Галина Гончарова – Твое… величество-2! (страница 85)
— Загорелось внезапно, изнутри, как раз в том месте, где находится кабинет посла.
Иоанн побарабанил пальцами по столу. Получалось как-то и вовсе печально. Сначала его высочество Вернер, теперь посол и посольство… да что тут происходит⁈ Кто его так перед Хансом подставляет?
Ответа пока не было.
Иоанн распорядился доложить ему утром, и отправился спать.
С утра его настроение не улучшилось.
Посольство сгорело почти дотла, в кабинете посла нашелся обгорелый труп с его перстнем, так что…
Кто тут будет крайним?
Можно даже и не гадать, его величество Ханс своего не упустит, достанется Иоанну и за посольство, и за его высочество, и за помолвку, которая не состоялась…
Но что мог сделать Иоанн?
Да ничего. Только гневаться. Не помогала даже Диана.
Эрр Марко Шедан дремал тяжелым сном полностью вымотанного человека. Карета плавно покачивалась, унося его подальше от столицы, Марко откинулся на подушки, подобрал ноги и укрылся тяжелой меховой полостью. И уснул.
Словно солнце зашло, в единый миг рухнуло в темную бездну полусна-полуобморока сознание. Не было у посла сил даже переживать и нервничать. Последние два дня ему дались очень тяжело, пока он ждал вестей от священника, пока сам отец Роман ждал распоряжения из Картена…
А потом надо было еще найти подходящее тело, одеть его в одежду посла, нацепить родовой перстень, собрать все необходимые бумаги, отослать большую часть слуг и охраны, опоить кое-кого, чтобы не помешали, поджечь посольство, выбраться и уйти.
Легко ли?
И сложно, и очень нервно, и едва не сорвалось все в последний момент. Но все же Марко справился.
В Картене ему намного легче не будет, чужая страна, чужая земля, но там у него есть шанс. А дома — нет, вот и весь сказ. И его казнят, и его семью приговорят.
Эрр Марко спал, а карета уносила его в новую жизнь. Подальше от Эрланда с его сложностями. Потом он сядет на корабль и отправится в Картен.
А дальше…
Поживем — увидим, завтра будет новый день.
Если бы Марко видел то, что творится во дворце, он бы вдвойне порадовался. Потому что до Иоанна, наконец, добралось письмо, отправленное Феликсом.
— Шшшшштааааа⁈ — прошипел Иоанн так, что даже гюрза бы от зависти хвостом подавилась. — Хххххааааансссссс⁈
И задумался.
В письме неизвестный доброжелатель сообщал, что его высочество Вернер не просто так помер. О, нет! Он кинулся в погоню за ее величеством, и даже умудрился ее догнать. После чего и помер. Подавился клинком!
А теперь — внимание, вопрос!
А КТО у нас такой умный и организовал побег?
Саймон? Вполне может быть, что и он. Доброжелатель настаивает, что королева сбежала сама, но разве у нее хватило бы ума?
Это реально было самым тонким местом в плане Феликса и Марии. Им очень хотелось натравить Ханса и Иоанна друг на друга, но как это сделать, придумалось не сразу. А потом дошло!
Конечно же, у королевы своего ума нет, а потому все было по плану тейна. Марию и Анну пугают, они стараются убежать из дворца, и тут им предлагает свои услуги некий фарданский эрр. После чего они бегут в предложенном направлении, попадают в ручки к тейну, и на свободе он спокойно их обрабатывает, как королю Фардании нужно. Почему пока ничего не известно?
А вот!
Его высочество Вернер вмешался!
Тот случай, когда у всех свои интересы, и на повороте они ка-ак столкнулись! Да как полетели клочки по закоулочкам!
Тейн хотел или подлизаться к королю, или себе очки набрать… для чего? А чтобы было, у вас тут вообще целый Эрсон бегает. И ничего, пока еще может бегать, ноги не вырвали. И соблюдал секретность.
Вернеру, конечно, никто и ни о чем не сообщил. А наемники, которыми воспользовался тейн, чтобы все это провернуть, каждого принца в лицо знать не обязаны. Вот и прибили.
