Галина Манукян – Принцип Троицы (страница 10)

— Погоди-ка! — она отпустила его руку.

Взяв из шкатулки заветные камешки, девушка вновь обняла Виктора, и пара медленно, осторожно поднялась в воздух. Подобного Виктор еще не испытывал! Он недоуменно смотрел то на Дину, то вниз, на удаляющийся пол, ощущая вместе с ней, как «ныряет вверх». Она засмеялась, видя недоумение на его лице:

— Вот они! Чудеса! — и закружилась с ним, зависая где-то посреди зала.

Вся тяжесть, грусть и сомнения Виктора угасали в этом танце, в котором они парили, как два мотылька. Охваченный эйфорией, молодой человек засмеялся вместе со своей волшебницей-возлюбленной. Увлекшись, они поднялись до потолка, немного стукнулись головами о белую гладь, и, хохоча, быстро опустились на пол.

— Прошу тебя! Поверь мне, — серьезно сказала Дина.

— Хорошо. — Виктор посмотрел ей в глаза и чуть слышно добавил. — Ты знаешь, я… я… люблю тебя!

Без лишних слов Дина ответила:

— И я…

Он взглянул на массивные часы на запястье:

— У-у, я опоздал на зачет!

— Теперь я тебя отпускаю, — согласилась Дина.

Они вышли на улицу вместе, держась за ручку, как школьники. На углу дома Дина поцеловала его и свернула к супермаркету. Сияющая. Ее вселенная перевернулась, преобразившись за несколько часов. День-праздник улыбался ей, щекоча нос солнечными зайчиками. Прохожие засматривались на идущую мимо женщину-девочку в джинсах и легкой куртке, заражаясь ее хорошим настроением. С мороженым в руках она присела на лавочку полюбоваться цветущими кустами персидской сирени.

Какой-то мужчина средних лет, весь в белом, сел рядом с ней. Дина инстинктивно отодвинулась и хотела было встать, но внезапно прозвучал голос, тихий и очень убедительный:

— Закройте глаза.

Дина непонимающе посмотрела на незнакомца. Темные едкие глаза спокойно и жестко собирались вывернуть душу наизнанку.

— Вы что, гипнотизируете меня? — спросила Дина, а сама подумала: «Ни за что! Перебьешься!», — и напряглась, но не уступила.

— Закройте глаза, — повторил металлический голос, откликаясь гудящим состоянием в теле Дины.

«Ага! Только шнурки поглажу!» — Дина сопротивлялась, как могла. По спине потекли струйки холодного пота, руки покрылись мурашками. Дина собрала все силы, как штангист, готовый поднять рекордный вес, и глаза не закрыла. «Я не поддаюсь внушению! Ненавижу, когда меня заставляют! Отвали.» — мысленно грубо и вызывающе заявила она. Лицо мужчины исказилось от злобы и раздражения. Он усилил давление, а Дина чувствовала, что если поддастся, ее воля больше ничего значить не будет — делай, что хочешь! Если бы кто-нибудь рядом мог увидеть эту странную схватку, она напомнила бы армрестлинг между накачанным культуристом и девчонкой, которая почему-то не сдавалась. Похоже, и сам «культурист» начал выдыхаться, не в силах переломить волю хрупкой на вид жертвы. Сине-зеленые глаза рассмотрели в карих наметившуюся слабину, и Дина с радостью поняла, что тот «готов». Под ее ликование гипнотизер отвел взгляд и быстро ушел вдоль по аллее. На побледневшем Динином лице расцвела торжествующая улыбка: «Получил?!» Удаляющийся гипнотизер явно почувствовал этот посыл, но не обернулся. Он не понимал, как эдакий птенец с прозрачной шейкой и ясными глазами смог устоять перед ним, привыкшим подчинять и управлять.

«Что странного еще приключится со мной сегодня?», — подумала Дина и набрала телефон брата:

— Привет! Занят?

— Не-а. Сижу в офисе, в игрушку играю, — мечтательно ответил Денис.

— Денчик, я забегу к тебе? — предложила Дина.

— Оки, прибегай. Когда тебя ждать?

— Минут через пятнадцать, сажусь в маршрутку.

— Жду.

Дина запрыгнула в маршрутное такси, пригревшееся на остановке. Блестящий черный джип вывернул со стоянки в сквере и последовал за ней.

Дина просунула голову в дверь ультрасовременного кабинета Дениса.

— Да здравствуют менеджеры высшего звена!

— И тебе не болеть!

Денис оторвался от компьютерного боя и встал навстречу Дине. Она пошутила:

— Вот чем заняты высокооплачиваемые менеджеры иностранных компаний в разгар рабочего дня.

— Ой, куда уж нам до вас, свободных художников, — засмеялся в ответ брат. — Рассказывай, чего вся светишься?

