Галина Гончарова – Развязанные узлы (страница 51)
Мия пожала плечами, отстранила служанку и прошла в покои дана Козимо.
Больше всего дан Козимо походил на одуванчик. Такой беленький, пушистый, совершенно безобидный с виду. Ага…
Мия сразу же увидела, где «одуванчик» прячет стилет. В рукаве.
И еще один кинжал на ноге.
И глаза у него такие же, как у Рикардо. Синие, яркие, только вот ни капельки не добрые. А волосы белые, словно одуванчиковый пух, и такие же легкие, наверное. И телосложение… такой весь субтильный… кажется, только дунь. Светлая кожа лица вся в тонких морщинках.
Мия подумала, что она, конечно, выиграет в схватке. Но… но какой ценой? Вот вопрос?
Дан Козимо прищурился.
– Однако… я и не думал, что встречу когда-нибудь чудо из старинных сказок. Многоликая?
Мия где стояла, там и села. Прямо на пол, от шока.
Многоликая? А ведь ее можно и так назвать. Или…
– Вы… откуда вы знаете?!
Дан Козимо весело рассмеялся. Зубов у него во рту, кстати, вовсе не было. Да, он стар, очень стар, просто вот так выглядит… обманчиво.
– Чего ж не знать? Хочешь – вижу, хочешь – чувствую. Разве ты здесь не потому, что
Мия решила, что честность – лучшая политика, и замотала головой.
– Н‑нет… я из-за другого.
– Другого?
– Дан Тициано?
– Мой отец. Был.
– Он подарил некоей Октавии Росса зеркало работы мастера Сальвадори.
– Понятно. А мастер Сальвадори был моим предком, – преспокойно кивнул дан Козимо. – То есть ты о себе ничего не знаешь…
Мия только головой замотала.
– Дан Козимо… я пока вас вообще не понимаю.
Дан только рукой махнул.
– Но превращаться же умеешь? Смени личину?
Мия пожала плечами и быстро поменяла несколько лиц. Произвольных, просто меняла глаза – носы – губы. Даже овал лица не трогала, так проще и быстрее.
– Забавно, ты хорошо себя контролируешь.
Мия пожала плечами.
– Возможно, вас это забавляет. Но… мне хотелось бы услышать историю мастера Сальвадори.
Дан Козимо прищурился:
– Мне бы тоже много чего хотелось.
– Чего именно? – поинтересовалась Мия. Вот этот расклад она понимала. Ты – мне, я – тебе…
Дан Козимо указал рукой на кушетку.
– Полагаю, там будет удобнее, чем на полу?
Мия тоже так полагала, потому что перебралась без возражений. Кажется, здесь она найдет больше, чем рассчитывала?
Интересно же…
– У меня для начала будет несколько вопросов. Дана или ньора?
– Дана, – не стала скрывать Мия. – Имя не назову.
– Да и не надо. У тебя сейчас обязательства есть перед кем-нибудь?
Обязательств не было.
– Вовсе уж хорошо. Мой балбес тебе нравится?
Мия подавилась слюной и закашлялась. Слов у нее не было.
Дан Козимо насмешливо фыркнул.
– Ну и чего ты застеснялась, дана Мия? Ты на меня посмотри, мне уж умирать скоро, может, месяца два-три осталось…
– Как? – выдохнула Мия.
– Опухоль. Лекарь сказал, она из меня все соки высосала, помру если и не к зиме, то по весне уж точно, – отмахнулся мужчина. – Да и не жалко, пожито, съедено, выпито… сын вот остается. Он у меня мальчик хороший, но до того бестолковый…
– А почему вы мне это рассказываете?
– Потому что я ухожу, а он остается. И наверняка соберется в столицу, – понятно разъяснил дан Козимо. – Лучше, чем многоликая, ему никто не поможет.
– Хм… а мне оно надо?
– Вот поэтому я и спрашиваю, что ты к нему чувствуешь? Служанка донесла, что простыни вы вместе мяли, да и он тебе должен был понравиться…
– Должен? – насторожилась Мия.
Что значит – должен?! Новая песня о старом? Отдай то, чего дома не знаешь?
Дан Козимо качнул головой.
– Нас должно тянуть друг к другу. Будь я лет на сорок моложе, я бы тоже попробовал… ты вообще ничего о себе не знаешь?
Мия вздохнула. И решила не скрывать, что знала.
– Знаю, что мои предки служили Сибеллинам. Что кровь в нашем роду давно спит…
– Больше пяти поколений? Меньше?
– Кажется, пять поколений и есть.
– Это хорошо. Последний шанс не упустили, – кивнул дан. – Если за пять поколений кровь не запоет, считай, никогда уже не проснется. Если только две ветви встретятся… тогда, может быть.
Мия незаметно перевела дух.
То есть…
Она и Лоренцо в зоне риска. А вот Серена и Джулия – уже нет! И их дети будут самыми обычными… потому и прабабка, наверное, ничего не рассказала матери! Ну, практически ничего! Она рассчитывала, что ее прапра… не важно, кто там… все равно они будут самыми обычными. Не многоликими.
Ладно.
С Лоренцо она еще поговорит. Брат вернется, она вернется, и все будет хорошо. А пока…
Пока надо бы узнать, что ей захочет поведать этот старый мужчина. Смертельно больной.
Кстати…