Галина Гончарова – Зенит (страница 89)
- Смерть?
- Смерть - не худшее, что может случится с человеком. А вот заплутать в пространстве и времени, стать неприкаянным духом... это бывает.
Ирина поежилась.
Но... выбора-то нет! Идти надо, и искать надо...
- Все равно не остановишься, - согласилась некромантка. И уже Кириллу - Сейчас налево и паркуйся.
Они обошлись без лифта, поднялись по лестнице, пробежали больше десяти этажей, и Эмма Марковна позвонила в дверь.
- Коля, открой!
Бесполезно.
Звонок, второй...
Некромантка достала ключи и провела карточкой по магнитному замку.
Дверь открылась.
Некромантское чутье не ошибалось.
Магистр Николай Светличный лежал на полу. Мертвый.
И рядом с ним лежала тяжелая чугунная пепельница. Этой печатью приложено, ага.
Веры Светличной в квартире не наблюдалось.
***
Пока ждали СОГ, пока давали показания, пока составляли протокол, вызывали труповозку...
Наступил вечер.
Кирилл и Ирина отвезли домой Эмму Марковну. Та сидела тихо, грустила...
- Может, остаться с вами? - предложила Ирина.
Эмма Марковна вскинула на нее больные глаза. И Ирина почти физически ощутила, как стара и устала эта женщина.
Некроманты - близкие друзья Смерти, это верно. Они ходят рядом с Ней, они знают, что их ждет за гранью, они понимают, что смерть - не конец пути, а его начало.
Но разве им становится от этого легче?
- Оставайся.
- А..., - заикнулся Кирилл, но некромантка подняла вверх сухонькую ладонь.
- Не стоит. Видеть женщин, когда они расклеиваются, мужчинам не стоит, право слово.
- Зато я могу за добавкой сбегать, - нашелся оборотень.
- У меня бар хороший.
Кирилл попробовал еще пару раз напроситься, потом махнул рукой, попросил Ирину звонить, если что - и уехал.
А Ирина и Эмма Марковна остались вдвоем.
Подумали, и направились к бару, который оказался действительно шикарным.
Сначала они пили водку (помянуть). Потом коньяк (его любил Коля).
Потом ром.
Кажется, пробовали составить коктейли.
А потом Ирина отравилась пирожными. Больше нечем было... точно, в них что-то несвежее положили. Наверняка.
***
На работу Ирина не шла - ползла.
Болело все.
Голова, желудок, пищевод, кишечник... кажется, небольными остались только руки и ноги. И то - вопрос. Как-то они плоховато слушались.
Хорошо хоть 'выхлоп' удалось убрать. Пока промывание желудка, пока то да се...
Эмма Марковна оказалась покрепче. Ирина ей с утра налила стакан рассола, обнаруженного в холодильнике, и старушка скакала, бодрая и веселая.
А вот Ирина мрачно думала, что времена уже не те. Мельчает народ, мельчает...
На работе было шумно и весело.
Все дружно наводили порядок, Саша прикалывал к стене здоровущую карту города, Коля втыкал в нее флажки...
- Что случилось? - удивилась Ирина.
Иван Петрович взглянул на нее красными глазами.
Не от выпитого красными - от бешенства. Это что ж такое случилось?
- Явилась?
- Эээээ...
- Ты видела, что у тебя на столе творится?
Ирина и видела - и не переживала. Нормальная рабочая обстановка, когда вперемешку бумаги, карандаши, блокнот, планшетка, компьютер... и что?
- Чтоб через пять минут все блестело, как у кота - хвост!
- Так точно, - не стала спорить Ирина. - Разрешите исполнять?!
- Немедленно!!!
Ирина отправилась разбирать стол.
Покосилась на Александра.
- Что случилось?
- К нам едет ревизор.
- Чего?
- Помнишь пацанов, которых попугай обосрал?
Ирина помнила.
- И что?
- Вот, у родителей одного из них есть знакомый юрист - он посоветовал написать жалобу на неправомерные действия. И к нам едет полковник Александров.
Ирина пожала плечами.
- И что? Мы-то в чем виноваты?