Галина Милоградская – Я тебя ненавижу! или Как влюбиться за 14 дней (страница 50)

– К чёрту первые, вторые и третьи! – пробормотала Юля, зарываясь носом в его шею. – Я соскучилась.

– Сначала – гулять.

Юля разочарованно застонала и закатила глаза, но потом сделал вид, что смиряется перед неизбежным и взяла Никиту за руку.

Три месяца спустя

– Послушай, она не кусается, серьёзно.

Никита умоляюще посмотрел на Юлю, но она буквально тряслась от страха, нервно теребя подол коктейльного платья. Они сидели на летней площадке ресторана на берегу реки. Пахло водой, прохладой и сладковатым дымом кальяна; тихо шелестел ветер, донося чей-то приглушённый смех. На столике дрожала в пузатом стакане толстая свеча, начищенные до блеска приборы отражали её свет, а до накрахмаленных салфеток не хотелось дотрагиваться – казалось, они попросту сломаются или порежут руку.

– Ничего не могу с собой поделать, дико боюсь, что не понравлюсь.       Юля коротко вздохнула. За прошедшее время они не раз виделись с Мариной Андреевной, когда она звонила сыну. Обычно Юля улыбалась, коротко здоровалась и спешила сбежать из кадра, но теперь бежать было некуда – Никита твёрдо решил их познакомить. Мама немного опаздывала, и нервы Юли, и без того натянутые, готовы были вот-вот лопнуть.

– Простите за задержку. – Юля так погрузилась в своё волнение, что не заметила, как рядом со столиком остановилась моложавая блондинка в чёрном платье. Никита тут же поднялся, поцеловал маму в щёку, а Юля словно приросла к месту, от волнения не в силах вымолвить ни слова.

– Не бойся, – мягко рассмеялась Марина Андреевна, видя её замешательство. – Я не кусаюсь.

– Я это только что ей это говорил, – улыбнулся Никита, отодвигая маме стул.

– Знаешь, – Марина Андреевна расправила складки на платье и кивнула официанту, который тут же принялся наполнять бокалы, – я давно мечтала с тобой познакомиться. И уверяю тебя: лезть в вашу жизнь не собираюсь. Мне достаточно, что Никита счастлив, и очень хочется узнать, чем именно ты его поразила.

– Котлетами, – неловко пошутила Юля, но Никита тут же фыркнул, накрыл её ладонь своей и посмотрел влюблёнными глазами.

– Ты забыла про кексы.

Полгода спустя

Границы открыли уже месяц назад, но только сейчас у Никиты получилось вырваться и позволить себе неделю отпуска. Работа закрутила обоих, но, если Юля, возглавив отдел, с энтузиазмом внедряла новые методы, то Никита вникал в множество мелочей, которые нельзя упускать и необходимо постоянно держать в голове. По вечерам, возвращаясь домой, он мог часами просиживать за ноутбуком или бумагами, вникая, делая пометки, раздумывая над проблемами. В такие моменты Юля ходила по дому на носочках, с тоской наблюдая, как растут тени под его глазами. Вадим Сергеевич, с которым она познакомилась два месяца назад, с грустной улыбкой пояснил, что к такому темпу надо привыкать. Они с Юлей сошлись сразу, отчего-то страха по отношению к нему у неё не было совершенно. Он же и настоял на отпуске, сказав, что надо уметь находить время на близких, ведь у него в своё время найти баланс так и не получилось, и не стоит повторять чужих ошибок. И вот теперь Юля сидела в частном самолёте, осторожно пила шампанское крохотными глоточками и хмурилась, глядя на Никиту, снова с головой погрузившегося в какие-то расчёты. Наконец она потянулась к нему, вырвала бумаги из рук и, в ответ на его нахмуренный взгляд, заявила:

– Отпуск, Никит! Что там папа сказал? Никакой работы, когда самолёт оторвётся от земли.

– Легко сказать, – вздохнул он, но к бумагам возвращаться не стал. Работа выматывала, пока принося больше головной боли, а не удовлетворения, но Никита понимал – это всё временно. Надо влиться, войти в ритм, и тогда станет проще. До сих пор времени практически не оставалось, Юля даже к родителям ездила одна, потому что в последний момент ему пришлось срочно лететь в Испанию на переговоры. Но он клятвенно пообещал себе, что исправится, потому что меньше всего хотел расстраивать Юлю. Да и познакомиться с людьми, которые воспитали её, сделали такой, какая она есть, очень хотелось. Сразу после отдыха на Виргинских островах они планировали приехать в Воронеж, и Никита с особым трепетом думал о том, что, если всё пойдёт по плану, родители Юли познакомятся не с молодым человеком своей дочери, а с её будущим мужем.

В аэропорту их уже ждал вертолёт, который перевёз потрясённую Юлю на небольшой частный остров Карибского моря.

– Остров тоже принадлежит вашей фирме? – тихо спросила она, когда они, наконец, остались одни. Из панорамных окон бунгало открывался потрясающий мир, полный яркой лазури и зелени. Широкие деревянные ступени спускались прямо в воду, и лёгкий морской бриз шевелил белоснежные шторы, скрывавшие беседку, в которой уже был накрыт ужин на двоих.

– Нет, – рассмеялся Никита. – Это остров папиного друга. На самом деле, попасть сюда можно, только когда они с семьёй здесь не отдыхают, так что запись на год вперёд точно. Тебе нравится?

– Шутишь? – Юля задыхалась от восторга. Хотелось раскинуть руки и обнять весь этот мир, чёрные точки островов вдалеке, чаек, проносящихся высоко в небе, белоснежную полосу песка на пляже слева от их дома. И всю эту сказку ей подарил Никита.

А вечером, когда поглощать местные деликатесы уже не было сил, Юля блаженно откинулась на стуле, глядя на прогорающий в море закат. Никита вышел ненадолго, и сейчас вернулся, остановился напротив. Опустившись перед ней на колено, он робко улыбнулся и тихо спросил:

– На этот раз моё предложение не выглядит поспешным и необдуманным решением?

На его раскрытой ладони показалась знакомая коробочка, и Юля моргнула – слёзы моментально заполнили глаза. Она встретилась взглядом с Никитой и кивнула, всхлипнув.

– Это значит «да»? Ты выйдешь за меня замуж?

– Если бы я знала, что меня ждёт рядом с тобой, согласилась бы ещё в первый раз, – рассмеялась Юля, прежде чем поцеловать его.

Конец