Галина Гончарова – Твое… величество! (страница 22)
В постели с мужем Бекки тоже нравилось. Правда, последние десять лет Марк ее постель не навещал, сразу же, как узнал об изменах, но это уж дело такое. Ей и без супруга было весело.
Ну, что поделать?
Дети, роды, а мужа все нет и нет рядом, и становится так тоскливо… даже понимая, что Марк зарабатывает деньги для семьи, Бекки не могла с собой справиться. Росла обида, копилось непонимание, и однажды нарыв прорвался. И эрра Стоун обнаружила себя в постели с другим мужчиной. А потом пошло-поехало.
И снова Марк оказался на высоте.
Он не стал ее избивать или запирать, лишать денег или отбирать детей. Он просто позвал Бекки к себе в кабинет, и честно высказался, что они виноваты оба. Вот так получилось, что поделаешь. Чужие люди… ему очень жаль, но измену он простить не сможет. Да и Бекки есть на что обижаться, наверняка?
Бекки была с этим полностью согласна.
Да, есть! И она обижается, и сильно…
Ну а если так… с него деньги, с нее дом, а в остальном они договорятся? Свобода в рамках брака, только без скандалов?
Бекки предложение оценила, и слово свое честно держала. Хотя иногда ей и жалко было, что Марк покинул ее кровать. Вон он… какой!
Подруги от одного взгляда дрожат и ахают, пищат и падают… Марк действительно хорош собой. Годы придали ему определенного шарма, он не располнел, но стал более основательным, мускулистым, солидным. Черные волосы, пронизанные седыми нитями, стянуты в хвост, загорелое лицо гладко выбрито, на щеке небольшой шрам, ближе к виску, противник целил в глаз, Марк увернулся, только щеку распахало. И в постели он был хорош… десять лет назад.
— Марк?
— Пойдем в кабинет, Ребекка.
Женщина вздохнула, и направилась вслед за мужем. Вот что ему надо? Что⁈
В кабинете Марк уселся в кресло, налил себе вина, и кивнул жене.
— Если хочешь, налей себе. Разговор у нас будет долгий и тяжелый.
— О чем, Марк? — невольно испугалась супруга.
Скандалов-то у нее не было, но когда у тебя не просто рыло в пуху, у тебя пух уже на хвост налип, как-то это… неприятно. Уязвимой себя чувствовать начинаешь.
— О будущем, Бекки. Оно у нас… смутное.
— Марк⁈
Он что — хочет развода⁈ Или… монастырь⁈
Бекки отлично понимала, что любой другой супруг за ее выходки ей бы шею свернул. А Марк и ничего? Или — до поры?
По спине колонной побежали мурашки. Сердце рухнуло куда-то в живот, а пальцы на ногах сами собой поджались. Страшно…
Монастырь! Ох, какое же это жуткое место! Считай — похоронена заживо…
— Бекки, я должен попросить у тебя прощения.
ЧТО⁉
Много чего ожидала эрра, но такого?
— З-за что⁈
Собственный голос показался Бекки чужим и незнакомым, так он осип за эти несколько минут. Марк вздохнул, сделал пару глотков вина, поглядел на жену… что на его лице?
Чувство вины? Он… да что такое случилось⁈
— Ты… полюбил другую⁈
— Что за чушь приходит в твою голову? — фыркнул Марк.
— Так объясни!!! — вышла из себя Ребекка. — Хватит ходить вокруг да около!
— Бекки, ты знаешь, что у меня есть свои люди, которые кое-что мне сообщают, — спокойно сказал Марк. — Без этого нормально не поторгуешь, не поплаваешь, надо знать, с кем ты связываешься, и что у человека за душой.
Бекки согласно тряхнула головой. Ну да, о ее измене Марк узнал сразу же.
— Да. И что?
— Тебе придется на какое-то время покинуть столицу. Взять сына, дочь, и отправиться в наше имение, благо, я вкладывал туда деньги, и там отлично можно жить. Я буду приплывать как можно чаще.
— Почему?
— Потому что мы — ближайшая родня канцлера Бустона.
Вот чего только не ожидала Бекки, но не этого спокойного заявления.
— При чем тут это?
Быть родственницей Димаса Бустона ей нравилось. Именно поэтому она была принята при дворе, и общество закрывало глаза на ее грешки. Раз уж супруга все устраивает, почему нет?
Кто-то должен и такие услуги эррам оказывать.
— Кем увлекся король последнее время?
— Дианой Эрсон. Но при чем тут это? Король и Марго увлекался, и Иреной, и с Дианой будет то же самое. Может, год или два он с ней побалуется…
— Бекки! Это ТЫ находишься при дворе — и до сих пор не знаешь, что Диана не легла в постель с королем?
— Она набивает себе цену, это естественно.
— Нет, Бекки. Она ее уже поставила. Самую высокую, какая только есть. Пока на ее пальце не будет обручального кольца, а на голове короны, Иоанн не залезет к ней под юбку.
— Фу, как грубо…
— Не строй из себя девственницу. Я прав?
Ребекка задумалась.
— Не знаю… он все-таки король.
— Король. У которого нет наследника. А королева Мария вряд ли ему уже родит, нет?
— Король регулярно посещал ее опочивальню, — уж такие-то вещи Бекки знала. Кто из придворных их не знал бы? — И не просто посещал, но… да, она не беременела.
— Уже лет десять, даже больше.
— Да.
— Наследника она королю не подарит. А его высочество Иоанн мертв.
— И…
— Бекки, ты ведь не дура, — укоризненно поглядел на жену Марк.
— Ты хочешь сказать, что его величество избавится от жены и посадит рядом с собой на трон вот эту рыжую шлюху?
Марк прикусил язык.
Если бы он сказал: «не завидуй», Бекки его бы точно прибила кочергой. Хотя от перестановки слов смысл не поменялся бы.
Бекки, конечно, и сейчас невероятно хороша собой. Белая кожа, большие голубые глаза, гладкие черные волосы — красотка! Даже в ее возрасте она выглядит великолепно, и маленькая Клара похожа на мать. Это, кстати, и хорошо. Тоже красоткой будет.
Но и Диана Эрсон красавица, каких поискать, и короля можно понять. Не той головой он сейчас думает, на которой берет носят. Ой, не той.
Бекки тем временем стремительно размышляла, дурой-то она и правда не была.
— Если король что-то сделает с королевой, это будет означать ссору с Картеном. И даже если она сама с лестницы упадет — тоже.