Галина Гончарова – Средневековая история. Домашняя работа (СИ) (страница 81)

Если бы Лиля пожелала, Иртон мог бы стать центром промышленности. Только вот… Хорошо, если у супруга в голове мозги. А ежели опилки? Если не удастся договориться миром?

Лиля на многое была готова, но мало ли что, мало ли кто и как…

А если придется покидать весь свой скарб на корабль и свалить в рекордное время?

Может ведь и такое быть. Судя по огрызкам памяти Лили, Джерисон Иртон супругу не любил, не ценил и даже не собирался. А Лиля себя знала. Если ей на шею свалится местный мачо, начнет качать права, гнуть пальцы, сажать ее под замок… Короче, сковородка ей не понадобится. Пришибет. Быстро и качественно. Плакать в платочек не станет.

А куда потом деваться?

Вот надо бы с отцом посоветоваться. А то у нее вся база в Иртоне. Можно ли прикупить земли по соседству? Чтобы принадлежала она отцу или вообще ей, она там распоряжалась, строила свой бизнес, разворачивала дела. Барон Авермаль мог бы предоставить свою территорию, но доверять ему… Может, лучше сразу самоубиться?

Нет уж.

Монополия на стекло и бумагу ей нужна позарез. А потом, глядишь, и книгопечатание откроем… под благословением церкви-матери… чтоб ее…

Но это потом, еще как потом.

Сначала – письма.

И Лиля засела в кабинете. Писалось, надо сказать, омерзительно. Но совет лэйра Ганца она оценила. Неизвестно, как здесь, а дома свой зад надо было прикрывать бумагой. И чуть что – отгавкиваться, что доложила, исполнила и отписалась по инстанциям. Медикам – так в особенности. Хотя это бесило неимоверно. Нанимали бы, что ли, медика для работы и писаря – для бумажек!

А здесь никто за нее не напишет.

Но часа через три были готовы четыре письма.

Первое – отцу. Коротенько и по делу.

«Любезный мой отец.

Хочу сообщить, что в Иртоне обнаружен пласт янтаря. А также мной получены хорошие результаты… я не могу все описать на бумаге. Но хотелось бы посоветоваться с вами. Или с вашим доверенным.

Мне очень нужен ваш совет о том, как правильно вести разработки, вкладывать деньги. И стоит ли их вкладывать в Иртон.

Надеюсь, что вы не оставите меня своей любовью и заботой.

Второе также отцу. Но если первое она отправит со своими людьми, то второе с Ганцем Тримейном. То есть могут прочитать. Так что…

«Любезный мой отец.

Хочу сообщить, что я жива и здорова. В Иртон заявилась шайка работорговцев на двух кораблях, но моей гвардии удалось их разбить. В результате мне досталась доля прибыли, о реализации которой я хотела бы поговорить с вами. Верю в ваше искреннее расположение ко мне и добрые советы.

Здоровы ли вы?

Я ежедневно молюсь за ваше благополучие.

Это на случай цензуры. И пусть читают. А первое она отправит с Торием Авермалем. Ничего криминального там нет. И самое главное – это маленькое зеркальце, вложенное в письмо. Они сварили и посеребрили, Хельке оправил, поминутно приговаривая, что за такой новинкой пойдут стадами, и вообще – цех стеклодувов предложит за такое графине почетное место в своих рядах.

Вот получит папан, посмотрится, и будем решать. По крайней мере убедится, что ребенок поумнел и повзрослел.

Не опасно ли показывать такое?

Опасно, а что делать?

Чем дальше, тем больше Лиля убеждалась, что отсидеться тихо не получится. Не тот тип человека.

Значит, выход только один. Стать яркой деталью пейзажа.

Графиня Иртон? Она не ведьма… шильда. Она просто эксцентричная.

Но избавься-ка от нее?

Бабы тебя разорвут за зеркала, церковь – за книги и идею с печатанием священных текстов… Надо бы еще чего для мужиков придумать. Каблуки? Или пудру с помадой? В плане гнусной мести. А то в нашем мире они придумали для себя, а мучиться – бабам. В этом мире придумывать будет она, а мучиться – мужики! И вообще – даешь феминизьм!!! Ура, на баррикады, с помадой наперевес!

Вот последнее можно спокойно. Лиля и сама дома все это варила, чуть ли не в кастрюльке рядом с борщом. А вы поживите в 90-е, когда на прилавках не то что косметики – хозяйственного мыла не было.

Ну да ладно. Посмеялась, теперь надо дальше думать. Но, кстати, пудреницы с зеркальцем, помада в вывинчивающемся тюбике и тушь для ресниц… Ведь с руками оторвут! Надо будет с Хельке поговорить.

Ладно! Пишем.

Третье – королю.

«Ваше всемилостивейшее величество.

Пишет вам графиня Иртон (в девичестве Лилиан Брокленд).

