Галина Милоградская – Поймай меня, если сможешь (страница 2)

Ночь, рёв моторов, дорогие прокачанные тачки и яркие красотки в коротких джинсовых шортах – Рико и Марио словно попали в совершенно другой мир, полный азарта, адреналина и вседозволенности. Карла первой обратила на него внимание: высокий, выше шести футов, красавец с обаятельной улыбкой и завораживающим голосом заинтересовал многих. Но Карла была уверена в себе и своей привлекательности, а ещё всегда шла напролом к цели, поэтому в тот же вечер они оказались в одной постели. А ещё спустя месяц бурного и головокружительного романа она получила место водителя в их маленькой банде. Первое дело, в Перудже, они провернули втроём, но чуть не попались, не проверив как следует дом и проворонив одну из камер. Вопрос о хакере встал особенно остро.

– Ты же знаешь, кого взять, – в десятый, наверное, раз, сказал Марио.

Они сидели на заднем дворе дома Сполетти, увитого тёмно-зелёным плющом, и, вытянув ноги, потягивали пиво. Впереди, за низким плетёным забором, ровными рядами уходили к закату виноградники. Солнце садилось за крышу большого поместья, стоявшего на той стороне долины и некогда принадлежавшего старинному роду, а теперь медленно стареющего и заброшенного.

– А ты знаешь мой ответ, – непреклонно заявил Рико.

– У неё есть все данные. Да она чёртов гений, Рико!

– А ещё – учится в лицее!

– И что? Одно другому не мешает.

– Ты всерьёз думаешь, что я впутаю сестру в подобные дела? Ей учиться надо!

– Если всё пойдёт так, как мы задумали, она через год-другой сможет поступить в любой университет страны. Может, даже за границу поедет учиться. Сам же говорил.

– Говорил, что хочу пойти на это и из-за неё тоже, а не о том, что она будет в деле.

– Он опять пытается уговорить тебя взять Аллегру? – из дома, покачивая бёдрами, обтянутыми тёмно-синими джинсами, вышла Карла, неся запотевшие бутылки в каждой руке и протягивая одну из них Рико.

– Всё-то ты знаешь, – проворчал он и притянул к себе, усаживая на колени.

– Ты знаешь, малыш, я всегда на твоей стороне, – игриво мурлыкнула Карла, проведя горлышком бутылки по его щеке. – Но в этот раз я за Марио. Аллегра подойдёт лучше всех, и ты, если подумаешь над этим хорошенько, поймёшь, что мы правы.

Рико потёр глаза и задумался: меньше всего на свете он хотел вмешивать Аллегру во всё это, но и, кроме неё, никому не смог бы доверять настолько сильно. Тут Марио и Карла были правы. Наконец он тяжело вздохнул и кивнул.

– Позови её.

Аллегра налетела вихрем, обхватила со спины и завизжала:

– Рико! Рико, ты лучший! Я не подведу, вот увидишь!

– И как давно ты в курсе? – недовольно проворчал Рико, глядя на Карлу.

– Совсем недавно, честно-честно! – Аллегра обошла его и распахнула глаза. – А вообще, – она хитро улыбнулась, – я не глухая и не слепая. И умею хранить секреты.

– У меня только одно условие – ты не будешь непосредственно участвовать ни в чём. Поняла? И прежде всего будешь заботиться о собственной безопасности.

– Если ты намекаешь, что меня может кто-то отследить, то знай – месяц назад я хакнула все банкоматы Национального банка. Нет-нет, – зачастила Аллегра, заметив, как подобрался брат, – я просто вскрыла их систему и тут же всё вернула обратно. Как видишь, никто не заметил.

– Чувствую, мне ещё повезло, что на пороге дома не стоят карабинеры? – угрожающе произнёс Рико, но в его голосе слышалось довольство. Всё-таки сестрёнка у него умная, далеко пойдёт.

Конечно, никто не планировал заниматься грабежами всю жизнь. У каждого была мечта, для осуществления которой не хватало совсем немного денег – всего какая-то пара сотен тысяч. Но аппетит приходит во время еды, и если поначалу предельная сумма была по полмиллиона, то теперь ставки возросли. Единственное, в чём Рико был непреклонен – не тратить никаких денег до окончания отмеренного срока – год после последнего дела. И даже после не палиться, а действовать предельно осторожно. А ещё – не переходить дорогу большим боссам, не брать дома серьёзных людей и вообще вести себя тише воды ниже травы. И до последнего времени им это отлично удавалось.

***

Комиссариат Ливорно с утра мало походил на муравейник – инспектора приходили не раньше девяти и первые полчаса лениво попивали кофе, обсуждая вечерние новости, семью и друзей. Крупные дела бывали редки, в основном текучка и мигранты, с которыми у местных периодически бывали стычки. Такие дела обычно сбрасывали на карабинеров, и инспектора заслуженно считали округ Ливорно отдыхом перед выходом на пенсию. Почему именно сюда направили одного из самых перспективных столичных следователей, стало предметом бурного обсуждения с самого утра.

