Галина Гончарова – Зима гнева (страница 90)
– Тора?
– Мне нужна ваша помощь!
– Что случилось, тора?
– Помогите перенести человека! В гостевую спальню, на первый этаж, – решила Ида.
На втором этаже было три спальни, но это уже вовсе неприлично. Нет уж, первым этажом обойдется.
– Кого, тора? – вышла из кухни Эльза.
– Сейчас перенесем – и я все расскажу, – отозвалась Ида, похлопывая по руке перчаткой. – Да осторожнее! Что ж вы больного, как дрова тащите!?
Мужчины не отругивались. Кряхтели, но понимали, что девушка нервничает.
– Вот так! Кладите! Жом, это вам за труды!
В ладонь кучера скользнуло серебро.
– Благодарю, тора. Может, вам чего отвезти, привезти надобно?
Ида задумалась.
Больной в доме – источник проблем. Но каких?
– Где вас найти?
– Я обычно на углу Мясницкой и Колокольной стою, тора. И отсюда, вроде, недалече. Спросите дядюшку Михеля, меня там все знают.
– Хорошо… дядюшка Михель. Я буду иметь это в виду.
Сама Ида предпочитала ходить пешком. Моцион, знаете ли… да и все тут недалеко. Но – вдруг?
Извозчик ушел, а девушка кивнула слугам.
– Жду всех в гостиной.
Тоже Анна. Которая мигом отучила Зинаиду от снобизма. Ладно, не в единую минуту. Но старшей сестре было, что сказать. А младшая поневоле слушала.
Когда у тебя все болит, и рана не заживает, и твоя жизнь зависит от старшей сестры – поневоле прислушаешься… Не будешь обращаться с людьми по-человечески? Вот они с тобой по-скотски и поступят!
Слуги себя ждать не заставили.
Ида обвела всех взглядом.
– Вы знаете, что я работаю в лечебнице.
Слуги знали. Что ж, у торы могут быть свои прихоти. У кого цветочки, у кого лечебницы – это даже благородно. Помогать страждущим…
Слуги ведь не видели, как благородно тора вытаскивает судно! Или моет грязный пол!
– Станислав – доктор. Он три дня не был на службе, и я забеспокоилась. Поехала к нему и нашла мужчину больным. Поскольку у него нет семьи и ухаживать за ним некому, я забрала его сюда.
– Тора, это ж неприличие какое! – ахнула Эльза.
Зинаида сморщила нос.
– Жама Эльза, мне все равно, кто и что скажет. Я не оставлю человека на верную смерть!
Кухарка устыдилась.
– Но как же…
– Днем я буду в лечебнице. И готова доплачивать за присмотр. Вам, безусловно, придется сварить что-то, подходящее для больного.
– Так морс, опять же, бульон куриный…
– Жама Гертруда, надеюсь, вы сможете ухаживать за Станиславом Венедиктовичем? Разумеется, не бесплатно? Жом Пауль, вы поможете, если его надо будет перевернуть?
– Конечно, тора.
– Отлично, жом Пауль, жамы… так и решим.
– Тора, а ночью как же?
– Жама Эльза, ночью я как-нибудь справлюсь, – язвительно отозвалась Ида. – Или вы полагаете, что в таком состоянии мужчина может представлять для меня опасность?
– Тора!
– Нет? Тогда я – для него?
Жама Эльза покраснела.
– А все одно, так не делают…
Ида возвела очи горе.
– Жама Эльза. Если бы я соблюдала приличия, мои косточки бы уже вороны по Русине растащили.
Сказано было четко. Жама устыдилась и заткнулась.
То-то же!
Взяли моду – хозяев критиковать! Никакой демократии! И никаких освобождений! Иде уже Русины по уши хватило!
Как-то там Анна?
Нашла ли она сына?
Впрочем, эти мысли быстро уступили место другим, более насущным. Требовалось срочно позаботиться о больном.
Жом Станислав просто горел в лихорадке.
Даже жама Эльза плюнула на приличия, и помогала обтирать мужчину, переворачивать, сварила морс, и Ида аккуратно поила несчастного из специальной кружечки с носиком.
Пил он жадно, хоть и не приходя в сознание.
Больше Ида ничего толком не могла сделать. Ее знаний хватало, чтоб понять – приближается кризис. Но перенесет ли его несчастный?
Сейчас, в тепле и с уходом, у него хотя бы есть шанс.
Анна, Россия.
– Давай, топай! А мы с Гошкой по развлекалке погуляем!
– Кира, только пожалуйста…
– не буду я покупать все подряд!
– И мороженое…
– Не больше шести порций на нос!
– Кира!!!
– Ладно! Трех!
– Издеваешься?