А уж потом, когда довезли величество и высочество, куда приказано, там и нашелся кто-то умный, и сопоставил. Наемники, понятно, смылись, а королева и принцесса оказались в подвалах храма Многоликого. И оттуда их уже отдадут Хансу, наверняка.
Так что источник проблем его величество Ханс. Попутно — тейн.
А что вы, ваше величество, с этим делать будете, большой вопрос.
Хотя с этим Иоанн справился. Перевернул стол, пошвырялся стульями и попинал стены. А потом, когда сил не осталось, еще и подумать сел. И даже надумал.
Для начала, надо разузнать, чем там тейн занимается, и насколько он вхож к Хансу. Потом, что там с подвалами и прочим. Куда могли привезти королеву…
Разведка, а уж потом…
Да, потом…
Иоанн тряхнул колокольчик, и приказал сначала к себе главу разведки, а потом Диану. А что? Надо же как-то успокаиваться? Вот и пусть супруга поработает!
— Мы едем — едем — едем, в далекие края…*
Мария от всей души распевала веселую песенку. Примерно с третьего раза к ней подключились и все остальные. А что было и не спеть?
Жизнь радовала день ото дня.
Коней удалось продать по нескольким деревням, по одной — две лошади, и крестьяне явно брали их «на племя».
Феликс сильно не торговался, но в кармане у путешественников оказалась достаточно крупная сумма денег, и это не считая того, что собрали с погони. Где украшения, где кошельки… мародерство?
Можно и так посмотреть. Но кто ж их заставлял гоняться за королевой?
Марии совершенно не было жалко ни Вернера, ни остальных фарданцев. Деньги были, продукты Феликс покупал, готовили они все по очереди, Мелисса перестала шипеть и фыркать на всех, зато полюбила бегать по ночам в облике газели, Анна липла к Феликсу, как смола к одежде, и мужчина явно был не против.
Марии он потихоньку признался, что девочка похожа на его сестер. Такая же ласковая и любопытная… Мария только посмеялась втихомолку. Ага-ага, сестер… не видишь ты, как эта малявка на тебя смотрит, когда ты отворачиваешься, как у нее глаза горят! Рано или поздно, так или иначе, она своего добьется. А пока тебя просто приручают, или правильнее сказать, приучают к постоянному присутствию ее высочества в твоей жизни. А заодно и получше узнаЮт.
Что нравится, что не нравится, что говорить, о чем помолчать… глядя как Анна ухаживает за Феликсом, подкладывая ему добавку и подсовывая подушку, Мария не могла удержаться от улыбки.
Очень продуманная дочка у нее растет.
А время шло.
Дорога стелилась под колеса и копыта, обвивала белесой пылью ноги, задумчиво затирала следы… и наконец они увидели — ЕГО.
На горизонте, сверкающей бирюзовой, изумрудной, лазурной полосой, плавно переходящей в такое же бездонное небо, вытянулось море.
Феликс посмотрел на счастливое лицо королевы, и направился почти к воде, благо, было тепло и солнечно. Самая хорошая погода, легкий южный теплый ветерок развевает волосы, и ленивый прибой едва шевелит мелкую гальку на границе воды и земли.
— Ваше величество?
И даже не удивился, когда королева, подобрав юбки повыше, спрыгнула с облучка. Пробежала по гальке, зашла в воду, подоткнула подол повыше и набрала в горсть морской воды, а потом коснулась ее губами.
— Как же давно… как давно это было!
Феликс молчал.
Он знал, что замок его величества Саймона находится на море, и видел, как король любит море, как его дети частенько встречают восходы на террасе. А сейчас думал, что ее величество Мария точно была несчастна в Эрланде.
Она так любит море, но вряд ли Иоанн ее баловал. А вот сейчас она настоящая.
Хохочущая, пытающаяся изловить верткого крабика, осыпающая Анну веером сверкающих брызг, собирающая вместе с Мелиссой и Тиной съедобных моллюсков, открывающая ракушки, вдыхающая запах моря, словно нечто волшебное…
Он правильно сделал, что снял дом у моря. Пусть королева порадуется.
Наконец, навозившись в воде, чумазые и довольные, все расселись у костра. И Мария утащила шампур с зажаренными ракушками. Мидиями.