Галина Гончарова – Зеркало войны (страница 38)
Голова болела так, что даже травяные отвары не спасали. Кружилась, а в виски словно гвозди вбивали. Раз за разом, поворачивая их, чтобы больнее было.
Барист честно пытался что-то объяснить королю, но Остеон понимал в лучшем случае одно слово из трех, так что Тальфер плюнул, махнул рукой и начал просто подсовывать его величеству бумаги на подпись. Со всем уважением.
Остеон тоже махнул на все рукой, решив довериться Тальферу, так что мужчины быстро управились, и его величество кивнул на балкон.
– Составишь мне компанию?
– Это честь для меня, ваше величество.
– Пошли…
На балконе Остеон опустился в кресло, кивнул Баристу на второе. Да, честь. Но преданным и умным людям можно многое простить и позволить.
– Что хорошего расскажешь?
– Про что вы хотите послушать, ваше величество? По зерну у нас будет более-менее нормально, вот я еще разберусь, как закрыть внешние долги…
Остеон махнул рукой.
– Я не о том. О леди Френсис.
Барист помрачнел.
Л-леди, видали мы таких леди! Но…
– Мои люди пока не говорят ничего нового. Следят, но молчат.
– Может, и нет ничего?
Барист пожал плечами. Может – нет, может – есть, он ведь не скажет королю, что его интересует рыбка пожирнее?
И отвернулся, склонился над столиком, пряча лицо от короля. Дураком он своего господина не считал, нет. Иначе не смог бы с ним работать.
– Налить вам отвара, ваше величество?
Остеон не ответил.
Барист повернулся.
– О, нет… Восьмилапый, ты не мог найти худшего времени!
Его величество потерял сознание.
Барист опрометью бросился звать лекаря, а потом за флаконом с нюхательными солями.
Не прошло и получаса, как его величество был приведен в чувство, напоен, а еще лекарь рекомендовал прочистительное. И клистир, конечно. Что может быть лучше хорошего клистира, правильно составленного, в соответствии с фазами луны?
Нельзя сказать, что Остеон был в восторге, но – лечиться-то надо? Так что из королевской спальни выставили всех и кивнули лекарю. Проводи свои процедуры, гад, издевайся над королем!
Барист ждал лекаря на выходе.
– Мэтр, мне надо с вами поговорить.
Мэтр Шионский, личный лекарь его величества, наклонил голову. Подмастерье, который следовал за ним, тот и вовсе поклонился и отступил, почти слился со стенкой.
– Слушаю вас, Тальфер?
С лекарем отношения не то, чтобы не сложились. Просто Шионский, как и всякий выскочка, хоть и получил титул, но не мог простить окружающим
– Что с королем?
– Я подозреваю разлитие черной желчи в пищеварительной системе пациента, – важно произнес мэтр. Внешность у него при этом была самая лошадиная. И важность – тоже. Точь-в-точь какающая лошадь.
– Чем это грозит?
Задавать идиотские вопросы, вроде: «а вам зачем?», «разрешит ли его величество разглашать подобные тайны?», «не пойти ли вам с вашими вопросами?» мэтр не стал, ума хватило. Вместо этого он прищурился еще более надменно.
– Думаю, после моего клистира ему станет легче. Особенно если несколько дней он будет принимать промывательное.
Барист кивнул и принялся благодарить. Но не был бы он собой, если б не заметил, какими искрами блеснули глаза помощника лекаря. Ох, не просто так.
Отловить одного помощника было и вовсе несложно.
Промывательное Шионский предпочел давать королю без свидетелей. Его величество распорядился, а лекарь послушался, так что помощник остался в приемной, перед дверью спальни. Там-то его Барист и прижал.
– Что не так с королем?
Молодой, лет двадцати, парень, даже и не пытался юлить. Кто такой Тальфер, во дворце даже собаки знали. И что предан он не хуже тех собак – тоже.
– Господин, конечно, свое мнение имеет…
– А ты? – вкрадчиво поинтересовался Барист.
– А я подозреваю, что без желчи там обошлось, – парень поежился. Его сильно напрягало то, что он хотел сейчас сказать, но и промолчать он не мог. Права не имел.
В Ромее лекари клятву тоже давали.
И – верили.
Клялись Сестре милосердной, и знали, что если они причинят вред больному, то милость Сестры их оставит. А вот шансы попасть под покровительство Восьмилапого и на обед к шервулям сильно вырастут.
Этого пареньку не хотелось.
– Так что там случилось? – Барист давил, не давая времени придумать правдоподобную ложь. – Что?
– Я-я-яд-д-д…
Паренек почти заикался.
И то…
Сказать такое – считай, подписать себе путевку в департамент Дознания. А уж как там спрашивать будут – лучше о таком и не думать, особенно на ночь. Только вот для Бариста слова юноши были просто подтверждением его собственных мыслей, и озвучивать их он никому не собирался.
– А разобраться, что за яд – сможешь?
Парень покачал головой.
– Н-нет.
– Почему?
Взгляд в сторону спальни был более, чем красноречив. Ну да, паренек полностью во власти наставника, а мэтр Шионский не одобрит подобные научные изыскания. Он-то за свою шкуру боится больше, чем за королевскую жизнь, ему в департамент не хочется.
– А как лечить? Хоть примерно?
Парень пожал плечами.
– Знать бы, куда подливают… в пищу, в купальню, еще куда? Могут же и постельное белье обсыпать…
Мальчишка рассуждал со знанием дела. И то – яд в последнее время применялся все чаще. Слишком уж удобное оружие, каждый им воспользоваться может.
Барист догадывался. Не просто ж так принц зачастил к его величеству, ой, не просто…
– В еду? Или в питье?
– Можно добавлять в отвары, которые будет готовить господин, листья сенны, да и простое промывательное, клистиры, тоже будут давать эффект.
Барист вздохнул.