Галина Гончарова – Зенит (страница 28)
- Город разросся, - вздохнула Ирина. - Сильно разросся. Есть у нас такие вот пересечения рек - еще?
- Не знаю, - Кравцов решительно махнул рукой. - Давайте сделаем так. Я озадачу своих ребят.
- Ребят?
- Семинаристов.
Ирина решительно покачала головой.
- Я против.
- Почему?
- Потому что не знаю, кто это все затеял. А если у вас 'течет'?
Кравцов задумался.
- Не знаю. Ладно... попробую сам, но на мощном оборудовании. Напечатаю все на хорошем принтере и принесу. Будем смотреть.
- Спасибо.
- И поищу в библиотеках. Листки с ритуалом отдадите?
- Берите, не стесняйтесь.
Кравцов и не стал стесняться.
- Во сколько вы завтра придете в гости?
Ирина подумала пару минут.
- Сложно сказать. Я с утра поговорю с начальником, если он меня займет по одному делу - тогда после обеда. Если нет, то с утра. Часов в девять - десять.
- Скажу домашним - пусть вас дождутся. Спасибо, Ирина Петровна.
- Ирина. И 'на ты'.
- Можно - отец Петр.
- Извините, - ухмыльнулась Ирина. - Мне будет некомфортно вас так называть, мой отец - та еще гадость.
- Тогда Петр Михайлович. Все же вы мне в дочери годитесь.
- Вряд ли, Петр Михайлович. Не думаю, что вы могли лет в десять размножаться.
- Не надо мне льстить, Ирина. Хотя и приятно.
Ирина пожала плечами.
Ладно вам, как получилось, так и получилось...
- Спасибо за помощь. Надеюсь, вы найдете Ритку раньше, чем она куда-то вляпается.
- Я тоже на это надеюсь, - вздохнула Ирина.
Только надеяться и оставалось. Потому как верилось в подобное везение очень слабо.
***
Утром Ирина отправилась на работу.
Как и всегда.
Туфли начищены, китель наутюжен, волосы зачесаны и стянуты в хвост, на губах улыбка, на щеках румянец. Косметику, правда, забыла... да и черт с ней!
Ведьме она и не нужна особо, у нее все краски - свои.
Утро было чудесным.
Случается такая пора, когда утром свежо, но не прохладно, а так... словно легкий душик. Не морозит, но бодрит и заставляет почти парить над землей. И воздух чист и прозрачен, и листва особенно зеленая, и солнце улыбается и пытается пощекотать тебе нос золотистым лучиком...
Хорошо!
Настроение у ведьмы плавно перевалило отметку 'хорошо' и поползло к 'восхитительно'.
Ага, если бы так и весь день продолжалось.
Стоило зайти в участок, как Сеня подмигнул ей и кивнул на дверь начальства.
- Ждет. Грозен.
Ирина пожала плечами.
Вины за собой она никакой не знала, так что спокойно пошла к Ивану Петровичу.
- Разрешите?
- Входи, Алексеева. Садись.
Ирина послушалась и устроилась на стуле, который, наверное, Керенского помнил. Или вообще царские времена. Судя по колючкам, которые из него выползали, он прошел все революции и войны - и люто возненавидел человечество, поклявшись вечно быть для него занозой в заднице.
Ничего, она так устроится, чтобы на краешке стула. Через юбку не цапнет, и колготок она не лишится.
Ирина молчала и ела глазами начальство.
Иван Петрович поморщился и протянул ей несколько листов.
- Смотри сама.
Свой рапорт Ирина узнала мгновенно. Да и резолюцию прочесть было несложно.
'Нет оснований. Отказать.'
Коротко и по делу. Но обидно же! До слез и соплей обидно!
- Иван Петрович, почему? - ведьма расстроилась всерьез, почти до слез.
- Знать бы! Сказали - нам тут, б..., еще маньяка не хватало. Это если вкратце.
Ирина почти обиделась.
- Это - не маньяк!
- Алексеева, я такого от полковника наслушался, что тебе повторять не буду, - огрызнулся начальник. - Иди и работай. Пропавших девчонок искать, конечно, будут, но - в рамках персональных розыскных дел. А вот объединять их пока - нет оснований. Начальство таковых не увидело.
- Спасибо, Иван Петрович.
- Нельзя никак, сама понимаешь...
- Понимаю, - Ирина даже всхлипнула.
Ну правда же, обидно! Когда созданную тобой версию спускают в выгребную яму!
А самое обидное, что версия-то правильная, она нюхом чует. Ведьминским загадочным органом, который точно подсказывает - правда это или ложь, верная или неверная дорога.
Вот сейчас она верная.
Но...