Галина Гонкур – Бедные, бедные взрослые дети (страница 13)

Вот тут и крылась многообещающая для Наташи возможность подгадить мажору-конкуренту. Придуманная схема была некрасивой, откровенно мошеннической, но, в понимании Наташи, должна была послужить доброму делу аж два раза: во-первых, помочь ей занять вожделенное место регионального бренд-директора, что, несомненно, принесет пользу компании, во-вторых, уничтожить карьеру Михайлова, что тоже есть несомненное благо, как ни крути. А, значит, моральным аспектом можно и пренебречь, цель оправдывает средства. И хватит на эту тему думать, как говорил Николай Михайлович, розовые сопли по столу тонким слоем мазать. Чего-то в жизни можно добиться только если ты как баллистическая ракета «вижу цель – не вижу препятствий», это Наташа давно уже поняла.

Единственная закавыка крылась в том, что для воплощения этой идеи требовались некоторые особые компьютерные навыки и умения, за пределами компетенций обычного пользователя. Не сказать, что прямо уж какие-то чрезмерные, но у Наташи таковых не было. А, значит, надо найти человека, который поможет дело обстряпать. И такой человек у нее есть, ее бывший одноклассник Кирилл, давно и безнадежно в нее влюблённый. Больше, пожалуй, она никому довериться не сможет. Просто за деньги кого-то нанять – это опасно. Мало ли как потом человек этими знаниями распорядится, а ну как шантажировать начнет? А Кирюхе довериться можно. Другое дело, что он за это захочет… Ну, по ходу дела разберемся. Ему, конечно, тоже придется заплатить, тут Наташа не обольщалась. Это важный момент в схеме. Кирилл не должен считать, что помогает Наташе – нет, он исполняет оплаченную работу.

Будильник, наконец-то прозвонил. Наташа встала, аккуратно собрала разбросанную в порыве страсти с вечера одежду и вышла из комнаты. Руслан спал, будильник его не потревожил. В отличие от «офисного планктона» Наташи, он вел богемный образ жизни и его рабочий день обычно стартовал уже после обеда. Интересно, может, Оля тогда была права и у них странноватые отношения? Наташе иногда казалось, что она заинтересована в Руслане куда больше, чем он в ней. И держится их роман, как мама говорила, «на живульку», то есть, еле-еле, до первого рывка.

Более того, его поведение будило в ней ревность, что очень ее раздражало. Но ничего с собой поделать она не могла. Чёткое такое ощущение внутри, что Руслану уже недостаточно ее одной. И тут она снова поморщилась, вспомнив недавнее мероприятие бренд-группы, на котором работали и Оля, и Руслан.

Это был спортивный евент, заканчивающийся, по задумке организаторов, небольшим афтер-пати для избранных участников. Наташа подсуетилась и помогла Руслану получить место ведущего вечеринки. И для кошелька его хорошо, трудно парню жить с нестабильными заработками. И для портфолио: бренд серьезный, раскрученный, событие, вместе с его ведущим, обязательно попадет на страницы СМИ, широко и громко прозвучит.

Поначалу все было вполне прилично. Но под конец мероприятия у Наташи разболелась голова и она, вежливо попрощавшись с присутствующими, направилась к выходу. Она уже вышла на веранду, отгороженную от общего зала, где шла вечеринка, полупрозрачными шторками из длинных нитей крупных деревянных бусин, как наткнулась там на свою коллегу Анну, которая кинулась к ней с какими-то служебными и необязательными в это время суток разговорами.

По-хорошему, Аню эту надо было послать подальше, но у Наташи в компании был имидж трудоголика и крутого профессионала, и она со вздохом состроила внимательное лицо. Наверное, не менее получаса она утомленно слушала Анин щебет на вдохе и на выдохе и откровенно томилась этой задержкой и ломящими в предчувствии непогоды висками. Наконец, беседа была окончена, Наташа попрощалась с коллегой и собралась, было, спуститься по ступеням к припаркованному рядом со входом в здание автомобилю. И тут, оглянувшись, через полупрозрачные шторки входа она увидела знакомое, белое в ярких красных маках, Олино платье.

Оля танцевала с Русланом. Танец этот был полон такой эротики, такого сдержанного вожделения партнеров, что бил в Наташу электричеством даже на расстоянии. Платье то обнимало закованную в легкие льняные штаны (220$ на распродаже в Benetton на Пресне, вместе покупали!) ногу партнера, струясь и будто мелко целуя все ее выпуклости, то отшатывалось и манило за собой. Полупрозрачная ткань не скрывала длинные загорелые ноги хозяйки, заканчивающиеся вверху чем-то маленьким и кружевным. Изображение то и дело перекрывалось другими танцующими, что заставляло Наташу нервничать еще больше. Непонятно было, обиднее: то, что она видит, или, наоборот, то, чего она не видит, когда пара скрывается от ее глаз.

