Галина Гончарова – Перевал (страница 59)
– Милая, что не так?
– ЧТО не так?! ВСЕ не так!!!
Фелиция шваркнула в стену еще одну вазу. Супруг философски посмотрел на осколки.
Дом Лейтнеров не может украшать дешевка с рынка.
Супруга в припадке ярости перебьет любые вазы, забыв про их цену.
Как найти баланс? О, для Жозефа Лейтнера не было ничего невозможного. Он просто заключил договор с Академией Искусств и благополучно закупался творениями юных гениев.
И дешево, и сердито, и вполне может быть, что лет через сколько-то они будут стоить миллионы. Если доживут, конечно.
Хотя вот те красные вазы ему точно никогда не нравились, пусть Фели их разобьет, да и успокоится.
Жену свою Жозеф знал хорошо, и красные вазы, и голубые – все пали жертвами ее темперамента. И мужчина смог спокойно разговаривать с женой.
– Так что случилось, милая?
– Робин! Мелкий поганец!
– Даже так?
Уже не «бедный мальчик»? Понятно, это неплохо, но что натворил сынок?
– Я! Ему! Такую девушку нашла!!!
Зеленая ваза разделила участь своих товарок. А Жозеф начал о чем-то догадываться.
– Какую девушку, милая?
Фелиция зло фыркнула.
– Такую!!! Эмму Залхерст, между прочим!
Залхерст… что-то Жозеф помнил, но смутно, да и не важно сейчас.
– Так что же Робин, милая?
– Он ее испугал!
– Как?
Фелиция чуточку смутилась.
– Я не поняла до конца… кажется, он завел у себя дома крысятник и сказал Эмме, что для поправки здоровья ест крысиные мозги. Но я не уверена, ее мать так орала, ты не представляешь! Чего ты смеешься!!!
Жозеф зажал рот рукой. Очень ему не хотелось следующую вазу принять на свою голову, а Фелиция уже оглядывалась по сторонам.
– Чего ты хохочешь?!
– Извини, милая. Мне просто интересно, что Робин будет делать с крысами. И зачем они ему вообще понадобились?
– Кушать суп?
– Не верю.
– Бесчувственный чурбан! – топнула ногой Фелиция.
– Нет, любимая. Просто не надо давить на нашего сына. А то вдобавок к крысам еще и змеи заведутся. И жабы.
Ваза в него все-таки полетела, но рент Лейтнер уже уклонился и удрал.
Надо будет телеграмму Робину отбить. Предупредить, значит.
Мама в гневе, в ближайший месяц к ней не лезь. А потом приедешь да и расскажешь, что там, с крысами. Молодец, мальчик!
И оживает, и отбиваться начал…
Счастье – да и только!
Утро встречало Дамиана прохладой.
Поезд прибыл на станцию и теперь терпеливо ждал, пока его высочество соизволит освободить вагон.
Дамиан и соизволил.
Слуг он с собой не брал: во-первых, не безрукий, во-вторых, ему и Дона хватит, если что. Но гвардейцы помогали. Вытащили чемоданы и погрузили в рамбиль. Второй уже стоял наготове, для самого принца. Тетушка Римма ждала.
Тетку Дамиан обожал.
Старше отца на десять лет, ее высочество Римма была жутко ехидной особой. Умной, вредной, язвительной, за что ее не любила куча народа. Ее величество Лидия тоже не любила золовку, и это было вполне взаимно. Римма не упускала случая поддеть жену брата, и Риберто, чтобы не терпеть постоянные стычки, в результате принял волевое решение.
Римма отправилась в симпатичный город Верлен, в котором и проживала на содержании от Короны, в личном особняке. Ее величество Лидия вздохнула с облегчением, а брат и старший племянник начали навещать тетку два раза в год.
Дамиан иногда и почаще. Ему было легко у тетки, которая хотя и не была магом, но с интересом слушала рассказы про некромантию и обладала потрясающим черным юмором.
Лидия и Базиль в Верлен и носа не казали, девочки тоже тянулись за матерью, Римма чуточку грустила, но вида не показывала. Так и жила, в одиночестве.
Дамиан точно знал, что кого-то тетка любила и в молодости у нее была неприятная история. Не расспрашивал, понимая, что даже самому родному человеку не надо лезть в душу. Захочет тетя – сама расскажет, вот как отец! Ведь сколько лет молчал…
Не сложилось у тетки с детьми? Да и не надо, у нее племянник есть, и бросать тетю в одиночестве Дамиан не собирается.
Скелет Дон послушно лежал в чемодане. Кстати, Римма была в курсе его существования, даже и помогала немного, к восторгу племянника. Кости они отмывали и отбеливали вместе. И руны Римма помогала рисовать, чтобы потом было проще вырезать по нарисованному. Вот есть же нормальные женщины! Которые и не маги, и некромантов не боятся. Может, и ему повезет? Ну хоть самую чуточку?
Вот и тетин особняк.
Бледно-зеленого цвета, с белыми колоннами, на берегу озера… Дамиан точно знал, что на балконе установлены два кресла и столик. Тетка его там и будет ждать, и чайник с горячим чаем, и разные копченые вкусности… туда его высочество и направился решительным шагом.
Тетка помахала ему рукой.
Римма со стороны больше была похожа на крестьянку, чем на принцессу. Плотная фигура, не слишком красивое лицо, черные волосы, серые глаза… такие по ярмаркам ходят десятками, за колбасу торгуются. Одень ее в простую одежду, так и не отличишь. Разве что руки…
Вот ладони у них у всех – у Риммы, Риберто, Дамиана – были похожи. Узкие кисти, длинные пальцы, овальные ногти…
– Угощайся, мальчик мой!
Дамиан не заставил себя приглашать дважды.
– Сколько лет здесь живу, не могу наглядеться. Утром, днем, вечером… – Римма смотрела на воду. – Озеро каждый раз другое, и каждый раз мне становится спокойнее.
– Оно красивое, – искренне сказал Дамиан.
Не слишком большое, неправильной формы, с высоты балкона оно представало как на ладони. И берега, заросшие чем-то зеленым, и растения вокруг, и синее небо, отражающееся в такой же синей воде…
Дамиан тоже это чувствовал. Душевное спокойствие. И так уютно было просто сидеть, жевать и молчать… Дамиан даже плед взял, на ноги себе накинуть. Не потому что холодно, а просто – поуютничать.
Пришел и забрался к нему на колени большой черный кот, второй, бело-рыжий, но тоже здоровущий, осчастливил тетушку.
Старая дева с кошками?
Дамиан сейчас готов был войти в число кошаков. И было ему хорошо, под кошачье мурчание, под копчености, которые презрительно игнорировали заевшиеся мохнатые паршивцы, под шорох листвы и травы, под перекличку каких-то ранних птиц…
Бывают такие минуты, когда не надо ни о чем думать – просто жить и наслаждаться этой жизнью.
Прошло немало времени, прежде чем он решил заговорить о делах.
– Тетя, я не просто так приехал.