Поскольку мой супруг находится в отъезде (пусть там и остается, козел) и не имеет возможности заниматься делами поместья, а управляющий проворовался, спешу сообщить, что в Иртоне найден пласт янтаря, и я передаю с вашим доверенным, шевалье Ганцом, часть, причитающуюся Короне.

Также буду присылать королевскую долю по мере разработок (от меня и без супруга пользы короне больше).

К сожалению, если зимой дороги станут непроходимы, мне придется складировать все в Иртоне под охраной нанятых мной людей и отправить только весной.

Мои люди уже доказали свою полезность, захватив работорговцев, которые наведывались сюда несколько лет подряд.

Также хочу сообщить, что на меня было совершено покушение, которое я молю расследовать со всей пристрастностью и наказать виновных.

И хочу выразить свою громадную благодарность. Лэйр Ганц сделал все возможное. Без него я никогда бы не справилась. Человека умнее, добрее и справедливее я не встречала. Полагаю, так и все королевские представители являются руками вашего величества и являют отражение вашей благосклонной воли. А посему еще раз припадаю к вашим ногам с искренней благодарностью (завернула, еж! Без поллитры не разберешься. Ну и король авось не разберется).

Вот так. Мужа козлом не обзываем, от налогов не прячемся, ничего не просим. Наоборот – намекаем на то, что сами справляемся со всем подряд. Хотя нет. Просьба только одна – расследовать покушение. Но это уж в обязаловку. А то что получится? На нее тут зубы точат, а она сидит колодой?

Да нормальная баба давно звон на всю Ативерну подняла бы!

Лиля злорадно ухмыльнулась, представляя, как допрашивают «убивца»:

«– А кто вас нанял?

– Любовник любовницы графа Иртона…»

Ну чисто маслом по сердцу. И вообще, что за наглость? Если каждая любовница будет на жену покушаться, институт брака самоликвидируется.

Ладно. Легла ты под симпатичного мужичка, дело житейское. Но зачем же жен травить? Козе понятно, что мужики с одними спят, а на других женятся. Так что, если б ты, подруга, просто мужа заняла своей грудью, я бы тебе и денежку подкинула, и подружиться постаралась – мне-то сей кобель никуда не сдался. А если меня убивать… ну и не ждите добра.

И последнее письмо – супругу:

«Возлюбленный мой господин и супруг.

(Хоть и коробит, а никуда не денешься. Даже если ты мечтаешь его в выгребной яме утопить, внешне все должно быть сахарно-сиропно. Кстати! А как тут получают сахар?

Не отвлекаемся!)

Довожу до вашего сведения, что у нас большое горе. Я потеряла нашего первенца и имею большие опасения, что это не несчастный случай, а злой умысел, хотя доказательств у меня нет, одни подозрения.

С трудом придя в себя после потери ребенка и едва не умерев, я обнаружила, что замок в запустении и нет в нем ни должного количества слуг, ни даже малой охраны. А как только начала разбираться, выяснилось, что управляющий безбожно обкрадывает вас и графство. В чем потворствует ему ваш доверенный Ширви Линдт (а ты, лох педальный, ни сном ни духом…).

Управляющий был мной тотчас же изгнан за ворота, а мне пришлось закупить все потребное, чтобы люди в Иртоне не умерли с голоду, и нанять охрану.

Кроме того, сгорел храм Альдоная, и чудом никто при этом не пострадал.

Последнему я весьма радуюсь, потому что не успели прибыть ваши солдаты, как на меня было совершено покушение одним из них. Жертвой его едва не стала и ваша дочь. Кроме того, Лейс Антрел и его люди (и вовсе это не вранье, если Лейс ее капитан, а вирмане у нее на жалованье, то вирмане – такие же люди Лейса) героически защитили нас от работорговцев, которых привадили сюда Эдор и Ширви Линдт. Последнего я передала в руки королевского представителя вместе с убийцей и оставшимися работорговцами для суда и следствия.(И не надейся, что все удастся замолчать! Звон на весь мир подниму!)

Также хочу сообщить, что в Иртоне обнаружен пласт янтаря, который втихаря разрабатывали несколько крестьянских семей и управляющий, утаивая его от законного владельца здешних мест. Виновных накажет королевский представитель. Но пласт надо разрабатывать. Королевскую долю я уже отправила и буду отправлять впредь.

Также отправляю вам копии с бухгалтерских книг управляющего – всех найденных, чтобы вы сами разобрались в его вранье. (Копии снимали для нее на уроках чистописания все дети. А почему нет? Надо же им тренироваться? Вот и пускай, все польза будет.) Миранда Кэтрин здорова и благополучна. Так же, как и я.

Молюсь также и за ваше здоровье и благополучие.

Остаюсь ваша любящая (ага, шесть раз) и преданная (еще какая преданная, сколько ты меня предавал с разными шлюхами, скотина!) супруга

Вот так.