Галина Гончарова – Проверка для магистров (СИ) (страница 36)
И – опасно.
Когда три девушки вылетели на поляну, посреди которой стоял небольшой шатер. Скорее даже палатка – не слишком-то он был роскошный. Темная ткань – для скрытности, невысокий, двоим людям еще комфортно, но трое-четверо уже не поместятся. Или – друг на друге.
И когда из шатра, прямо через ткань, в них полетели ледяные стрелы…
Если бы не активированные щиты, Линду бы просто пробило насквозь.
Со щитом – отбросило на дерево. Больно, но не смертельно.
Селия и ахнуть не успела, как ее отбросило следом за подругой. Щиты выдержали, но больно ведь! Сволочи!!!
По счастью, Анна-Лиза на такие вещи реагировала на инстинктах.
Палатку попросту накрыл водяной купол. И следующее ледяное копье застряло в нем, не пробив защиту до конца.
И еще одно.
И еще…
На третьем копье Селия встала и встряхнулась, на шестом Селия убедилась, что подруга жива и цела, только, судя по матюгам, сильно недовольна, и решила сначала поговорить с врагом.
– Сдавайся!
– Сдохни! – рявкнули из палатки.
– Все равно ты не уйдешь! – продолжила уговаривать Селия.
– Значит, убью мальчишку.
– Убивай, – согласилась девушка, – на здоровье. Думаешь, жалко?
– Это Аргайл!
Селия откинула голову и рассмеялась. Ядовито и холодно.
– Аргайл – это я! Думаешь, моим детям нужны конкуренты, ты?! Никто и не узнает, что тебя здесь прикопают…
– Стерва!
– Поправочка, – фыркнула Линда, вставая рядом с подругой и потирая грудь. – Стервы. Получи!
И из палатки донесся гневный сдавленный вопль.
Анна-Лиза убрала купол.
Селия шагнула вперед и откинула полог.
– М-да…
Ее глазам предстало внутреннее убранство палатки. Чрезвычайно бедное.
Два одеяла, брошенные прямо на землю.
Центральный столб, служащий опорой для конструкции. К столбу за ногу прикован ребенок лет трех.
На одном одеяле лежит и бессильно дергается женщина лет сорока. Средней комплекции, темноволосая и темноглазая, пухлощекая, просто одетая и больше всего напоминающая кого-то вроде служанки.
На втором стоит мужчина лет двадцати пяти. Красавчик, надо сказать! Не хуже Анны-Лизы, только в мужском варианте. Светлые кудри, громадные глаза, очаровательная улыбка…
Фигура тоже на уровне, и одежда позволяет отнести его к дворянам.
Обоих крепко держали выросшие прямо из пола растения. Длинные зеленые плети пробили ткань, обвили врагов, сжали…
Селия шагнула вперед:
– Анни, сможешь?
Анна-Лиза пожала плечами и коснулась цепи на ноге у мальчика. Металл быстро пошел пятнами, проржавел и рассыпался в прах под пальцами мага воды.
Селия подхватила ребенка на руки.
С чистенького личика на нее смотрели глаза Дороти Аргайл.
– Эдвин?
– Эди, – кивнул малыш.
Особенно замученным он не выглядел. Обычный ребенок.
Одежда – самая простая, почти крестьянская, волосы подстрижены кое-как, мордочка чумазая, ручки тоже грязные, ноги холодные – детям не стоит сидеть на земле, взрослые и то померзнуть могут…
– Тогда иди сюда. Пойдем к бабушке.
Малыш сжался на руках у Селии. Девушка скрипнула зубами. Убила бы гадов!
– Лин? Ты займешься?
– С удовольствием, – отозвалась подруга. И от души въехала мужчине в челюсть.
Тот обрушился на землю, как подрубленное дерево. Чистый нокаут.
Селия покачала головой, но возражать не стала.
Врагов еще надо доставить домой. Пусть побудут в бессознательном состоянии… и так их еще до лошадей тащить, и там еще сколько до дома ехать!
Сплошные проблемы с этими собакоголовыми. Оторвать бы им хвосты по самые уши!
Транспортировка до места заняла больше двух часов. Сами девушки добрались бы быстрее, но еще ведь садореновцев дотащить надо было! Этим занимались Анна-Лиза и Линда, а Селия тащила малыша. И когда девушки вновь очутились в Аргайле, руки у нее ныли, а спина просто отваливалась. Если бы не подпитка от накопителя, Селия бы просто свалилась посреди дороги вместе с ребенком.
Он хоть и маленький, хоть и не особо крупный, а вот возьмите трехлетку на руки! И потаскайте!
Тяжелые они, дети…
Как поняла Селия, мальчишку воспитывали без особого комфорта и любви. Потому что к ней малыш прижался, как к последнему средству спасения. Обвился, словно плющ вокруг столба, и слезать не хотел. Ох, не от хорошей это жизни! И все три девушки многообещающе поглядывали на пленников.
Нельзя так обращаться с детьми. Нельзя. Всему должны быть какие-то пределы.
У всех девушек было относительно, но счастливое детство.
У Анны-Лизы был ее отец, барон Эресаль, который хоть и помер, когда Анна-Лиза была еще ребенком, но Анни его помнила. И даже любила.
У Селии была мистрес Лиан.
У Линды – ее отец. Обожаемый и любимый.
А что здесь?
Отца, считай, нет. Для Эрвина этот ребенок не сын и наследник, а кандалы и оковы. Гарантия лояльности. Такое не любят.
Для его матери… мать умерла.
Тетка? Которая еще претендовала на звание приемной матери? Да полноте, можно ли вообще такое существо назвать матерью? Когда ребенка рожают, воспитывают, растят, чтобы держать человека на поводке?
Вот и получилось, что малыш никому не был нужен на всем белом свете. Первый же человек, который его приласкал и обогрел, стал дорог Эдвину.
Селия махнула рукой и решила, что леди Дороти займется малышом.
Наверняка…