Галина Гончарова – Полудемон. Месть принцессы (страница 10)
Я тоже улыбнулся.
– Ты же демон войны, – говорю. – А тут тебя вызвали по такому оригинальному поводу. Неужели не запомнилось?
Аргадон расхохотался еще раз.
– А ты и правда мой сын. Гляди-ка, у той безумной ведьмочки получился хороший мальчишка…
– Не говори так о Мишель!!!
Марта аж ногой топнула. Но Аргадон только пожал плечами.
– Это правда. Твоя мать, Алекс, была безумна. От горя и ярости. Ее кто-то предал. И она поклялась отомстить.
– Она умерла.
– Это тоже нормально. Если бы она родила от инкуба, у нее были бы шансы. А я – слуга войны. Ворон боя. Как она еще родить-то смогла… Сколько месяцев длилась беременность?
– Восемь лун, – ответила Марта.
– Ага. Неплохой результат. Она была… огонь, да? Алекс, ты огнем владеешь?
– Да. Мало.
– Это неудивительно. Ты еще ребенок.
– Некромант.
– Верно запомнил. Но для меня ты будешь ребенком, пока первый раз не сменишь форму.
Вот тут я уши навострил. Знаете, как хотелось?! Рик с семьей на ярмарку – я дома. Анри в деревню – я дома. Слугам – и тем на глаза без амулета показаться нельзя.
– А когда это будет?
Демон на меня поглядел, как на корову, которую покупать собрался. Внимательно так. Серьезно.
– Тебе сколько лет?
– Восемь.
– Ну вот еще лет через пять-десять. Тогда сможешь менять форму по своему желанию… наверное.
– Наверное?
– Ты же полудемон. Я не знаю, что ты от меня унаследовал, а что – нет.
Я уже окончательно осмелел. И спрашиваю:
– А проверить никак нельзя?
Демон аж головой дернул. А потом расхохотался. Знаете, как демоны хохочут?
Страшно?
Нет. Так же, как не страшна гроза. Или молния. Или ураган. Дико, яростно, хищно, безумно, неистово, но красиво. По комнате плеснуло холодом. В углах пентаграммы заклубился дымок, а Марта еще сильнее побледнела. Она за меня боялась. Что не удержу демона. Или сам не удержусь и шагну к нему.
Но я этого делать не собирался. Слишком хорошо я помнил, что демонам не доверяют.
– Вы, люди, вконец обнаглели, – говорит. – Палец дай – на шею сядете! С чего это я проверять буду?
– А самому не любопытно? – спрашиваю.
– А ты мне достаточно доверяешь, – спрашивает демон, – чтобы войти в круг и дать мне свою кровь?
Тут я задумался. С одной стороны – это самоубийство для некроманта. С другой – любопытно. И все-таки это не абы какой демон, а мой отец. Марта хотела что-то сказать, но демон поднял ладонь – и она замолчала. Я видел, как они переглядывались, этак понимающе, словно что-то сказали друг другу и теперь ждали меня, но тогда мне было не до взглядов. Я размышлял. Дать? Не дать? Шагнуть? Остаться? И наконец покачал головой.
– Нет уж. Настолько я тебе не доверяю. Другого способа нет?
Я прямо-таки увидел, как расслабилась Марта. Оказывается, все это время она готова была хватать меня, убеждать, тащить и не пущать… А демон только улыбнулся.
– Молодец, мальчик. И запомни на будущее. Демонам не верят. Не потому, что мы – порождение Темного Искушающего или как там его у вас зовут. Это все глупости. А потому что люди – наша пища. И торговаться с ними… это все равно что тебе – разговаривать с колбасой. Все равно ведь скушаешь. Что бы она там ни говорила. Так что не забывай этого.
И я понял – я сдал свой первый экзамен. На некроманта.
– Так я ж полудемон?
– Но не чистокровный. Это для меня ты сын, а для других – пища. Пока не докажешь, что сам их сожрать можешь.
И такие клыки во рту сверкнули – я навсегда запомнил это выражение лица, пронизывающий голос, жажду крови… «
– Ладно, – киваю. – Верить тебе нельзя. А проверить меня другим способом ты можешь?
– Могу, – соглашается. – Ты же меня все равно угостишь своей кровью, когда будешь отпускать? Дай мне немного крови пораньше.
Я поставил чашу на один из углов пентаграммы, а демон взял ее и сделал глоток. Посмаковал, как дорогое вино, минуту покатал на языке, потом облизнулся – и кивнул.
– Хорош-ш-ш-шо-о-о. Ты сильный, мальчик. Значит, так. Ты обладаешь магией огня. Как твоя мать. Хотя ты намного слабее. Ты сильный некромант и демонолог. Это и моя фамильная сила. А еще ты сможешь трансформироваться, но только когда вырастешь. Думаю, лет в пятнадцать, не раньше.
– А раньше – никак?
– У тебя может раньше срока борода вырасти? – забавлялся демон.
Я все понял.
– А почему у меня две силы? У людей же…
– Так какой из тебя человек? Полудемон ты. Полукровка. И дар у тебя такой же – с каждой половиной крови свой.
– А больше я от тебя ничего не унаследовал?
Демон задумался, потом кивает…
– Пожалуй. Ты сам можешь выбрать, куда тебя кровь поведет.
– Это как? – спрашиваю.
– Кровь – это сила. Ты полудемон и получеловек. Позволишь вырасти в себе демону – демоном и станешь. Нет – человеком останешься и человеческую жизнь проживешь.
– А что нужно, чтобы стать демоном?
– Убивать.
Отвечено было так, словно… ногти чистить. Или, там, лошади хвост подстригать.
– Убивать?
И по губам Аргадона скользит улыбка. Ленивая, неспешная, змеиная…
– Не просто убивать, нет. Своими руками, медленно, мучительно, наслаждаясь каждым криком жертвы и ее ужасом. Выпивая чужие жизни, как вино, и вдыхая чужую смерть, как дым.
Я задумался. Убивать людей? Нет, этого мне не хотелось. А демон усмехнулся еще коварнее.
– И начинать надо с близких. Вот с этой нахалки…
Я поглядел на Марту. И такая меня дрожь пробрала, как представил, что мне надо ее убить.
Мою няню, вторую мать, которая меня любила, которая ради меня жизнь бы отдала… Что я демону ответил – лучше при дамах не повторять. От такого бы и цветы повяли. А Аргадон рассмеялся. Ему что – демону? И пальцем Марте грозит.
– Эх, такого демона испортили своей любовью… люди!