Галина Гончарова – Зеркало войны (страница 112)
И удрать-то не получится. Ну и ладно, не в первый раз.
Малена тут же спихнула все управление на Матильду, и затаилась в дальнем уголке. Матильда же…
– Дядюшка!!! Утро доброе!
Лоран хмыкнул.
Радость племянницы обычно ничего хорошего для него не предвещала. Сообразил он правильно, Матильда искренне решила, что не ей одной страдать.
– Идемте, дядюшка.
– Куда?
Лоран и мяукнуть не успел, как его подцепили под локоть и потащили по коридору.
– Как это – куда? Раздеваться!
– Эээээ?
Матильда отвоевала еще десятка два шагов.
– А что – вы стесняетесь что-то показать девушкам? Зря, в вашем возрасте вы очень даже еще ничего…
На возраст Лоран обиделся. Но грудь выпятил, не подозревая, что слово «хорошего» Матильда спешно проглотила. А то вырвется добыча раньше времени.
– Так куда мы идем?
– А мы уже пришли, – ухмыльнулась Матильда, впихивая дядюшку в гостиную и блокируя дверь. – Госпожа Элинор, поговорите, пожалуйста, с портнихой.
– О чем, Малена?
– О дядюшке, конечно! Его срочно надо одеть! И покрасивее! Кружево, шитье, голубые тона – обязательно.
Элинор Ардонская подняла брови, но от вопросов типа: «с чего такое радушие?» удержалась. И памятуя слова мужа о том, что Мария-Элена умна и ничего просто так не сделает, ловко цапнула Лорана за руку.
– Как скажете, Малена. Господин Рисойский, мы сейчас пройдем в ваши покои, осмотрим гардероб, потом решим, чего не хватает…
Лоран пытался вырваться, но графиня вцепилась не хуже мурены. И вещала, вещала…
Рисойский понял, что без куска мяса ее не оторвать, вздохнул и смирился, одарив Матильду злобным взором. Та ответила нежной улыбкой.
– Терпите, дядюшка. Двор – место сложное, а у вас, небось, все штаны по моде пятилетней давности. Решат еще, что вы короля не уважаете, все потом наплачемся.
Короля Лоран если и не уважал, то и вслух признаваться не собирался. И правильно. Это вам не ворюга-губернатор, это король. Он и казнить может. Так что…
Матильда довольно улыбнулась, покидая комнату. А не одной ей иголки сегодня достанутся!
Письмо ее светлости герцогессы Домбрийской легло на стол канцлеру.
Его светлость Леонар Тарейнский прочитал несколько строчек и вскинул точеные брови.
Канцлер был хорош. Этакой мужской красотой сильного хищного самца. Светлые волосы, черные брови и ресницы, большие серые глаза.
Совсем другой тип красоты, не тот, что у Рисойского, но тоже очень притягательный.
– Герцогесса Домбрийская, вот как….
Этот вопрос стоило обсудить с королем. И немедленно.
Остеон лежал в постели.
Леонар покосился на исхудавшие руки короля, перевитые синими узловатыми жилами, и поежился.
Не хотел бы он для себя такого. Нет, не хотел. И выглядит жутковато, и, наверняка, больно. Чудо, что король еще жив.
Впрочем, поклон был выполнен безукоризненно. Больные и умирающие короли сносят головы не хуже здоровых. Вдруг Остеону на том свете канцлер потребуется? А тут и повод есть?
– Ваше величество.
– Леонар.
Темные глаза запали. Но безумия в них не было, наоборот, разум короля словно стал еще яснее.
– Ваше величество, мне принесли письмо от герцогессы Домбрийской.
Остеон на мгновение задумался. Память ему никогда не изменяла.
– Хм-м… Мария-Элена, так?
– Да, ваше величество.
– Она в столице?
– Да, ваше величество, и ждет аудиенции, в любой момент, когда вам будет благоугодно.
Остеон глубоко вздохнул.
– Леонар, ты же видишь, как я себя чувствую. Это не зрелище для молодой девушки.
– Ваше величество?
– Пусть ее примет Найджел. И документы ей подпишет на вступление в наследство, если девушка окажется достойной.
Леонар поклонился в знак согласия. Обсудил еще пару менее важных вопросов и попросил разрешения удалиться.
И никто из собеседников не знал про Бариста Тальфера, который нагло подслушивал разговор.
А что еще можно сделать? Как еще оставаться в курсе всех событий? У Бариста не было выбора. Какое там подслушивать – он бы и шервулю в зад залез, если б знал, что это пойдет на пользу делу.
Говорите, герцогесса Домбрийская?
Барист отродясь ее не видел, не представлял, на кого она похожа, но главное в человеке не красота, а ум. Дураков среди Домбрийских вроде бы не было. Но будь она хоть трижды дурой, Баристу позарез требовались союзники. Ее высочество Лидия пока еще не прибыла. А отвлечь принца надо.
Может быть…
Барист поспешил к себе и быстренько накатал записочку для Марии-Элены. Потом вручил курьеру и приказал отвезти даме. Обязательно дождаться ответа, и привезти письмо Баристу.
Сегодня.
Курьер поклонился и уехал.
Барист зло уставился в стену.
Куда, спрашивается, пропал Варс?
Чтоб ты… чтоб тебя… только найдись, а голову я тебе и сам отверну! Скотина бессовестная!
– Степняки, ваше сиятельство.
Станс Грейвс лично пошел в разведку. Вернулся и теперь докладывал обстановку.
– Их там тысячи три-четыре. Половина занята, делает подкоп. Вторая половина изматывает защитников крепости.
Рид кивнул.