Галина Гончарова – Зеркало надежды (страница 82)

— Антон уехал? — уточнила Женя.

— Да. С мамой.

— Жуткая тетка, — поежилась Нина.

Малена подняла брови. Даже так?

— Там все сложно, — видя ее недоумение, пояснила женщина. — У Ирины Петровны двое детей, старшая дочка Маша от первого брака и Антон от второго. Как там с первым мужем — неясно, но второго она точно любила, и Антона в зубах таскала.

— А муж где?

— Убили в девяностые, — махнула рукой Нина. — Кому-то дорогу перешел и не поделился. Так Антон рассказывал… когда подрос до восемнадцати решил начать свое дело, сколотил стартовый капитал и начал туристический бизнес. Помог сестре, та в Москве училась, даже стипендию получала, но это, конечно, копейки, ну и матери… хотел помочь.

Малена кивнула.

Матильда внимательно слушала, не комментируя. Сомнительная, конечно, история, но кто там что разберет? За давностью лет?

В девяностые действительно стреляли, и стартовый капитал у мальчишки мог быть. От отца остался, к примеру… или продали что-то…

— Не срослось?

— Не то, чтобы… Переезжать в новый дом она отказывается — тогда не будет повода постоянно вызывать сына. Там же ничего ломаться не будет, а то и мастеров нанять можно. Выйти замуж еще раз — ты что, я отца твоего любила, какой замуж? Зато за девочками его смотрит не хуже аргуса.

— М-да, тут меньшим числом глаз и не обойтись, — пробормотала Матильда. — А зачем?[20]

— А вот так, — пожала плечами Нина. — Я подозреваю, что ей невестку хочется.

Малена успела быстрее Матильды.

— Конкретную, да?

Нина довольно кивнула и улыбнулась.

— Ага. У ее подруги дочка, кстати, тоже Иришка, в самый раз для Тошеньки.

Матильду это не покоробило, это нормально, сколько матери живут на свете, столько и строятся ими матримониальные планы, но Малена нахмурилась.

— А сам Антон?

Нина пожала плечами. Кто ж его знает…

— Понятно. В общем, она приехала и уехала. Ее Антон повез.

— Радуйся, что без скандала обошлось, — посоветовала Женя. — Жуткая тетка, она на Юльку не налетала только потому, что той никто кроме мужа и даром не нужен. Тебе, правда, тоже…

— У меня пока нет мужа, — улыбнулась Малена.

— Но и за Антоном ты не бегаешь. К тебе претензий не будет, вот присмотрится она и успокоится.

— А, так это была обычная ревизия, — ухмыльнулась Матильда. — На предмет выявлений коварных хищниц, подбирающихся к единственному сыночку.

— Я хорошая, — обиделась Малена. — И не подбираюсь с коварными целями. Я просто его… он просто замечательный.

— В этом вы с его мамой совпадаете. Но решит ли она, что сыночку нужна равно замечательная ты?

— Я — Домбрийская.

— А в этом мире — Домашкина.

— Неважно! Опозорить или возвысить можно любое имя.

— Ты не отвлекайся от собеседниц, а то сейчас что-то заподозрят…

Малена кивнула Жене, и подвела итог.

— Антона сегодня больше не будет, так что…

Дамы переглянулись и решили, что уйдут с работы вовремя. Не задерживаясь.

Подумали еще пару минут, и решили отпустить Нину пораньше. Пусть повозится с дочкой сегодня. А Малена вернулась к себе, села за стол, подперла руками голову.

— М-да… мама примчалась быстрее шервуля.

Что такое шервуль, Матильда знала, и сравнение ее не возмутило.

— А ты как хотела? Юля — зло известное, а ты — новое.

— Я не зло, — возмутилась Малена, но Матильду это не тронуло.

— Судя по тому, что творит Антон, он тобой заинтересовался.

— Нами…

— Нет. Тобой. Основной его оппонент именно ты, сама понимаешь…

Малена понимала. Но…

Ей очень нравился Антон, она даже была влюблена, и вполне естественно, именно она общалась с Антоном. Чаще и дольше Матильды.

А разница между девушками была весьма ощутимой. Все же советское и монастырское воспитание — это две разные системы. И второй сейчас практически не встречается.

— Думаешь, он правда нами заинтересовался?

— Да. Более того, рассказал маме и упомянул что-то такое…

— То же рябиновое варенье? Но ведь это естественно! Мы не можем позволить себе тратить лишнего времени дома, потому перекусываем на работе. Лучше поспать часок…

Матильда отлично понимала, что хочет сказать Малена.

Жизнь работающей девушки тяжела и трудна. Поэтому завтрак готовится либо с вечера и утром разогревается, либо с утра растворимая овсянка заливается кипятком.

Но быстрокаши Матильде никогда не нравились, на ее изощренный вкус они отвратительно воняли химикатами.

Варить обычную овсянку? На себя одну? Или варить на несколько дней и разогревать?

Фу.

Проще вечером напечь те же блинчики на завтрак. Или пирожки. Или…

Вариантов много. Главное условие — это должно быть нечто удобное, что можно съесть на работе, поделиться с шефом, к примеру… да те же горячие бутерброды, если их сделать под микроволновку и разогреть — получатся просто отличными.

Как вариант — можно наделать тех же корзиночек с разными начинками. Делаются они достаточно долго, но раз в неделю затеешься, напечешь, а потом замораживаешь и разогреваешь по мере надобности. Не так вкусно, как свежие, но съедобно.

Фигура?

Диета?

У Малены на работе не растолстеешь.

Блинчики она напекла еще с вечера, а утром просто сложила в пластиковый контейнер и сунула в сумочку. Дешево и сердито.

— Вполне возможно. Блинчики с вареньем — серьезная заявка на победу. В нашем мире говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, а наши дамы прискорбно пренебрегают этой дорожкой, дай бог, одна из десяти может что-то приготовить и не перетравить полквартала.

— Даже так?

— А у вас так не говорят?

— Н-нет… Может, простонародье…