Галина Гончарова – Завершающая (страница 46)
Смешные блестящие погремушки, которые нельзя даже сравнивать с родными и близкими людьми. С теми, кто тебя любит. Почему она это понимает, а Рикардо не понял? Почему!?
- Когда-нибудь он это тоже поймет, - тихо сказала Адриенна. - Не скоро. И ему будет очень больно, Мия. Помнишь Марко?
- Да.
- Когда-то его отец едва не убил его мать. А сейчас... готов на коленях к ней ползти, лишь бы Марко признал имя и принял род. Полностью. А Марко уже не хочет. Теперь он дан Джерио.
Мия хмыкнула.
- Потом... двадцать лет?
- Чуть меньше, но не намного.
- Я столько не выдержу. Возмездие должно настигать подонков при жизни, Риен. И так, чтобы все понимали. И за что, и почему...
- Я не возражаю, но только после твоих родов, - взмахнула рукой Адриенна. - Слово дай!
Мия сморщилась, но...
- Ладно. Я им займусь после родов.
- Вот и отлично. - А к тому времени, глядишь, и остынешь, и успокоишься... - Как ты себя чувствуешь?
- Лучше. Намного лучше, - честно сказала Мия.
Не то, чтобы идеально. Все же нервы, нервы, обиды, разочарования...
Но последствия верховой езды уже так не чувствовались. И голова не болела, и не кружилась, и ее не тошнило...
- Сейчас, вот этой рукой...
Адриенна поменяла руку, которой гладила животик Мии. Теперь на нем оказалась рука с кольцом. Мия посмотрела на него внимательнее. Впервые...
- Хм... кажется, я такое уже видела.
- Да?
Мия оживала прямо на глазах. Огляделась...
- Ага, а мои сумки? Ньора Роза?
- В гардеробной, дана.
- А можно черную сумку принести?
- Я помогу, - вызвался дан Пинна. На ньору Анджели он поглядывал с видимым интересом. И то... ньора была удивительно хороша собой. Этакая сочная, зрелая, наливная красота. Как у осеннего яблочка.
Долго черную сумку искать не понадобилось. А уж длинный и узкий ящик, торчащий из него - тем более.
- Дан Козимо Демарко отдал, - пояснила Мия. - Сказал, что под женскую руку, да и вообще.... Не его это. Вот, оказалось, что и не мое... наверное. Он меня слушается, но не любит. Не признал до конца. И... зовут его так своеобразно. Я думала о тебе, но все как-то к делу не приходилось.
Адриенна открыла ящичек.
Да...
Клинок словно сам лег в руку. Пальцы сжались на рукояти... Адриенна достала из волос шпильку. Царапнула палец, выдавила на камень капельку крови.
Секунду ничего не происходило. А потом словно три алых огня вспыхнули.
В диадеме, в рукояти клинка, на пальце...
Все части камня заняли свое место.
Все попали, наконец, к своей хозяйке.
И в алом свете камней, Адриенна была так похожа на Моргану, что дану Пинна даже жутковато стало.
Круг замыкается, и все возвращается на свои места. И к законным владельцам, - дану показалось, что кто-то шепнул ему это на ухо. Но... показалось же! Вот как хотите - просто показалось!
А еще...
Звучит это, конечно, неплохо. Но кто сказал, что это самое 'все' уступят те, кто им сейчас владеет? Ой, вряд ли!
- Ты заберешь клинок? - Мия почти не спрашивала, почти утверждала.
- А ты отдашь?
- Он же твой. Чего тут думать...
Адриенна кивнула.
- Спасибо, сестренка.
- Риен...
- Да?
- Если будет не слишком трудно...
- Рикардо?
- Да.
- Он сегодня взял отпуск для устройства личных дел. Для женитьбы, - не стала скрывать Адриенна.
Мия стиснула кулачки. Слез почти и не было, лишь одна капелька стекла по тонкому лицу.
- Ненавижу...
- Знаю. И поверь, пока я королева, он ничего не получит, - жестко сказала Адриенна. - Обидевший тебя - и мой враг.
И сказано было серьезно.
Адриенна не станет кричать, не будет плакать или взывать к чьей-то давно почившей совести. Она рассудит по своему разумению. И спуску не даст.
Ни Рикардо, ни его женушке... хотя так и так, Адриенна подозревала, кто это. Ну, погодите у меня... Андр-реоли! Порву!
***
- Ваше величество?
Эданна Сабина склонилась перед королем, изображая верноподданность.
- Я пришел к своей супруге.
Эданна растопырилась еще сильнее.
- Ваше величество, умоляю меня выслушать.
- Пропустите меня, эданна.
Филиппо был настроен не то, чтобы решительно, но стоять под дверью покоев королевы? В халате и колпаке? Вот еще...
Эданна Сабина поклонилась.
- Ваше величество... казните. Но умоляю... прислушаться.
И приоткрыла дверь в спальню. Чуть-чуть, только щелочку.