– Да спесь с неё сбить решили, ясно, как день, – насмешливо проговорила Эстэр Кваттроки, тридцатисемилетняя старая дева, размешивая сахар в кружке. – Говорят, она раскрыла четыре дела подряд, и это не понравилось кому-то сверху. То ли не туда влезла, то ли не закрыла глаза, когда сказали…

– А я слышал, что её наоборот направили, чтобы нас расшевелить. Чтобы не расслаблялись, – заметил Фабио Тато, пятидесятилетний толстяк, у которого в ящике стола всегда лежала пара рогаликов.

– Расслабишься тут, как же, – проворчала Эстэр. – Только вчера из Турина новое дело прислали. Что они от нас хотят – это не наш округ!

– Сдаётся мне, именно из-за него её и прислали, – заметил Вито Нэри, смуглый черноволосый парень, сам лишь год назад появившийся в управлении. К назначению из самого Рима он относился настороженно – просто так в столице ничего не делают, тем более не вспоминают о небольшом и мало проблемном округе на севере страны.

– Там ограбление, ничего необычного, – пожала плечами Эстэр. – Пусть туринцы разбираются.

– Как мы разобрались со своим? – ехидно заметил Вито.

– У нас эта банда «Святош» больше не появлялась, пусть ловят там, где она орудует. Один раз засветились, и то почти год назад было.

– Там, – Вито показал глазами на потолок, – лучше знают.

– Они знают, а нам тут столичных синьорин развлекать, – поморщилась Эстэр и сделала глоток, но тут же выплюнула обратно – кофе оказался слишком горячим.

– Доброе утро всем.

Объект обсуждений появился на пороге, приветливо улыбаясь, и присутствующие мужчины тут же бодро подскочили со стульев, вызвав очередную насмешку Эстэр. Высокая худая блондинка с тонкими чертами лица и холодным серым взглядом, облачённая в белоснежный деловой костюм, по очереди пожала руки, представившись:

– Даниэлла Бьянчи. Понимаю, что мой перевод вызвал у вас множество вопросов, поэтому поспешу развеять все возможные слухи. Надолго не задержусь – меня интересуют все дела, связанные с ограблением домов в вашем округе. Почему приехала именно к вам? Потому что уверена – банда, как вы их называете, «Святош», находится в вашем регионе. Недавно они ограбили дом одного очень уважаемого человека, который лично попросил меня подключиться к расследованию. Надеюсь на ваше активное содействие, потому что, уверяю вас, желания задержаться здесь у меня не больше, чем у вас – видеть меня.

– Ну что же вы так сразу, синьора, – улыбнулся Вито. – Мы вам очень рады.

– Следователь, – холодно поправила Даниэлла, но тут же с хищной улыбкой добавила: – Я знаю, что думают о тех, кого присылают из столицы. Не будем лукавить. Но сейчас мы заинтересованы в сотрудничестве, поэтому давайте сразу приступим к делу, найдём преступников и вернёмся к привычному: я – в Рим, а вы – к своим делам.

– Сука, – одними губами произнесла за её спиной Эстэр. Вито усмехнулся и, пользуясь тем, что Даниэлла повернулась к Фабио, обвёл её фигуру красноречивым взглядом. Для себя он решил одно – что постарается и приложит все усилия, чтобы синьорина Бьянчи захотела задержаться в Ливорно.

2. Аргументы и факты

Даниэлла Луиза Бьянчи всегда знала, чего хочет. С раннего детства она готовилась работать в правоохранительных органах, а разве могло быть по-другому в семье успешных столичных адвоката и судьи? Все разговоры в их семье так или иначе сводились к расследуемым делам, уликам, доказательствам и обвинениям. За ужином родители постоянно обсуждали судебные процессы, и маленькая Даниэлла восторженно слушала, как стройно выстраивает защиту мама и как снисходительно поправляет её папа, находя слабые места, на которые стоит обратить внимание. Не было и сомнения в том, какой выбирать лицей, а после – университет. Только, в отличие от родителей, к пятнадцати годам Даниэлла поняла, что её больше привлекает работа следователя: поиск улик, изучение мелочей, способных привести к преступнику – то, что в итоге приводит на скамью подсудимых виновного. На факультете Криминалистики в Высшей полицейской школе её талант стал очевиден – Даниэлла частенько оказывалась в числе первых, хотя редко к этому стремилась. Ей действительно не приходилось сильно напрягаться: мозг подмечал и фотографировал отдельные детали, а после сам монтировал их, выстраивая логическую цепочку, которая почти всегда приводила к правильному результату.

Конечно, Даниэлла отлично осознавала, сколько врагов может нажить молодая, перспективная карьеристка, а также сколько завуалированных, но вполне прозрачных намёков может получить от коллег-мужчин. К отношениям она относилась прохладно: секс необходим для поддержания физического и душевного здоровья, хотя важность его в эмоциональном плане явно преувеличена. Первый опыт она получила в университете в возрасте двадцати одного, поддавшись на уговоры однокурсниц и их заверения, что это нечто невероятное.