Галина Гончарова – Проверка для магистров (СИ) (страница 69)
Ну, если Рональд… Мужа подружки она оценила. И видела, что под камуфляжем из разноцветных тряпок и хороших манер скрывается другое существо. Умное, жесткое, расчетливое.
Рональд хорошо маскировался и не показывал свою сущность чужакам. Но рядом с Селией он позволял себе быть настоящим. И рядом с ее подругами тоже, все равно Селия рассказала бы им о муже. Так чего силы тратить на ненужную маскировку? Своего рода жест доверия.
– Я вас слушаю, государь.
– Вы в курсе, что случилось с моей супругой. И я рад, что вы никому не проговорились.
Линда предпочла промолчать.
– Мне сватают сестру Эвержанны. А я не хочу, у меня есть другая девушка на примете.
– Ага… Я поняла, государь.
Линда сообразила, что все просто. У нее и опыт, и характер, и она в браке не заинтересована, и компромат на нее найти легко, и нейтрализовать – тоже.
А пока отвлекутся на нее, император спокойно устроит свою личную жизнь с любимой женщиной.
Разве плохо?
Далларен просто выставляет ее на сцену, а сам будет ждать, наблюдать, ловить на живца…
К садореновцам у Линды были свои счеты. За Юрия… И наступить им на хвост она согласилась с откровенной радостью.
– Вы не возражаете, Линда?
– Ваше императорское величество, располагайте мной.
Далларен опустился в соседнее кресло.
Глаза его оказались совсем рядом с глазами Линды. Красивые, прозрачно-серые.
Император вообще симпатичный, вдруг обнаружила Линда. Волосы у него светлые, пепельно-русые, прямые и густые. И черты лица правильные. Просто ярких красок нет, вот и кажется он невзрачным. А на самом деле он симпатичный. Красивый даже.
– Линда, как вас называют друзья?
– Лин, ваше… государь.
– Лин… у вас красивое имя, но это слишком жестко звучит для влюбленных. Для подруг в самый раз, но у нас-то, по легенде, более близкие отношения. А второе ваше имя?
– Линда Арана Далг, государь.
– Вы не против, если я буду называть вас Линой?
– Линой?
– Лин-да Арана, – выделил император.
Линда подумала пару минут:
– Почему бы нет, государь.
– Рен. Близкие люди называют меня – Рен.
– Мм…
– Привыкайте, Лина. Итак?
– Как скажете, Рен, – сообразила Линда.
– Отлично, – Далларен выглядел удивительно довольным. – А теперь обговорим детали.
Линда краснела. Бледнела. Мечтала заползти под стул и спрятаться.
Бесполезно. От императора и прожженные политики не уходили. Это с Эвержанной он попал, и то – молодой был, горячий. И рудники хотелось.
Далларен обговаривал все подробно.
Линда переезжает во дворец. Ей отводят отдельные покои, и она получает звание фаворитки. Официальное.
Подруги? Подруги тоже переезжают, с мужьями. Аргайл все равно свой, а Грон… Ладно! С орками тоже нужны хорошие отношения. И девушки…
Каждый, кто знаком с девушками, точно знает – они умеют хранить секреты. Вот только подруге скажут – тоже по секрету, и все! Каким образом в курсе дела оказывается вся империя? Это кто-то другой проболтался, точно! А девушки молчали!
Наверняка Линда поделится с подругами, те поделятся с мужьями… Мужья? Эти – промолчат. Или Далларен сильно обидится. Очень сильно, а это и для орков аргумент.
На всех вечерах, приемах, встречах Линде присутствовать не обязательно, список мероприятий, которые нельзя игнорировать, ей предоставит лично Далларен. И даже объяснит, из-за кого именно нельзя и почему.
Наряды, украшения – тоже его забота. Его затея – его реквизит.
Потом все это останется Линде… Не надо?
Лина, не стоит отказываться. Для казны это невеликие траты. А если захотите, к примеру, меч из серебряной стали или куртку из кожи питона, обработанную особым образом… Заинтересовались?
Договоримся!
Линда и не сомневалась. Если уж она принимает участие в этом балагане, пусть ей будет какая-то компенсация. Все же… ее имя будут трепать на всех углах. А может, и покушаться на нее будут.
Все возможно.
На людях Далларен позволяет себе проявления симпатии и всячески показывает, что они близки. Два-три раза в неделю ночует у нее в покоях – не волнуйтесь, Лина, места там достаточно. Разместимся.
Наедине – никаких поползновений в ее сторону Далларен обязался не делать. Вот еще не хватало!
Линда даже обиделась, но император объяснил так, что ему хотелось верить.
– Лина, вы очаровательная девушка. И я был бы не против. Более того, если вы сделаете первый шаг, я отказаться не смогу, вы слишком хороши. Но решать будете именно вы. Я не хочу вас принуждать, я не хочу, чтобы мой статус стоял между нами или как-то воздействовал на вас. Я император, но я мужчина! И для меня даже оскорбительно пользоваться своим титулом, чтобы получить небезразличную мне женщину.
– А как же ваша невеста, Рен? – с долей ехидства напомнила Линда.
Далларен улыбнулся – совсем по-мальчишески:
– А она мне пока еще не невеста. И мы не имеем друг на друга никаких прав. И никаких обязательств. Вот когда она решит сделать меня самым счастливым мужчиной на свете, я буду ей безусловно и безоговорочно верен.
– Вы же будете с другой? Как она может такое решить? – удивилась Линда.
– А вдруг она приревнует?
Линда посмотрела с сомнением, но спорить не стала. Мало ли какие женщины встречаются на свете? Может и приревновать…
Она в жизни никого не ревновала… А Юру? Могла бы? Нет.
Ревность – это недоверие. А разве можно не доверять любимому человеку? Вот нахалке, которая вешается на ее любимого, Линда могла бы макияж подправить и прическу проредить. А любимому человеку за что?
За то, что другие видят, какой он замечательный?
Странно как-то… будь он плохим, так она б его и не выбрала, верно? Вот и получается: или бери то, что никому не нужно, и не будешь мучиться от ревности; или выбирай мужчину умного, яркого, броского (это не о внешности), сильного и да – привлекающего и других женщин!
Но тогда не сетуй. И учись ему доверять.
А если изменит? И предаст доверие?
Радоваться надо!
Радоваться, что под блестящей оболочкой показалось гнилое нутро! Что вовремя оно показалось и не поздно что-то изменить! Радоваться, избавляться от гадины – и искать настоящего.
И никак иначе.
Нельзя жить с подлецом и предателем, даже… ни ради чего нельзя! Предавший один раз – предаст и в сотый. Только вот ты можешь и не выжить после предательства.