Галина Гончарова – Средневековая история. Интриги королевского двора (СИ) (страница 24)
— А где первый шаг, там и второй, — махнул рукой Тарис. — После дурмана яд был уже вовсе плевым делом. Взяли у травницы…
— И ее не убили?
— Собирались.
Лиля потерла нос. Она бы точно травницу прикончила… сразу же.
— А чего ждали?
— А ежели яд негодный? Или вас, ваше сиятельство, отравить не удастся? Где тогда что брать? Сам Фред, да и его семейство, травы не разбирают. Ума не хватает. Да и… не только вас изничтожить хотели.
— А кого еще?
— Виконтессу…
Лиля стиснула кулаки:
— Мир-р-р-р-ри?!
Буква «р» раскатилась по коридору глухим рычанием. И мужчинам на миг показалось, что сейчас графиня бросится в пыточную, уничтожать негодяев. Голыми руками.
Ан нет. Опомнилась.
— Запасливые, значит…
Ну да — в рамках ограниченного сознания. Мало ли что, мало ли как… а запасец быть должен. Да и… случись с Лилей беда — кто бы там сразу разбираться стал. Пока похороны, пока туда-сюда, вот время и выгадали бы. И Мири могли бы придавить, а то и отравить. Деточка, скушай пирожок на ночь, ай-ай-ай, какое горе, какая трагедия, вслед за графиней и виконтесса, все рыдают в зеленые платки… Кто ж знал про собачку!
— Что с ними теперь, госпожа графиня?
— А имя заказчика Фред указал?
— Сказал, что звали его вроде как шевалье Керенс, а как уж там на самом деле…
Лиля посмотрела на Тариса:
— Письмо моему отцу уже отправлено?
— Да, ваше сиятельство.
— Отправьте еще одно. С подробностями, ага? А еще… — В зеленых глазах мелькнули хищные огни. — До весны сюда толком хода нет?
— Э-э-э…
— Отправьте от имени Фреда письмо. Пока никто не знает, что его схватили, — и не надо.
— Да, ваше сиятельство…
— Напишите, что я при смерти. И подождем ответа. И поторгуемся… я эту сволочь выведу на чистую воду! Из-под земли достану! Он мне еще заплатит! А мой отец тем временем посмотрит в столице… — Лиля весело скалила зубы.
— В столице, ваше сиятельство?
Лиля ухмыльнулась:
— Тарис, ну думай головой! Не из-за цвета же волос меня убить собрались! Это либо враги отца, либо враги мужа. Вот пусть отец и понаблюдает зимой. А мы покрутим, поторгуемся… еще и денежку срубим с заказчика. И Торию отпишем, пусть про этого купца Кариста узнает, чем дышит, чем живет…
— Ваше сиятельство…
Тарис явно оценил идею. И остальные тоже.
Именно сейчас Лиля глядела в серьезные глаза мужчин вокруг и понимала: она здесь главная. Она — вожак стаи. Она будет решать, куда бежать. И только она. И ее волю примут. Потому что она — умная.
Письмо от имени Фреда Дарси неизвестному заказчику.
«Господин, корова при смерти. Очень плоха, не надеются, что выживет. Девчонка пока жива. Жду ваших указаний».
Лиля лично одобрила. Хотя Тарис и мялся, рассказывая про «корову». Но протокол допроса Лиля все равно увидела бы. Или вирмане просветят. Да и не наплевать ли? Хоть крокодилом назови!
А указаний мы подождем. И Торию напишем… пусть выяснит! Спускать покушение на себя Лиля не собиралась. А если еще и Мири…
Кто бы там ни был, он попал по-крупному. Лиля собиралась найти заказчика и приготовить из него препараты. Лабораторные! То есть расчленить и заспиртовать в банке! И приговор обжалованию не подлежит!
Что? Нельзя органы врага выставлять? Странная у вас логика! Голову оленя, значитца, который вам лично вреда не причинил, можно! А печень врага — нет?
Еще как да!
Пусть хоть мертвым принесет пользу науке!
Голубиная почта Торию Авермалю.
«Барон, прошу вас выяснить все о купце Каристе Трелони. Очень важно. Подробности письмом.
Главный вопрос, который мучил Лилю: что делать с семейством Дарси?
Казнить?
Есть за что. Да и не нужны они так уж теперь. Есть имена, как только все проверят и подтвердят, от Дарси можно избавляться. Только вот беда, там же и дети маленькие.
Взрослых казнить, а детей выгнать?
Тогда уж проще сразу убить. Зима уже практически на носу. И лужи покрываются ледком.
Оставить в деревне? Оставлять живых врагов за спиной неразумно. Да-да, сейчас мне скажут, что это — дети. Но дети вырастают. И не питают любви к тем, кто убил их родителей.
Оставить всех в темницах замка?
Опять же Лиля откровенно не хотела привносить в этот мир принцип «отсидел — свободен». Сколько мрази повыходило на свободу в России, она знала. И все — невиновные, ага!!!
А сама девушка твердо придерживалась принципа: покусился на убийство — умри. Знал и не предупредил — туда же!
Да, максимализм. Но в ее возрасте это было простительно.
Она бы перевешала всю семью, но… Дети…
Фреда и его жену можно и казнить. Оба знали. Участвовали и его сыновья. Старшие. Но всего у старосты было шесть детей. Младшему — три годика.
И что же делать?
Вопрос разрешил Тарис Брок, предложив до весны подержать все семейство в заключении. Потом, весной, всех замешанных в покушении на убийство можно и казнить. Безболезненно. Совсем маленьких детей — забрать и отдать на воспитание в хорошие семьи. Старших детей отдать Али.
Работорговля? Нет. Лиля ведь не получит от этого никакой выгоды. Зато выжившим членам семьи будет не до нее.
Лилю это сильно покоробило, но выхода ведь нет, правда?
В любом случае, если он существует, он найдется со временем.
А пока и так есть чем заняться.
Рик все-таки собирался выздороветь. Вопреки всем усилиям докторусов.
Жар и лихорадка все еще иногда возвращались, но заражения крови не было! Раны немного гноились. Но после прочищения и припарок из паутины и болотного мха все повернулось к лучшему. Медленно, уверенно, принц выздоравливал. Хотя пока еще оставался слабее котенка. И сам даже не мог штаны расстегнуть.
Анелия просиживала у постели героя чуть ли не сутки напролет, вытирая платочком то пот (у него), то слезинки (у себя).
Джес переживал за друга.
Послы заранее тряслись, понимая, что Эдоард за такой поворот событий не похвалит. А поди последи за мальчишкой на охоте?! Простите — нереально. Сам должен был не отрываться… ну понесла лошадь принцессу — так другие бы за ней гонялись, на то егеря есть. А ему геройствовать захотелось! Ну не удержит же его Фалион, который старше в два раза и присмотр на охоте не обеспечит.
Только его величеству это не объяснишь. Так что полетят головы.