Галина Гончарова – Рассвет и закат (страница 53)
– Пока еще да.
– Зайди ко мне на минуту.
– Да, Иван Петрович.
Интересно, зачем она начальству понадобилась?
Начальство было решительно недовольно жизнью.
– Алексеева, позвони домой.
– В общагу? Зачем?
– Да не в общагу! Мне только что звонили твои родители.
Ирина форменным образом офигела. Даже рот открыла. Потом закрыла, звучно лязгнув зубами, и поинтересовалась.
– И какого… что им нужно было?
– Не лучшие отношения? – прозорливо угадал начальник.
– Отвратительные, – открыла Ирина "секрет Полишинеля". – Им бы дочь подошла не участковым, а юристом в администрации, или нотариусом, хотя бы высокооплачиваемым адвокатом.
– Ясненько. И были возможности?
– Возможности у всех есть. А вот желания у меня не было. Ни тогда – ни сейчас.
– Ты им все равно позвони. Хорошо?
– Хорошо, Иван Петрович.
– Свободна. И с Савелием побеседуй. Есть тело, есть и дело, сама понимаешь.
– Понимаю. А ДНК? Сделали?
– Постановление запросили, ждем. Но должны дать. Свидетелей бы. Кто видел, как он младенца выбрасывал…
– Пока не нашла.
– Ищи. И – хорошая новость. Пальчики на коробке его.
– Отличная новость! А он даже перчаток не надел?
– Надел, наверное. Только коробку никто не протирал, ну и нашлись его пальчики. Там пара кусков липкой ленты очень удачно была…
– Вообще замечательно! – одобрила Ирина.
– Но на косвенных далеко не уедешь. Свидетели все равно нужны.
– Буду искать. Кто-то его наверняка видел, – кивнула Ирина.
– Ищи.
– Разрешите идти?
– Свободна.
Ирина вышла за дверь. Вышла из участка.
Отошла метров на двести, так, чтобы все пространство вокруг просматривалось, и никто не подобрался слишком близко. Вставила в телефон старую симку – и позвонила родителям.
– Какого черта?
Ирину даже не волновало, кто именно ей ответит – она просто была в бешенстве. Вот именно – какого? Блин? Черта?!
Рогатого?! Хвостатого!?
Кто вам дал право лезть в мою жизнь?! Вам чего еще надо, сволочи!?
Эти вопросы она и собиралась сейчас прояснить со всей пролетарской прямотой. Что за пофиг-нафиг? Еще ей на работу не звонили всякие там разные?
– Ирина?
Трубку снял отец, но восторженных воплей не получил.
– Я спрашиваю – какого черта?!
– Добрый день… дочка.
Если по замыслу родителей Ирина должна была сейчас умилиться… а ей кто-то об этом сообщил? Нет? Вот и не обессудьте!
– Мне, мать вашу зеброй, фамилию поменять и в другой город переехать?!
– Нет-нет! – отец отозвался так быстро, словно его телефон за палец цапнул. – Ирина, я по другому поводу звоню.
– Да неужели?
– У Вики дочка родилась. Александрой назвали.
– Замечательно. Очень за вас рада. Все?
– Почти, – замялся отец. – Женя нам кое-что рассказал…
– Замечательно.
– У тебя точно все в порядке?
– У меня все просто замечательно, – заклинило Ирину на одном и том же слове. – И будет еще лучше, если мне не станут звонить на работу.
Посторонние люди.
Эти два слова повисли в воздухе, но отец понял. Из трубки долетел вздох.
– Я… я не буду. Звони, пожалуйста, сама, хотя бы раз в месяц.
– Зачем?
– Чтобы мы не волновались за тебя.
Ответом было язвительное фырканье в трубку. Ага, вот так Ирина и поверила, что за нее волноваться будут! Вот так и оценила!
– Завещание я давно составила. И оно не в вашу пользу, ясно? Хоть обсудитесь, ничего не получите.
– Ирина, зачем ты так?
– Будьте любезны, – в голосе девушки зазвучал металл. – Оставьте меня в покое с вашими родственными чувствами, вашей заботой и вашим интересом. Сыта по горло.
– Я…
– И не смейте звонить мне на работу, иначе я и работу поменяю.
Ирина стукнула по кнопке отбоя и злобно выдернула симку. Сломала при этом ноготь и сильно расстроилась.
Вот что им надо?
Извиняться будут? Рассказывать, как сожалеют?
Не верю!