Галина Гончарова – Твое… величество-2! (страница 22)
Алесио ощутил укол ревности.
Ему и так не слишком понравилась та сцена за ужином… королева легко готова была расстаться с его подарком, это даже чуточку обидно! Но хорошо хоть вернул… кстати говоря…
— Просто янтарь?
— Еще корзину с рыбой прислал, — ухмыльнулся Рене. — В благодарность.
Алесио расслабился.
Ревность утихла. Ну кто ж дарит женщинам — рыбу? Смешно даже!
Знал бы он, как облизывалась Мария, и как была благодарна адмиралу — точно передумал бы. Но не знал, и не задумался.
— Эрр Ихорас, будьте впредь осторожнее, — предупредил шут. — Король не разгневался на адмирала, он понял, что их обоих загнали в ловушку, но на вас будет очень зол.
Алесио кивнул.
— Хорошо.
Впредь он постарается быть более скрытным.
Глава 3
— Ваше величество, вы уверены?
Мария как раз беседовала со священником, когда ей вдруг… стало плохо?
Пошатнулась, помутнело в глазах, и королева, прямо посреди серьезной беседы о будущем разводе и месте проживания, сползла на пол. Отец Роман едва успел ее подхватить.
Похлопал по щекам, кое-как дотащил до кушетки.
— Ваше величество!!!
Мария выдохнула.
— Оххххх!
Сто лет она сознания не теряла! С самой… е-мое!
Как там у того тела, она не знала, а вот у Маши Белкиной обмороки были во время беременности. Обеих. Маша даже на улицу выходила, зажав в кармане флакон с нашатырем. Благо, не дефицит…
А случись что — открываешь, и к носу. Пара вдохов, и можно хотя бы на скамейку опуститься.
Но она же не…
Или да⁈
Святой отец смотрел на нее с тем же выражением.
— Ваше величество?
Мария потерла виски.
— Да нет же!
Почему-то отца Романа это не убедило. Вот совсем.
— А… простите мне мой вопрос, королева, но…
Мария тем временем лихорадочно вспоминала свой календарь. Что у нас там с красными днями календаря? Да-да, это тело еще не старое, климакса еще не было, так что классика, три через тридцать, как часы. Прямо позавидуешь…
А после озмеячивания еще и болей не было, и вообще чувствовала она себя преотлично. И кажется, даже внешность улучшалась, морщинки ушли, фигурка подтянулась…
И были у нее эти дни…
— Календарь есть? *
Был. Красивый, с рисунками и пропагандой, как тут принято, с указанием дней рождения святых, с церковными праздниками и прочим.
Мария впилась глазами в страничку.
Так… еще дня три можно потянуть. А потом… вот как тут узнавали о беременности без тестов с двумя полосками?
Кажется, священник думал о том же.
— У меня есть знакомая повивальная бабка, ваше величество.
— Которая тут же разнесет всем и каждому?
— Про эрру в маске, которая пришла к ней ночью? О, нет. Это ее обычные дела, никто и слушать не станет. Да и она промолчит.
— Подпольный абортмахер?
— Ваше величество?
Мария махнула рукой, понимая, что сейчас перейдет на жаргон девяностых. Но как такое называется сейчас? А, неважно.
— Хорошо, святой отец, давайте сходим к вашей бабке. Вы договориться сможете?
— Конечно, ваше величество. Только вот выйти из дворца…
— Выйду я сама. Вы будете меня ожидать в указанном месте с маской и плащом. Хорошо?
О чем подумал священник?
Так понятно, о потайных ходах, которые каждому не показывают. И молчат о них чаще, чем говорят.
— Да, ваше величество. С вашего позволения, я и эрр Феликс?
— Эрр Феликс?
Хотя какая разница, убить священника Мария уже не смогла бы. Понимала, что работает он не на нее, на Картен, но — рука не поднимется! А если его не убивать, то о ее положении и состоянии будет известно Саймону чуть не в тот же час. По здешним меркам — мгновенно, а так-то за две-три недели. Голубь — не мобильный телефон, ему долететь надо.
— Да, ваше величество. Я бы не рискнул вести вас по ночному городу, а эрр Феликс…
Мария вспомнила «эльфа».
Спорить сложно, опасность от него ощущалась почти осязаемо, плотным давящим коконом.
— Хорошо. Но эрр Феликс не пойдет со мной к повитухе. Подождет снаружи. И вы тоже, в другой комнате.
Святой отец кивнул.
— Безусловно, ваше величество.
Требование было законным, Мария имела право стесняться постороннего мужчину.
— Тогда я согласна.
Отец Роман помолчал целых три секунды. А потом не удержался.
— Ваше величество, а что тогда делать? Если вы… это?
— Драпать, — мрачно ответила Мария. — И подальше.
У святого отца открылся рот. Непроизвольно, но сильно. Мария подошла, и аккуратно, пальчиком, поправила ему челюсть на место.