Она заставила себя уйти. И даже ничего не сказать, ни о чем не спросить Руслана, когда они встретились через пару дней у нее дома и привычно, будто старые супруги, занялись быстрым сексом, а потом поехали в кинотеатр на премьеру. И Олю при встрече она ни о чем спрашивать не стала. Стыдно, противно и не за чем. Но и забыть эту картину, стереть ее из памяти и жить дальше, будто и не было ничего, она тоже не могла.

Нет между ней и Русланом уже тех страстей и волнений, что были раньше, в начале романа. То есть, вроде, как и развиваются отношения, меняются, но в не очень приятную сторону…

Ладно, хватит киснуть! Вперед, Наташа, нас ждут великие дела! А с личной жизнью потом разберемся, когда с карьерой задачи порешаем. Кого надо – наградим, кого надо – победим или расстреляем. А остальное оставим на десерт.

Кириллу она смогла дозвониться лишь после обеда – не богема он, конечно, но тоже странный образ жизни у парня. Всю ночь напролет он светится онлайн, зато с утра спит как сурок. В другой бы момент Наташе было пофиг на его образ жизни, но не сегодня, когда ее так и подмывало начать поскорее реализацию задуманного.

Договорились пересечься на Патриках, на Патриарших прудах, после Наташиной работы. Там масса маленьких кафе, где можно посидеть в укромном уголке и поговорить. И вообще – место для Наташи любимое, приятное. Кирилл явно был рад Наташиному звонку и согласен на любое удобное для нее место и время встречи. Может, скучно ему было, а может просто «школьная любовь не ржавеет», как гласит народная молва.

– Ну-с, излагай, – доев цезарь с креветками, Кирилл откинулся на спинку стула.

– Что-то ты так диетически питаться стал? Помню, в прошлую нашу встречу и белков, и углеводов ты употребил куда больше, – тянула время Наташа, собираясь с мыслями.

Кирилл ухмыльнулся и похлопал себя по явственно выпирающему из-под просторной футболки пузцу:

– Этот комок нервов видишь? Сидячая работа, стрессы, нерегулярное питание. Надо что-то предпринимать.

Наташа усмехнулась:

– А ты женись, Кирюх! Жена за тобой следить будет, на диету посадит.

– Ну, ты ж за меня не хочешь выходить? А лучше тебя я пока не нашел.

– Да куда мне! Где я, офисный планктон, а где ты – монстр IT-индустрии!

Этот обмен полушутками–полукомплиментами у них происходил при каждой встрече. Кому-то стороннему эта беседа могла показаться флиртом, каковым на самом деле не являлась: вопросы межполовой заинтересованности они для себя еще в позднем школьном возрасте разрешили. Ну, по крайней мере, Наташа точно все для себя решила в отношении Кирилла. Но игра «Кирилл безответно любит Наташу, жестокосердая Наташа не отвечает на душевные порывы Кирилла» давно уже устоялась и не было причин её менять.

Преамбула явно себя истощила, слишком уж долго они не переходили к основному вопросу. Наташа посмотрела испытующе на Кирилла, еще раз задала себе вопрос «мне точно это надо? я точно решила?», уверенно кивнула своему внутреннему собеседнику и начала вводить школьного товарища в курс дела.

– Как-то, мать, ты путано рассказываешь. Тебе нужно подменить вложение в уже пришедшем письме? А в чем прикол? Если человек будет работать с этим файлом, то не в открытом же письме он будет это делать, не в почте. Он его сохранит к себе на жесткий диск и уже там будет обрабатывать.

– В том-то и смысл! К письму моему он возвращаться не будет, наверняка. Значит, и не заметит подмены.

– То, что ты какую-то подлянку замутила, я уже понял. Я вот в толк не могу только взять – какую именно.

Наташа помотала толстой полосатой трубочкой в стакане с коктейлем. Эх, надо было брать без сливок. На жаре они некрасиво расплылись и теперь плавали на дне стакана подозрительными белыми хлопьями.

– Кирюш, вот тебе это понимать зачем? Ты у нас не работаешь, тебя это не касается. А лишнее любопытство не порок, но большое свинство, слыхал такую поговорку?

Кирилл недоверчиво ухмыльнулся в ответ:

– Да мало ли? Влипнешь с твоими аферами во что-нибудь уголовно-наказуемое.

– Жалкий отмаз, – парировала Наташа. – Кирюш, ты ж меня знаешь: где я, а где – уголовный кодекс. Ты сам-то веришь в то, о чем говоришь?!

– Ну, мало ли.

Вахлак Кирилл ей не верит, ты подумай. Впрочем, ей абсолютно пофиг верит он ей или нет, и в чем именно подозревает. Дело она задумала не слишком безопасное, для своей же собственной карьеры весьма и весьма стрёмное. Попадись она на этом шулерстве – вылетит из компании как пробка, с «волчьим билетом». Но, во-первых, уж очень красивая может получиться комбинация, во-вторых, сто процентов даст желаемый эффект и Михайлову место бренд-директора будет только сниться, и то нечасто. Кто не рискует, как говорится, тот не пьёт шампанское.