Галина Гончарова – Перевал (страница 10)
– Рент Рене Дальмен?
– Да, так она и пишет. Ты его знаешь?
– Да вы что, рена! Где я, а где он? Так, слышала кое-что! Столица, она ж где-то и тесная…
– И кто он такой?
– Вроде как дальний родственник тех же Эрдвейнов, о которых вы сейчас читали, – показала Элисон на газету. – Но если это он, то вроде как человек порядочный. Ничего плохого я о нем не слышала, никогда.
– А о других Эрдвейнах? – поинтересовалась рена Астрид.
Элисон качнула головой.
– Они меня не так чтобы интересовали. Если скандал какой или подлость, тогда да. Я же хотела в столице оставаться после института, поневоле знать кое-что будешь, да и нарочно узнавать. Мало ли с кем столкнуться придется.
– Это верно, – Астрид кивнула с пониманием дела. Работать тебе не только с бумагами, работать тебе с людьми. И лучше о них что-то узнать ДО того, как вляпаешься. – Значит, ничего?
– Нет…
– Кстати скандал там таки случился. Дана Эрдвейн и Эдгар Ратель поженились, так вот, вроде бы их на свадьбе обозвали прелюбодеями и предателями, нажелали рогов, облили красной краской, а потом еще стену в особняке исписали скабрезными надписями.
– Что вы говорите?
– Представляешь? Вот, почитай. – Газетчики, конечно, соврали кое в чем, но даже имеющегося было достаточно. – Свадьба получилась на редкость скандальная, теперь эти двое век не отмоются…
Элисон протянула руку, взяла газеты, побежала глазами по строчкам.
– Хм-м-м… действительно, серьезный скандал. Думаю, им это год припоминать будут, да и потом… забудут ли?
– Положим, эта младшая Эрдвейн и правда дрянь, жениха у сестры уводить подло!
– А если у нее любовь случилась? Она же может быть не виновата?
Асрид пожала плечами. Элисон она уже узнала достаточно хорошо и ни на минуту не поверила, что та спрашивает серьезно.
– Лисси, детка, дело в другом. Если бы этот Ратель хоть одну из девчонок любил, дело другое. Тогда он бы или младшей отказал, или, если бы уж так младшую любил, пошел бы к отцу, кинулся в ноги, так и так, с невестой поговорил бы… уж точно не тянул бы в постель сестру невесты. Это – гадко. Грязный это поступок, и мужик грязный, старшей сестре повезло, что она от него вовремя избавилась. А с другой стороны, и младшенькая там хороша́! Прыгать к чужому жениху в постель? Да ладно бы к чужому, сестру вот так в спину бить? Дрянная девка, и пара там получится мерзкая, и поделом им. Сами еще втрое наплачутся, да поздно уже… детей только жалко. А с другой стороны, от гадюк ежи и не родятся, такие же гаденыши небось будут. Старшую Эрдвейн жалко, конечно, а остальным в семейке – поделом!
– Поделом, – отозвалась Элисон из-за газеты.
Астрид повернулась к плите, снять закипающий чайник.
Элисон медленно опустила газету на стол, а руки под стол.
Так же медленно разжала сведенные судорогой гнева пальцы. Она отлично может с собой справиться, она это умеет, она училась, она должна… пока рена Шафф не заметила ничего неправильного. Лицо она держала, а вот руки выдали хозяйку.
Поженились?
Вот и отлично!
ЕЕ! ЭТО! НЕ! КАСАЕТСЯ!!!
Будьте вы оба прокляты!!!
– Че-го?!
Матео аж глазами захлопал от подобных пассажей.
Робин протянул ему письмо.
– Читай! Меня уже стошнило!
– Ну… – Матео побежал глазами по строчкам и с чувством продекламировал: –
– Какая-то Эмма Залхерст, – сверился с конвертом Робин.
– Не знаю, кто это, но она точно дура.
– На растопку пойдет, – фыркнул грубый Робин, собираясь скомкать письмо и кинуть его к камину, но Матео не отдал.
– Не смей лишать мир такого образца идиотизма! Это ж надо людям показывать, и вообще… откуда взялась эта идиотка?
– Это вы, рент Матео, не знали, что тут первое время творилось. – Хью, словно здоровущий кошак, ходил неслышно, и появление его оказывалось таким же неожиданным, как и кошачий прыжок на человека. – Такие письма потоком шли… выбрасывать не успевал!
– А почему я не знал? – праведно возмутился Робин. – Тут же коллекцию собрать можно было!
– Пили потому как, – ехидно отозвался Хью.
– Ну хоть никто не приезжал?
Хью пожал плечами.
– Как не приезжать. Приезжали…
– И? – заинтересовался Матео.
– Так рент Робби тогда был накушавшись. В дымину. Заорал, что, если посетительница хочет его видеть, она его таки увидит. И в дверях встал.
– Э-э-э-э-э?
– Как есть – голый. Даже без трусов.
Робин уполз поглубже в кресло. Матео помирал со смеху.
– Роб! Как ты мог!!!
– Не помню. Но, наверное, смог как-то. А что с ней дальше было?
– Так обморок же, – даже удивился Хью. – Так и лежала, пока я вас не увел, а ее водичкой из ведра не облил. Я как раз от колодца шел…
Матео взвыл от счастья и рухнул в соседнее кресло.
– Ы-ы-ы-ы-ыть! Хью, это нечто!
– Вы, рент, радуйтесь, что о вас в газетах не прописали, – хмыкнул Хью. – А то б не отбились.
– Ничего, мы в колодец насос установим. И пожарный шланг.
– Давно уж все установлено. Только вот идиоток и таким не остановишь.
И с этим мужчины были полностью согласны.
– Рента, и вот это еще сегодня обработайте. – Якоб свалил Элисон на стол еще горсть кристаллов.
Элисон застонала.
– Рент Видрич, я сегодня не смогу.
Якоб уставился на Элисон взглядом больной ящерицы.
Чем больной? Наверное, зубной болью, говорят, у варанов она тоже бывает.
– Почему?
Элисон логично показала на часы в углу.