Дина с удовольствием плюхнулась в мягкое кожаное кресло для гостей и восторженно пропела:

— Я влюби-и-лась!

— Ого! И в кого же? — полюбопытствовал Денис, параллельно набрав секретаря на интеркоме: «Леночка! Нам два кофе, пожалуйста, и конфет каких-нибудь».

— Ты не поверишь, — сияла Дина, — в Витю Миллера!

Денис вытаращил глаза:

— Ты же никогда не любила «ботаников».

— А теперь… вот, — довольно констатировала Дина, — люблю.

И кратко поведала о том, что произошло между ними, а потом рассказала и о ночных посетителях.

— Как же ты квартиру оставила? — обеспокоился Денис. — И вообще тебе теперь одной быть там опасно!

— Да нет, — мотнула головой Дина, — все обойдется. Со мной ничего плохого не случится!

— Не уверен.

— А! Забыла сказать — меня только что на улице загипнотизировать хотели, но я не поддаюсь внушению, ты же знаешь, — спокойно добавила Дина, разъяснив пораженному Денису, как все случилось.

— Слушай, тебе надо избавиться от этих камней, — заявил Денис. — Я думаю, все это с ними связано. Отдай их тому дядьке, что покойником интересовался.

— Не хочется, — призналась Дина, — мне так летать нравится…

— Ох, попадешь ты по-крупному с этими древностями! Хоть охранника к тебе приставляй!

— Но ведь скучно просто жить, как марионетки, не думая, есть, пить, ходить на работу, смотреть телевизор и умереть. Я так не хочу!

— Ну и чего же ты тогда хочешь?

— Мне всегда казалось, что нужно духовно расти, развиваться.

— «Духовный рост»? Это ведь просто два слова, которые можно трактовать, как угодно.

— Знаешь, у меня с возрастом понимание духовности все время меняется, но думаю, что правильным было первое, детское. Мне было года четыре или меньше… Я постоянно летала во сне, а, просыпаясь, была уверена, что могу на самом деле летать и еще много всего делать, только не помнила как. Тогда я решила, что надо вспомнить это, сделать себя совершеннее.

— Ну, я тоже в детстве часто летал во сне и думал, что это по-настоящему. У детей нет границы между сном и реальностью. Я вырос, и все прошло.

— А я не хочу, чтобы проходило! Позже мне стало казаться, что духовно расти — значит медитировать, читать литературу по религии и эзотерике, ходить на семинары по развитию личности или в церковь… А сейчас я понимаю, что все это вовсе не так. И вообще хочется получить когда-нибудь настоящее Озарение! Испытать на себе, как это может быть! В книгах это описывается так замечательно…

— Вряд ли там правду пишут, а ты всему веришь, — вставил брат, а Дина, не слушая его, продолжила:

— А еще я не хочу, чтобы мной кто-то манипулировал. От этого становится противно.

— Но в этом мире мы все манипулируем, влияем друг на друга… И не только манипулируем, учим. Учителем может быть и дворник, и начальник, да вообще кто угодно.

— Понимаю, но я не об этом. Я не хочу подчиняться чужим приказам. Я люблю свободу. Вот сегодня меня передернуло от этого наглого гипнотизера. Просто в голове мутится, если думаю — ба! Возможно, это не моя мысль. Действительно ли я хочу делать то, что делаю, или это мне кем-то навязано?

— Да ты не парься! Так можно с ума сойти. Даже, если что-то навязано, просто ориентируйся на чувства. Если тебе хорошо, значит все в порядке, если плохо, значит надо что-то делать с этим.

— Но…

— А так можно, как в «Матрице», выбрать «красную» таблетку и выяснить, что живешь в мире, управляемым машинами. Что тогда будешь делать? Или выбрать «Синюю» и долбиться ей в психиатрической больнице всю жизнь. Просто обращай внимание на то, что чувствуешь. И перестань бояться манипуляций! Ты же знаешь: чего больше всего боишься, то и притянется.

— Ага, — вздохнула Дина, — я стараюсь с этим справиться. Но пока это сильнее меня.

Пока брат с сестрой обедали вместе в кафе рядом с офисом, Денис продолжал настаивать, чтобы Дина перебралась к нему, но она отказалась, надеясь на встречу с Виктором. Их беседу прервал звонок. «Это босс», — шепнул Денис и помчался отчитываться недовольному чем-то начальнику в стеклянное здание в стиле хай-тек, а Дина направилась к остановке.

Танкообразный внедорожник притормозил прямо перед ней. В следующую секунду верзила в кожаной куртке втолкнул Дину затемненный салон, и в шею вонзилось тонкое жало укола.

Перед тем, как отключиться, она увидела лицо гипнотизера из парка. Картинка погасла, послышался тяжелый голос: «Она „фонит“, как радиолокатор! Глушите скорее…»