Галина Гончарова – Рудник (страница 51)
Слуга себя ждать не заставил.
– Что случилось, рент Робби?
– Хью… я тогда пил, ты ведь все время был со мной?
– Был, да.
– Спасибо тебе. Я уже говорил, но за такое и повторить не грех, ты мне тогда жизнь спас. И, Хью… у меня есть вопрос. Матео не приезжал тогда?
– Как же не приезжать? Приезжал, рент.
Робин дернулся, словно его плетью перетянули.
– Как?! Когда это было?! Расскажи!!!
– Может, вы, рент, присядете? Небось тяжело?
Стоять и правда было тяжело. Но сидеть тоже не получалось, нервное напряжение требовало выхода, так что Робин принялся расхаживать по широкому холлу дома.
Трость постукивала по плиткам пола, но сейчас впервые не раздражала – не до нее.
– Все в порядке, Хью. Так что Тео? Когда он приезжал?
– Да, считай, месяца через два после этой пакости. Вот вас вытащили, месяц прошел, а еще дней через пятнадцать – двадцать, как вам… приехал Матео.
– Да говори уж прямо. Как мне Сара отказала, – махнул рукой Робин. И сам себе удивился. Впервые не сжались на сердце острые когти боли, тоски, предательства. Не до нее… Что с Матео?
– Вот-вот, как эта вертихвостка хвостом вильнула, так и запили вы вовсе уж по-черному. Орали, бутылками кидались, чудом до горячки дело не дошло…
Ага, чудом.
Сколько сил Хью положил, чтобы хозяина правильно выводить из запоя и поддерживать, когда он туда опять срывался? Кто понимает, тоже искусство, сродни собранному позвоночнику. Так что пьяное забытье у Робина было, а вот «белочка» в гости ни разу не приходила.
– Чудом, – усмехнулся Робин, который тоже все понимал. – Так что дальше было?
– Приехал рент Матео Эдер, попробовал поговорить с вами, но там все было бесполезно. Я вас хотел из пьяни вывести, но куда там!
– Он ничего не сказал?
– Сказать не сказал, – отмахнулся Хью, – а вот оставить кое-что – оставил.
– ЧТО?!
– Записку и ключ.
– ХЬЮ!!!
Старый слуга усмехнулся.
– Сейчас принесу. Все у меня в особой шкатулочке. Все вас ждало… как рент Эдер пропал, я хотел с вами поговорить, да куда там! Вы и себя-то не помнили…
Робин медленно кивнул.
Он пил долго, почти год, а то и побольше.
Пил, не хотел жить… это уж потом он кое-как пришел в себя и решил, что будет доживать, сколько ему осталось, не пьяной скотиной, а человеком.
Ну и сидел, доживал…
А Матео тем временем…
Хью обернулся быстро и протянул хозяину небольшой конверт и ключик.
– Вот.
– Спасибо тебе.
– Не иначе… с ним что-то случилось?
– Это я газет не читал, думал, обо мне все забыли. А ты?
– А мне тоже читать-то было и некогда. Что-то с рентом Тео случилось, да, рент Робби?
– Боюсь, что да, Хью. И молчи пока обо всем. Молчи.
Хью понятливо кивнул, а Робин посмотрел на конверт.
Да, это Матео.
Его перстень, который Робин машинально достал из кармана и приложил к оттиску, и тот идеально подошел.
Его рука.
РОББИ.
Одно слово на конверте. Робби – так его называли мама, Хью и Матео. Для остальных он был Робом, а то можно и в морду получить. Даже для Сары – Робом.
Тот же высокий и капризный голос. Только вот Сара не могла так сказать… наверное. Это просто бред, это не воспоминания! И Робин тут же отогнал его прочь! К вивернам эту дрянь, иначе у него просто сил не хватит!
Старый сургуч только хрупнул под его пальцами.
Робин сжал в ладони маленький ключ.
Стыдно было так, что, ей-ей, чудом на пол пеплом не осыпался. Сгореть хотелось на месте, а пепел потом собрать можно и в нужник выкинуть.
Идиот!
Какой же он идиот!!!
Да слова-то такого не подберешь, даже на соревновании среди идиотов – и то ему второе место дадут просто потому, что такой идиот первого места нигде не займет!
Кретин!!!
НЕДОУМОК!!!
Все проспал, пропил, продурил… подумаешь, под лавину он попал!
Жив же! И даже относительно здоров, не в коляске передвигается и не под себя гадит.