Галина Гончарова – Средневековая история. Домашняя работа (СИ) (страница 65)
Местный целитель! С Востока, то есть из Ханганата! Сейчас она даже подойти к раненым боится. Мало ли что, и так выдает себя каждым чихом. А с целителем, если договориться…
Порадовали Лилю и привезенные вещи. То есть ее покупки. Часть Торий Авермаль отправил по суше, но остальное погрузил на корабли. В том числе и клетки с почтовыми голубями. И это было отлично. Осталось все распихать, и вперед.
Работать, работать и еще раз работать. И кстати…
Раскланявшись еще раз с Али и Омаром, Лиля уделила внимание и Хельке:
– Что случилось? Почему вы здесь, мастер?
Рассказ эввира заставил Лилю задуматься.
– Разумеется, я дам вам кров и убежище. И буду рада вас видеть. Но тогда перед нами встает серьезная проблема. Как сбыть то, что мы будем делать?
Глаза эввира были живыми и умными.
– Госпожа, если все правильно поставить, люди будут приплывать в Иртон.
– Угу. Мастер, мы с вами об этом еще поговорим. Хорошо? А пока вам нужно устроиться, отдохнуть с дороги, а мне еще поговорить с королевским представителем.
– Госпожа графиня, вы бы с ним поосторожнее…
– Но я же сама просила.
– Да. И барон Авермаль даже отписал ближайшему. Но это другой. Этот прибыл из столицы, на военном корабле, специально чтобы отправиться в Иртон.
– Когда?
Хельке назвал дату, и Лиля задумалась. По всем прикидкам Тарис Брок и ее папаня тут ни при чем. А кто тогда? Это не ради убийцы, факт. Но ради кого?!
– Благодарю, Хельке, я буду очень осторожна. Прошу всех в замок.
– Ваше сиятельство!
Али окликнул ее, заставив обернуться. Рядом с ним стояло… стоял…
Лиля не могла сказать, что обожала лошадей. Но в этого коня – она как-то сразу поняла, что это жеребец, – нельзя было не влюбиться. Огненно-рыжая шерсть, длинный черный хвост, черная грива, огромные лиловые глаза. Тонкие сухие ноги, изящная линия крупа, сухая небольшая голова.
Он был красив. И отлично знал об этом.
– Это аварский жеребец. – В голосе Али послышалась гордость. – Мы никому и никогда не продаем кобылиц, поэтому они рождаются только в Ханганате. Его зовут Лидарх, что означает «Дитя огня». И я хотел подарить его вам.
Лиля едва не села, где стояла.
– Но…
– Это самое ценное, что есть у нашего народа. И самое малое, чем я могу отплатить за спасение жизни.
Взглянув в решительные глаза Али, Лиля поняла – не отступит. И сдалась.
– Я благодарю за подарок и с радостью принимаю его. Это дар, достойный короля.
– Королевы… – тихо шепнул Омар.
Лиля послала ему улыбку. И сосредоточилась на коне. Робко подошла. В кармане, хвала богам, завалялось яблоко. В последнее время Лиля грызла их в диких количествах.
Яблоко конь взял. Осторожно и аккуратно. Обнюхал волосы женщины, фыркнул в ухо и, кажется, счел ее достойной внимания. А Лиля уже ничего не замечала.
Конь был прекрасен. И она предвкушала верховые прогулки. Только вот…
– Смогут ли конюхи достойно ухаживать за этим чудом? Ну ничего, я им еще мозги разверну в нужную сторону!
– Госпожа, я оставлю вам своего конюха. Чтобы он заботился.
Только сейчас Лиля заметила смуглого паренька рядом с конем.
– Это Лисам, – представил его Али. – Он и будет заботиться о жеребце. И корма я привез на первое время.
Лиля рассыпалась в благодарностях.
