Галина Гончарова – Перевал (страница 91)
Подобраться поближе тоже труда не составило. Парни по скалам ходить не умели, спотыкались, шумели, ругались, матерились – чего стесняться-то? Они тут одни, эта местность безлюдная, они еще и магические фонарики достали и перед собой дорогу освещали. А фонари эти дорогие, но, как у всех фонарей, у них один недостаток.
Кроме конуса света, ты ничего не увидишь. Человеческий глаз дольше перестраивается на темноту, чем на свет, и видим мы в темноте хуже, так что… за Фабианом и компанией можно было идти хоть впятером. Не поняли бы. Но Жамиль все равно прятался за скалами.
Первое, что он понял: на клад рассчитывать не приходится. Они явно несут человека.
Убили кого-то? Собираются прятать труп?
Тоже надо посмотреть. Он подождет, посмотрит, что и где, а потом труп-то и раскопает, и перепрячет… в следующем году, по весне, они сюда вернутся. И можно будет чуточку пошантажировать парней. Понятно, в свою пользу и в свой карман.
Если они на рамбиле ездят, то не бедные, а раз так – пусть делятся. От богатого немножко – не грабеж, а дележка, на том и стоим!
Вот и пещера.
Парни занесли туда сверток, задели им неудачно за стену, а тот и застонал.
– Так, клади его! – распорядился Фабиан. – Марко, ты все из багажника взял? Дерево, освященное в храме, широкий нож?
– Взял… грязно это, – поморщился Марко, который отлично понимал: сейчас тут будет грязно и кроваво.
Чтобы не призвали некроманты, надо отрубить голову и пробить сердце. Голову потом или выкинуть куда, или сжечь… а когда голову отрубаешь – кровь идет. Так что начать лучше с сердца.
– Давайте мне сюда кол и молоток, – приказал Никлас, – я сейчас забью этому Тьян… Фьян… как его там?
– Тьянху, – подсказал Пол.
Было неприятно, словно имя как-то очеловечивало… вот без имени убивать было бы легче! Ей-ей!
– Вот. Сейчас я этому Тьянху кол в сердце забью, подождем, пока сдохнет, и можно будет голову отделять.
Дальше ждать Жамиль не стал.
Он сильно сомневался, что в округе найдется еще один Тьянху, а если так…
Рука полезла в карман, сжала маленький магический снаряд. Такие давно применяются… правда, чаще в больницах или там, где надо срочно усыпить людей, животных – да всякое в жизни бывает.
Небольшой шарик. Сжать его – и кинуть вперед.
Работает у всех. Вообще.
Стоит дорого, но пару раз себя оправдывал, когда бабы бесились, так что работорговцы чуток потратились. Сейчас вот и пригодилось.
Жамиль сжал шарик и кинул вперед. И метнулся в сторону, в кусты, спасаясь от густого фиолетового дыма, который мгновенно заволок всю пещеру.
Минут через пять все развеется, все, кто находятся внутри, – уснут. И тогда можно будет войти внутрь, кого надо – связать, кого не надо – освободить, дождаться пробуждения и подробно расспросить у Аарена, что случилось.
Жаль только, шарики эти рассчитаны на двенадцать часов сна. Так что…
Придется подождать до завтрашнего дня.
Ничего, подождут.
Раньше в библиотеке сидели двое. Теперь трое мужчин обживали кресла. Алан Юрлих чувствовал себя не слишком уютно, но Робин и Матео были безжалостны.
– Привыкай! Ты как с его высочеством разговаривать собираешься?
Алан и не представлял себе такого. Для него уже мэр города – недоступная величина, а чтобы принц…
Как говорится, все люди равны, но некоторые равнее других[15].
Вроде бы и титулов давно нет, и монархия в стране достаточно скромная, конституционная, и совет при короле есть, и теоретически к королю может подойти и поговорить каждый…
В теории – да.
А на практике Алан и вообразить этого не мог! Что вы!
Вместо дискуссии он тщательно обмерял ноги Робина. А потом и Матео.
Да, магия может многое, но далеко не все. И лечить магов, которые ее потеряли, сложнее, и помощь была оказана не сразу. Матео лечили уже после освобождения, а переломов у него за эти пять лет набралось много, до сих пор прихрамывает.
Робина старались вытащить, лечили самое серьезное, остальное уже вторично. Вот и…
Обувь – мелочи?
Так наденьте неудобную обувь – и вперед, на работу! На весь день, да побегать, да побольше… мигом мнение поменяется!
Вот Алан и обмерял.
Кожу он уже заказал, Хью уже все привез, и теперь парни смотрели, как на столе творится почти волшебство.
Алан все тщательно обмерил, ощупал, прикинул, а потом чуть ли не одним движением руки принялся рисовать выкройки. Талант у парня определенно был.
Начать решили с сапог, так что Алан кроил две пары. Робину и Матео. Голенище, внутренний клапан, головка, подошва… кому-то кажется, что это легко? Зря! И поставить ногу на кожу, а потом обвести – тоже не выйдет, мерить надо, и выкройки должны быть с припуском, их же еще сшивать…
Алан с этим справлялся играючи, под его руками так и разлетались в стороны кожаные ошметки, аккуратно ложились одна к одной детали, мужчины даже и не думали лезть под руку. Видно же – человек знает, что делает.
Колодка, натяжка…
Хью купил и качественную дратву, и клей, и дерево, и промазать было чем, так что Алан блаженствовал. Понятно, для богатых мальчиков это корели медные, но для него-то! Это его дело, его жизнь, его радость! С принцем он поговорить, конечно, оплошает, но сапоги стачает на совесть и на зависть прочим, даром, что ли, своему ремеслу учился?
Миранда обожала смотреть на него за работой. Садилась рядом, глядела, и было от этого тепло и спокойно, она не раздражала, не злила, это было хорошо и правильно.
Мира, где ты?
Алан и спать толком не мог, так беспокоился за девушку. Просто понимал, что сейчас ничего не сделает. Помощь ему обещали, и помогут, и не обманут, а если он сейчас начнет носиться и расспрашивать про Миранду на каждом углу, скорее сам в беду попадет.
Но как же тяжело ждать!
Значит, надо работать, еще работать… пусть глаза слипаются, пусть пальцы уже шило удержать не могут… пусть так! Все лучше!
Лишь бы с Мирандой все было хорошо!
– А дочка-то молодец!
Уилл Манангер был доволен, в кои-то веки, сидел в кресле, вальяжно развалившись, и поглядывал на жену сверху вниз. Сессилия мирно сидела в кресле напротив и читала книгу. Или так казалось?
Впрочем, странички она перелистывала регулярно, а уж что там от них оставалось в голове? Кто знает?
– Да, дорогой?
– Говорю, в меня дочка пошла! Принцессой будет, а потом, глядишь, и королевой!
– Каролина – девочка умненькая!
– Да… жаль, сын получился неудельный, ну хоть дочка свое возьмет!
Сессилия улыбнулась.
– Я в этом уверена! Карла точно знает, чего хочет, и будет добиваться своего!
– Вот и правильно! Вся в меня девочка!
Уилл погрузился в сладостные мечты.
Вот он выдает замуж дочку, в главном храме столицы! Вот переезжает в столицу сам, вот король доверяет ему управление… чем?
А, не важно, у короны много чего в собственности! А дело Манангеров кажется уже таким мелким, таким незначительным… ерунда все это, вот!
Сессилия смотрела на мужа. Страницы книги она переворачивала автоматически. И думала, что если Карла добьется своего… тогда мать расскажет ей о самой главной тайне своей жизни.