Галина Гончарова – Рудник (страница 66)
– А ты… сейчас узнаешь… – содержательно ответил один.
– Шахту помнишь? Вальдес, с…а…
Элисон и шахту-то не вспомнила бы, а уж какого-то Вальдеса?
Это кто такой?
Лицо у нее было таким удивленным, что шахтеры, а это были именно они, и то поняли, что бесполезно, и один напомнил более доходчиво:
– Кайдаш!
– А-а, – дошло до Элисон. – И что?
Ну, ей-то и ничего, ее-то рент Вальдес домой отправил, обласкав со всех сторон, а вот шахтеров, ту самую троицу, которая и напакостила…
Петер Хасс и Лука Госс как раз были теми умничками, которые и подбили друга так долг отдать. Другу тоже досталось, да посильнее, так, что, когда их за ворота выгнали, он на приятелей рукой махнул и уехал. Сразу. А Петер и Лука остались.
Если в характере человека есть пакостность, она проявится обязательно. Или там, или тут… вот и друга они подбили на глупость, и сами задержались, рассчитывали, что Вальдесу отомстить сумеют. Вот приедет он в город, а уж они и не оплошают!
Планы страшной мести строились в трактире, за кувшином крепенького, так что деньги кончились быстро. А Вальдес, гад такой, в город и не торопился. Чего ему разъезжать, у него и свои дела есть!
Подумали парни да и нашли еще виноватого.
А правда?
Откуда Вальдес узнал?
Ага-а-а-а-а! Та самая баба, которая приезжала, это ж она ему сказала? Точно! Немного смущало, что она вроде как маг, но Петер вспомнил, что маг она слабенький и хлипкий, а может, и вообще никакой. И потом…
Баба же!
Ну какой из бабы маг?
Исторические примеры ни Петера, ни Луку не убеждали! Кайдаша уничтожить не смогла, с горы ее Вальдес на себе тащил, так, может, она и не маг? А просто было у нее с собой чего-то такое?
Под пятый кувшин они себя в этом преотлично убедили, так что…
Оставалось подкараулить девчонку.
Посмотрели у бюро, а то так бы и не узнали на улице, последили чуток и обнаружили, что после работы она заворачивает к этому камню. Не каждый день, но место-то уединенное, тут ее и подождать можно!
Так и сделали. И даже дождались.
Ну все, дрянь, сейчас ты за все и ответишь! А уж потом и уезжать можно…
Петер медленно, шаг за шагом, оттеснял девчонку в сторону, Элисон отходила, судорожно соображая, что же ей делать…
– Вот так! – выдохнул Лука, обхватывая ее локтем за шею. – Давай, Пет!
А что?
Так и не вырвется, и можно ее всласть… того, а потом и поменяются. А если дернется, так Лука ее враз и придушит! Да что там!
Так и шею сломать можно! Легко!
Впрочем, ПОКА мужчины об этом не думали. И о последствиях своего «отмщения» тоже, вряд ли девчонка будет молчать… то есть ее надо… ну, это? Чтобы не разболтала?
Они пока еще не задумывались. Но… Петер шагнул вперед, сгреб в кулак и грубо рванул платье на груди, полетели в разные стороны светлые пуговки…
В следующий миг Элисон дернулась, взвизгнула…
Никто и не заметил, как в декольте ей стекла порванная тоненькая цепочка. Только вот…
А в следующую секунду Петер встал как вкопанный.
– Пет, ты чего? – удивился Лука.
– Ничего, – шепнул голос, который, казалось, был рядом – и вокруг, и даже в нем самом. – Он уже ничего… отпусти меня!
Рука сама разжалась, упала вниз бессильной плетью.
Нельзя было сопротивляться, нельзя было – ничего.
Остатками ускользающего разума Лука понимал, что так нельзя, что надо… надо – ЧТО?!
Этого он уже осознать не мог, никак… сознание уплывало, растворялось, пропадало…
Элисон отступила на шаг от тел двух мужчин. Нет-нет, живы-то они были, и двигались, и дышали, и мычали что-то такое…
Ну чтоб тебя! Твою виверну хвостом об забор!!!
Она же так старалась!
Так…
Девушка кое-как выудила из разорванного платья цепочку с кулончиком, связала концы прямо на шее. Потом починит… вот так-то лучше. Уф-ф-ф-ф…
А что теперь с этими делать?
Элисон вгляделась в глаза Петера, потом Луки…
Чисто.
Пустой лист. Ни памяти, ни мыслей, ни осознания себя… ничего! Она со страху перестаралась, стерла все, что под руку попалось. Не только последние несколько дней, а вообще – все. До рождения.
Вот и подтверждение: под одним из мужчин начала расплываться зловонная лужа. Нет-нет, просто физиология. Деткам тоже, бывает, в туалет хочется, вот они пеленки и портят.
И что теперь с этим делать?
Нет, не так. А что она реально может сделать?
Долго думать Элисон не пришлось, выходило так, что сделать она ничего и не может. Разве что… следы воздействия потереть?
Только вот это тоже уметь надо. Она – не умеет. Может напортить еще больше, хотя куда ей еще?
Элисон аккуратно сняла цепочку через голову, ну-ка, как их учили на занятиях?
Ага!
Вот здесь и здесь… ладно, специально их такому не учили, очень многое она нашла сама, потом еще и дорабатывали они – авось, получится что-то полезное.
Цепочка вернулась на шею.
В мужчинах ничего не изменилось, разве что Лука упал на землю, обнаружив, что лежать приятнее, чем сидеть, а Петер стащил с ноги башмак и засунул его себе в рот. Пожевал и плюнул с досадливым ревом – невкусно!
Элисон сунула шкатулку в карман, решив не оставлять ее тут. При встрече вернет Робину.
А эти двое?
Да пусть тут и остаются, что с ними сделать-то можно? Авось не сдохнут, а и случится что – не ее забота! Эти двое ее тоже искали не затем, чтобы спасибо сказать.
Кайдаш… надо полагать, рент Вальдес провел внутреннее расследование на шахте и этих двоих выгнал. А они и обиделись.
Сильно.
Только Вальдесу мстить – можно втрое больше огрести, не унесешь потом, а ее вроде и не страшно, и не жалко…
Их после этого жалеть надо?