Вечером за столом было людно. Сама графиня. Миранда – а то как же без малявки? Шевалье Лонс Авельс. Королевский представитель шевалье Ганц (для вас, ваше сиятельство, просто лэйр Ганц), Али и Омар. Эрика Лиля честно пригласила, но тот отказался. Отказался и Тахир Джиаман дин Дашшар. Про Хельке и говорить не пришлось. Эввир и благородные господа за одним столом? Да после такого проклянут не глядя. Лейф и Ингрид по-прежнему были на побережье. Зато присоединился пастор Воплер. Еще за стол пустили Марию Рейхарт, чтобы следила за манерами Миранды. Ну и немного для Лили. Она в себе сильно сомневалась. А королевский представитель – это вам не провинциальный барон.
Разговор умело вел шевалье Авельс. Лонс талантливо рассказывал про кучу хозяйственных дел, ненавязчиво напирая на то, что господин граф на поместье забил гвоздь. Большой. А бедная госпожа графиня вся в трудах, аки пчела.
Ганц внимательно слушал, Али громко восхищался, Мария Рейхарт аккуратно клевала кусочки мяса и шепотом воспитывала Миранду, пастор поддакивал через каждое слово и тоже пел графине хвалу – мол, церковь восстанавливает, деньги дает. Омар восхищенно смотрел… короче, все были при деле.
Проблемы начались с утра. Когда Лиля проводила ханганов и смогла уделить внимание королевскому представителю.
Лэйр Ганц прошел в кабинет, уселся за стол и преобразился. Исчез добренький дядюшка. Перед Лилей сидел чуть ли не сам великий инквизитор.
– Госпожа графиня, что вы можете мне рассказать?
– По поводу? – Лиля и не подумала смущаться. – Уточните, что вы имеете в виду, лэйр Ганц. А то здесь много всего произошло.
– Начнем с той жалобы, которую вы подали.
– Про покушение на меня?
– Хотя бы.
Лиля пожала плечами. Достала из стола протокол допроса и протянула товарищу:
– Мне скрывать нечего. Читайте.
Ганц поднял брови. Видимо, она должна была реагировать как-то иначе. Но – чего нет, того нет. Может, на местных женщин Ганц и производил впечатление, но Лиля, точнее Аля, видела и не такое. Да и детективчики почитывала. И про «злого следователя» знала.
Видя, что дальше графиня продолжать не намерена, Ганц углубился в чтение. Брови его поползли вверх. Лиля наблюдала, меланхолично гадая, сколько складок получится на лбу. Три? Четыре?
– Ваше сиятельство, как же вам удалось…
– Чудом, – честно призналась Лиля. – Охрана вовремя вмешалась.
Это было не совсем так, но не рассказывать же правду?
– И этот негодяй утверждает…
– Что его нанял любовник любовницы моего супруга. Впрочем, он жив, подробнее вы можете узнать у него самого, что и как.
– Я заберу негодяя с собой.
– Сделайте милость. И так зимой голодно будет, еще и этого кормить.
– Голодно? Но ведь…
– Лэйр Ганц, вы хоть себе представляете, в каком состоянии поместье? Вы видите, как все работают?
– Вижу, но…
Монолог Лили можно было положить на музыку и спеть. Как греческую трагедию. Из него следовало, что до несчастья с ребенком она вообще все помнит весьма смутно. Может быть, ее даже чем-то опоили? Она не берется утверждать, но она – молодая, здоровая женщина – вдруг падает с лестницы и страдает необъяснимыми расстройствами памяти? Странно как-то…
Лэйр Ганц выразил сомнение, но открыто спорить с графиней не стал.
Лиля пожаловалась на вора-управляющего и выложила на стол все найденные книги. Сообщила про роспуск дружины, про то, что тут еще и людьми торгуют. Предложила опросить слуг, крестьян, да кого угодно! Хоть весь Иртон – мое содействие гарантировано. Дам охрану – и вперед.
Видя, что графиня не врет и даже не сильно смущается, представитель загрустил. Что греха таить – ему все это задание представлялось легким и приятным. Ну не особо приятным, но проехаться, побеседовать с истеричной дамочкой, и салют. Обратно в столицу. А оказалось…
Дамочка была вовсе не истеричной.
Ситуация – более чем серьезной.