Галина Гордиенко – Школьные кошмары и другие ужасные истории (страница 9)
Она покраснела от негодования. Махнула на старшего сына влажным полотенцем и крикнула мужу:
– Он же чуть ли не всерьез говорит! Нашли тему для шуток! Голову девчонке морочите! А она, чего доброго, вам поверит!
Илья оторопел от такого напора. Маму обычно не так легко вывести из себя. С чего вдруг она обозлилась?
Папа глотнул кофе и добродушно ухмыльнулся:
– Да ладно тебе, Машенька. Дай ребенку пофантазировать. Это ведь просто интересно, точно, Рыжик?
Тайка с готовностью кивнула. Мама с горечью прошептала:
– Давай-давай… Нашел тему для фантазий. Старый дурак!
Она швырнула полотенце на спинку стула и почти выбежала из кухни. Папа озабоченно крякнул, он не любил расстраивать жену. Илья проводил мать задумчивым взглядом.
Ему внезапно показалось: мама боится этого разговора. Может, она действительно верит, что ее бабушка была ведьмой? И ей неприятно даже предположение, что Тайка в нее? Иначе с чего бы так заводиться?
Тайка тоже проводила маму глазами. И немного виновато пробормотала:
– Зря мама сердится. Я же пока лишь по мелочам. Вдруг они исправятся?
– Кто «они»? – поспешил уточнить Илья.
– Лерка хотя бы.
– Что ты ей сделала?! – встревоженно воскликнул мальчик. У него перехватило дыхание от неожиданного страха.
Тайка бросила на него удивленный взгляд и буркнула:
– Ничего особенного. Чего кричишь? – Потом хихикнула и шепотом призналась: – Просто я велела Лерке стать рыжей. Ну, как я. Даже рыжее. И чтоб побольше веснушек!
– А зачем? – заинтересовался папа.
– Пусть не дразнится, – надувшись, заявила Тайка. – И не воображает! Вот узнает на собственной шкуре, каково рыжим, тогда попрыгает.
– А еще? Кого еще кроме Леры ты проучила? – продолжил допрос Илья.
Тайка сдвинула рыжие бровки и неохотно сказала:
– Училка по рисованию наша. Ирина Васильевна. Она… она ногу сломала. В больнице сейчас. – Девочка сильно покраснела и неожиданно выкрикнула: – И ей хорошо – отдыхает, и нам!
– К-какую ногу? – У побледневшего Ильи неожиданно сорвался голос.
– Должна была правую, – невинно посмотрела на него девочка.
Илья схватился за голову. Перед глазами маячила отвратительно липкая смоляная куколка. Белесый клок волос на ее затылке. И вывернутая в сторону уродливая ножка. Почему-то хотелось плакать. Наверное, от бессилия. Илье сейчас казалось: он опоздал. Джин выпущен из бутылки.
Папа поднялся из-за стола. Пригладил Тайкины буйные кудри и ласково бросил:
– И как ЭТО у настоящих ведьм получается?
– Запросто, – весело откликнулась девочка. – Берешь волшебную куколку…
– Именно волшебную? – забавно округлил глаза Романов-старший.
– Конечно, – серьезно подтвердила Тайка. – Тут любая не подойдет.
– И что дальше?
– И понарошку ломаешь ей ножку.
– Понарошку! Сказанула! А откуда ты знаешь, что ногу сломает именно учительница по рисованию? – мрачно спросил Илья.
Встревоженный мальчик не сомневался: наивный папа воспринимает разговор как шуточный и на Тайкины ответы особого внимания не обращает. Вон, посмеивается! Доволен, что у младшей дочери фантазии с избытком. Думает – очередная игра.
– Тут ты прав, – с удовольствием признала Тайка. – Нужно обязательно достать волосы. Ну, жертвы. Так положено. Иначе ничего не получится.
– А если она лысая и носит парик? – захохотал папа.
Тайка растерялась. Подергала себя за локон, пожевала его и неуверенно протянула:
– Тогда не знаю. Я об этом не спрашивала. Но вот без волос – нельзя. Никак. Волосы – это…
Тайка замялась, подбирая слова. Отец с любовью улыбнулся. Илья ждал. Тайка радостно воскликнула:
– Это информация о человеке, вот! Мне сказали – полная. – Она немного подумала и важно произнесла: – Раньше, когда волосы стригли, то их обязательно сжигали. А теперь просто выбрасывают. Потому что дурные. И не верят в ведьм.
– А ты веришь? – засмеялся папа.
– Ага.
– И как же ты ее волосы достала? – недоверчиво посмотрел на младшую сестру Илья.
– А с расчески, – доверчиво ответила Тайка. – Ирина Васильевна вечно ее на столе бросает. Всю в своих лохмах. Ффу-у-у…Знаешь, как противно!
Папа бросил взгляд на часы.
– Ну ладно, братцы-кролики. Колдуйте тут без меня. Побежал-ка я к компьютеру.
Илья задержал за руку рванувшуюся было следом Тайку.
– Подожди секундочку! Я еще кое-что узнать хочу.
– Что?
– Так, – чувствуя себя полнейшим идиотом, буркнул Илья, – мелочи разные. Как ты с прабабкой, например, связываешься?
– А-а, с бабулей! Это запросто. Через колечко. Я его надеваю на палец и задаю вопросы. А она отвечает.
– Вслух, что ли? – угрюмо поинтересовался Илья.
– Зачем вслух? – удивилась Тайка. – Про себя.
– Колечко – это ладно. Я уже о нем знаю. А вот что еще, кроме того колечка, в шкатулке было?
Младшая сестра внимательно посмотрела на Илью. Потом подошла поближе и жарко зашептала:
– Вообще-то бабуля не велела об этом говорить. Но тебе скажу. Только ты – никому! Обещаешь?
– Могила, – абсолютно серьезно отозвался Илья.
Тайка завздыхала. Судя по ее озабоченной мордашке, чувствовала она себя сейчас чуть ли не преступницей. Она даже подошла к двери и выглянула в коридор. Подслушивающих за дверью не обнаружила, поэтому вернулась к старшему брату. Прижалась к нему и выдохнула прямо в ухо:
– Травки там всякие. Иголочки. Куколка волшебная. Зеркальце. Я всего и не помню. Там много-много чего!
– А что за травки?
– Не знаю пока, – равнодушно пожала плечами Тайка. – Но если хочешь, спрошу. Хочешь?
– Спроси, – согласился Илья. И торопливо добавил: – Только, знаешь, не говори прабабушке обо мне, хорошо? Незачем.
Тайка ничуть его странной просьбе не удивилась. Лишь кивнула.
– Не скажу. А то она на меня рассердится.
Илья молчал, внимательно рассматривая забавную веснушчатую мордашку. Он не находил в Тайке никаких изменений! А между тем они были. Просто он слеп. Или глуп.
Тайка вздохнула и сказала, оправдывая прабабушку: