Галина Гончарова – Развязанные узлы (страница 105)
– Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой?
– Детка, я тебя люблю. И вообще… ну что тебе здесь делать? Ты создана для большего, нежели эта паршивая провинция.
Это решило дело.
Что ж.
Если Рикардо ее любит, если она ему нужна…
Мия вернется в столицу. Надо только подобрать подходящего управляющего.
– Когда ты хочешь ехать?
– Наверное, зимой. К новогодним торжествам, когда дороги устоятся…
– Хорошо, – кивнула Мия. – Я поеду с тобой, любимый.
Но про дом почему-то не сказала. И остановиться там не предложила. Сказалась выучка Лаццо.
Молчи!
До последнего молчи о своих делах и козырях! Потому что иначе… Как говорил основатель дела Лаццо – ДЕЛО ЛЮБИТ ТИШИНУ. Не важно, какое дело ты начинаешь, чем ты занимаешься, личное оно или купеческое…
Молчи. Тогда и шансы будут, что все получится. А если нет?
Ну… тогда над тобой хотя бы смеяться не будут. Так что… молчи.
– Мне все будут завидовать, что рядом со мной такая красотка!
– Не жена или невеста? – уточнила Мия нарочито равнодушным тоном.
Рикардо даже чуточку оскорбился.
Вот что это такое с бабами творится? Ведь все чудесно, просто потрясающе, всех все устраивает… и вдруг на ровном месте начинается! Сва-адьба, де-ети…
И вообще, он же ДАН!
Как он может жениться на обычной ньоре, да еще такой, которая неизвестно с кем до него, и когда, и сколько… нет-нет, это абсолютно исключено. Что бы там ни говорил отец, женится он только на равной себе. И исключительно на чистой невинной девушке.
Но зачем говорить об этом Мие?
Лучше…
– Детка, ты так очаровательно выглядишь с распущенными волосами. Иди ко мне?
Вот… сейчас отвлечься, а потом и вовсе эта тема забудется. Какой он умный, правда же?
Рикардо притянул к себе Мию, привычными движениями лаская стройное тело и наблюдая, как затуманиваются от удовольствия карие глаза. Вот так…
И не надо думать ни о чем лишнем…
Мия и не думала. Настолько, что ничего Рикардо не сказала. Очень уж успешно отвлеклась…
Бывает так, что и королева остается одна.
Правда, редко, но случается. Прогуливаешься ты по садовому лабиринту, розами любуешься, да и вообще – полезно.
Адриенна понимала, что, может, и не стоит так делать. Но…
Фрейлин она регулярно отсылала то за одним, то за другим и в результате оставалась одна. И дышала запахом роз.
Хорошо…
Да, конечно, фрейлины помалкивали, когда видели, что ее величество не в настроении. Но…
Они присутствовали.
Они перешептывались.
Они дышали.
А уж как они раздражали Адриенну, это и вовсе невыразимо!
Привыкшая к лесам и полям СибЛеврана, королева иногда думала, что Филиппо Третий оказал ей дурную услугу, разрешив воспитываться дома. С одной стороны, она была счастлива в СибЛевране, а вот при дворе…
Счастье не живет во дворце. Почему?
Да кто ж его знает. Закон такой, наверное. Придет оно, бедолажное, посмотрит, как тут все красиво и роскошно, пальчиком позолоту потрогает – и бежать со всех ног. К тому, кто его хоть заметить-то может на фоне всей этой роскоши и вычурности…
И у нее появились Мия и Лоренцо, и она стала совсем другой, и сейчас может стоять – и не опускаться на колени ни перед кем.
С другой стороны… кто счастливее? Тот, кто не имел и не знал, или тот, кто имел и потерял? Птица, рожденная в неволе, знает, что есть небо. Но не знает, КАК это. Ей и без неба удобно, была бы кормушка да поилка.
А Адриенна знает, что такое воля.
Знает, что такое ветер под крылом, знает, как упруго прогибаются под его напором черные перья, как ее подхватывает и несет – туда! Ввысь!
В небо!
Надо будет при следующей встрече спросить об этом у Морганы. Но крылатые сны тоже повторялись регулярно. В них у Адриенны были крылья, и она летела, и все было иначе, совсем иначе…
Недаром же Моргану называли Чернокрылой? Наверное, это имело под собой какие-то основания?
Задумавшись, Адриенна и не заметила, как перед ней появился мужчина.
– Ваше величество…
Адриенна прищурилась.
Да… кажется, она знала этого мужчину. Дан Сальваторе Донато. Его еще при дворе Ястребом прозвали.
– Дан Донато?
– Ваше величество, я польщен, что вы меня помните.
– Я много кого помню, – безразлично ответила Адриенна. – Что привело вас ко мне?
– Любовь, ваше величество.
– Как зовут вашу любимую и почему вы не сделали ей предложение? – Адриенна разглядывала розу размером с хороший капустный кочан.
И как она такая на кусте-то держится? Недавно расцвела, когда муж обрадовал ее сообщением об эданне Вилецци. Вот ведь гадина! Убить ее, что ли? Но… в том-то и беда! Не может ее супруг жить без сворки! А Адриенна не сможет всю жизнь за ним следить и направлять. Не дано ей это. Равно как и во́ронам.
Если кто не в курсе, эти птицы создают пару надолго. Может, даже навсегда. И измена, и легкомыслие – это вовсе не о них рассказано.
Нет.
Вороны моногамны. А еще полностью равноправны в своей паре. Целиком и полностью. Вот и Адриенна такая же.
Одна любовь на всю жизнь. И только с равным.
С тем, кто тоже знает, как поет ветер под черным крылом… только с ним. А что говорит этот несчастный влюбленный?
– Ваше величество, она самая лучшая, самая прекрасная… она замужем…
А, тогда все понятно.
– Чего вы хотите от меня, если ваша возлюбленная замужем? – уточнила Адриенна, снова отвлекаясь на розу. Может, сорвать себе в комнаты?