Галина Гончарова – Перевал (страница 108)
– Спасибо.
– Оставьте вещи на кресле, слуги займутся. Колокольчик рядом с кроватью, дернете за сонетку – служанка придет.
– Благодарю вас.
– Это я не знаю, как вас благодарить, рента. Но двери моего дома всегда будут открыты для вас.
На этом раскланивания закончились, и Рубиус отправился к гостям, а Элисон огляделась. Разделась прямо в комнате, покидала все в кресло, взяла с кровати шелковый комплект – рубашка и пеньюар – и отправилась в маленькую ванную комнату.
Там постояла с полчасика под горячим душем, вышла, обнаружила, что одежду у нее уже забрали, зато на столе оказался чайник, чашка и гора сладостей, но девушке уже ничего не хотелось.
Только спать.
В кровать она и упала, и даже не слышала, как вошла служанка, не чувствовала, как ее укрыли легким, но теплым покрывалом.
Вымоталась.
Его высочество Дамиан не успел уехать с утра к магам, как планировал. Пришлось ехать позднее.
Вовремя пришла телеграмма из Левенсберга.
– Работорговцы?! Вот еще этой пакости нам не хватало! – взвыл Дамиан.
И закрутилось колесо.
По тревоге были подняты все заставы, помчались по горам вестники, временно перекрыли границу…
Дамиану хотелось бы лично отправиться в горы, но толку-то не будет! Больше пользы он принесет на месте, сидя в штабе и помогая своим авторитетом. Даже не всегда распоряжаясь – военные лучше знают и что делать, и куда идти. А вот что-то продавить, что-то приказать… это он может. Это он сделает.
К тому же, судя по рассказу Фабиана Лернера (повезло парню, спасся), это был налаженный канал, и лучше Дамиану приглядеть за всеми. Это что ж творится, если в его стране, и уже не первый год, такая пакость процветает?
Что-то слышал и рассказал Фабиан, а что-то осознал и сам Дамиан.
Если девушки пропадают не первый год, а может, и мужчины, значит – как? Пропадают они из разных мест. Почему родные их не ищут?
Так ситуации у всех разные, вот кто-то на заработки подался, кто-то просто переехал, а кто и сам с родными разговаривать не хочет. Или вот, как кто-то из девушек, сбежал из дома.
Где ее там искать будут? И зачем? Чтобы выпороть?
И не найдут, и рукой махнут, пусть живет себе, как ум велит и совесть позволяет.
Если это продолжается достаточно долго, то – что? Налажены каналы сбыта, это первое. Налажен переход через границу, это второе. И кто-то верит, что договаривались просто с солдатиками?
Вот так, подошел, привет, солдат, ты туда не смотри, ты сюда смотри, а мы тут пройдем? Правда?
Вот и Дамиану в это не верилось.
Есть предатель. И должность у него не рядовая, это уж всяко. Вот знать бы другое… шляются-то эти сволочи по разным городам, как Фабиан понял, за год не больше двух раз они пленных через границу тащат. Весной, как горы проходимыми становятся, и осенью, перед тем как ляжет снег. А границу они примерно в одном месте переходят? Или в разных?
Это тоже важно…
Хотя, наверное, в одном.
Или есть на той стороне, в Доверне, кто-то свой? Да наверняка есть. А то ведь как, нашу-то границу ты перейдешь, а с другой стороны тебя и подстрелят?
Дамиан мысленно пообещал себе поотрывать все что можно подонкам. Благо он это и так сделать может, раз ему такой дар достался. Только надо знать, кому и чего желать.
Ничего, разберемся, разберем и разъясним.
Робин посмотрел на письмо. Потом подумал пару минут, взглянул на Алана.
– Знаешь что, а поехали-ка мы сами?
– К-куда? – удивился Алан.
– Что значит – куда? К его высочеству!
– А…
– Чем раньше начнутся поиски, тем быстрее найдется твоя любимая. Распоряжения-то отдать – много времени не надо, и выслушать нас принц тоже время найдет. Хоть бы и пять минут. Тео, грузи результаты в рамбиль!
Матео кивнул.
– Согласен! Если его высочество к нам не придет, то мы и сами доедем! И горы своротим![22]
Алан поежился. Сам бы он точно не осмелился, но ради Миранды?
– Что мне надеть, чтобы с порога в шею не погнали?
– Хью поможет, – отмахнулся Робин. – Хью, ты слышал?
– И слышал, и помогу.
– Отлично. Тогда по спальням – и готовимся к вылету!
– Я вам вылечу, рент Робби! Успеете еще, налетаетесь!
– Эм-м-м…
– Сам рамбиль поведу! Сейчас соберемся да и поедем, как приличные люди. И галстук не забудьте…
– Селедка противная, – прошипел в сторону Робин, но куда там.
– Ренте Элисон нажалуюсь!
На том дискуссия и закончилась. Робин отправился одеваться, Матео в лабораторию. Конечно, все подряд они тащить не будут, так, несколько кристаллов и не слишком большую папку с бумагами. А основные выводы можно и так сказать. Все равно не слишком они радостные.
День и работорговцы, и их пленники проводили в небольшой пещерке. Ее и так-то не найдешь, даже если знать будешь, всю ее девичий виноград заплел. Даже сейчас, когда уж осень, листья у него красные, а пока не опадают. Стоят, закрывают… сволочи!
Впрочем, девушкам не до того было, да и парням. Они как дошли, так и упали где стояли. Сил не осталось вообще.
Переход был длинный, тяжелый, ночной, парни вообще едва ноги переставляли, Пол два раза упал, губу рассадил о камень, зуб выбил. Никлас держался лучше всех, но и ему солоно пришлось. Марко спал как убитый, девушки – те вообще упали.
Работорговцам, конечно, дорога полегче далась. Они знают, куда идут, и им не надо со связанными руками равновесие держать, и что будет впереди – им известно… так что они поспали несколько часов, сначала Жамиль и Аарен, потом Веньят улегся подремать, Жамиль принялся сторожить, а Аарен перекусил, да и выскользнул из пещеры.
Ему надо было подать знак своим, на заставах. Им сегодня ночью надо перейти границу между Доверном и Элларой, они как раз спускаются с гор, тут секреты, тут граница, тут патрули… вот чтобы их с обеих сторон пропустили. А там уж, считай, и все в порядке. Они в Доверне.
Знаком служила небольшая хижина.
Аарен приходил в нее и растапливал печь. И дым начинал клубиться очень черный, плотный, так бывает, если дымоход долго не чистили. Или – если особый порошочек добавить в печь. Посыпать им дрова, и пускай горят.
Вот эта хижина, она хоть и не перевалочный пункт, зато стоит удобно, видно ее откуда надо. И дым этот видно.
Вот и на этот раз Аарен пришел, привычно кивнул старателю, который тут жил и за долю малую предоставлял свой дом для… чего?
Да кто ж его знает?
Старатель искренне считал, что это какая-то контрабанда, и в принципе сильно не ошибался. Просто не знал – КАКАЯ!
Порошок отправился в печь, а Аарен вышел и стал ждать ответного знака.