенное время…»

– Сейчас иду, – по возможности спокойно произнес он, – стойте и не двигайтесь… и к этим дверям с окошечками не подходите!

– А что такое? – забеспокоился Карл. – В чем дело? Голос у вас как-то поменялся.

– Нет, ничего страшного. Я уже на этаже, скажите, куда вы отправились дальше?

Голодев вышел из лифта, глядя по сторонам, он находился в подсобном отсеке жилых помещений.

– Сейчас постараюсь вспомнить, – Карл замолчал, слышалось лишь его напряженное сопение.

– Скорее думайте, друг мой, скорее!

– Кажется налево.

– Кажется или точно? – голос Голодева почти дрожал. Он не знал, как дела обстояли на этом корабле, но в его собственном мусор выбрасывался через каждые полтора часа.

– Да, точно, я пошел налево, там завернул за угол…

– За какой вы угол завернули?

– Не помню, – вздохнул барон. – Был какой-то угол, и я за него завернул.

– О, небеса! – тихо простонал Сергей и заметался по коридору в поисках мусорного отсека. – Вы говорили, что наступили на какую-то платформочку? Как она выглядела?

– Обыкновенно, белая платформочка около белой двери, я даже подумал, что это такой пластмассовый коврик…

«Ага, на который ставят контейнеры с отходами», – подумал Сергей и побежал быстрее. Наконец, совершенно случайно, заметил «пластмассовый коврик» у одной из дверей.

– Карл, похоже, я вас нашел, сейчас постучу в дверь, а вы скажите, там вы или нет.

– Да, стучите.

Сергей стукнул пару раз по белой двери.

– Я вас слышу! – раздался голос фон Штоффа.