Галина Гончарова – Перекрестки (страница 96)
А заказ, кстати, через два дня не то что вообще отменился – прошел слух о том, кто такой падре Ваккаро. И Джакомо горячо возблагодарил Бога – уберег!
Не дал тронуть…
Повезло.
Грустным было это Рождество в СибЛевране.
Дан Марк молча пил.
Вот как понял, что ни супруги, ни следа, так и запил.
Жестоко, зло, по-черному, со швырянием кубков в стены и пьяными криками. Не особенно новыми.
Я ее! А она… Как она могла?! За что?! Лю-у-у-у-у-у-у-у-би-ма-а-а-а-ая-а-а-а-а-а, верни-и-и-и-ись!
Любимая возвращаться отказывалась. И то сказать, из болота не выберешься, а и вылезешь – никто не обрадуется. Лично Адриенна надеялась, что эданну Сусанну там пиявки доедают. И даже если спустя десять – двадцать лет болото пересохнет, никто ее не опознает.
Украшения она с мачехи сняла, хоть и было противно. Одежду тоже… кроме рубашки, но что от той останется за десять-то лет?
Адриенна учитывала все.
Иногда меняются течения рек, ручьи пересыхают, год засушливый…
Даже если по случайности болото пересохнет достаточно, чтобы кто-то обнаружил тело, опознать его будет невозможно. Будем надеяться.
Про «болотных мумий» Адриенна не знала, но тут и болота были другие. Не торфяники.
Дан Марк пил.
Когда домочадцам это надоело, его просто переселили в его же покои и стали приносить туда вино. Сделать что-то еще было просто нереально.
Поговорить? Объяснить?
А как и что? Какие тут слова найдешь?
Нереально…
Оставалось надеяться, что время лечит, но ведь сколько того времени надо? Месяц? Год?
Адриенне было больно и тоскливо за отца. Дан Рокко хоть и утешал ее, но и самому ему было плохо. Все ж здоровье не то.
Слуги старались угодить дане, но девушке все равно было тоскливо и грустно. Может, и дальше было бы, не явись пред ее очи трое Делука.
– Дан Энрико! Дан Рафаэлло, дан Эмилио! Как я рада вас видеть!
Даны привезли письмо от Мии Феретти и просили разрешения поохотиться в СибЛевране. По их словам, что зайцы, что лисы, что всякая мелкая пушная зверюга здесь были попросту непуганые. Адриенна разрешение дала, но попросила не слишком увлекаться.
Даны охотно согласились.
С утра они ехали на охоту, вечером приезжали в СибЛевран… Адриенне перепали зайцы на плащ. Не слишком ноский мех, но другой ей просто не к лицу будет. Не рыжая она, лиса и белка не ее звери.
Но Адриенна все равно радовалась охотникам. Потому что раз они взяли с собой дана Марка, два… а там он и пить перестал. И втянулся.
О другой стороне истории она не знала, а дело было так.
Задача хорошего управляющего – все использовать для блага хозяев. Правда, вот куда можно приспособить троих здоровенных лбов?
Дан Рокко не сразу сообразил, а потом проследил за пьяненьким даном Марком, посмотрел на дана Энрико, да и пришел вечером в гостевые покои.
– Дан Делука, уделите мне пять минут? Пожалуйста.
Тот кивнул.
Дану Рокко внимание надо было уделять, еще как надо… человек он умный, связи при дворе у него есть… да и охота здесь хорошая. Своей земли у Энрико было шиш да маленько, приходилось вот так, напрашиваться в гости.
Охота же!
А так… он управляющему любезность сделает, тот ему добром отплатит…
Разве нет?
Дан Рокко тянуть не стал.
– Вы дана Марка видели?
– Видел. Пьет. Сильно. – Делука не отличался особой разговорчивостью, но тут-то чего неясного? И сильно, и пьет, и вообще… тяжко.
Бывает.
– Как эта баба сбежала, он сам не свой. Дана Риен хоть и бьется, а все равно мужская рука в хозяйстве нужна.
– Нужна, – согласился дан Энрико. Неужели к помолвке? Ладно, Эмилио не согласится, ему вроде как девчонка Феретти понравилась, да и той он по сердцу, но есть еще и Рафаэлло? А вдруг?
– Может, вы по-мужски с ним поговорите?
Дан Рокко вдребезги растоптал все надежды на удачную помолвку, даже и не заметив. Дан Энрико насупился.
– Может, дан, с которым помолвлена дана Адриенна, сможет помочь?
Дан Рокко только руками развел.
– Дан Делука, я и рад бы к нему обратиться, но – не поможет. Сейчас это просто невозможно.
Ага, а если и возможно… лучше не рисковать. Кинут бедного дана Марка в тюрьму. Понятно, там не наливают. Но ведь и легче никому от этого не станет?
– Вы сумеете быть убедительным там, где не смогу я. Я бы и сам, но здоровье… вы видите.
Дан Энрико видел. И каким чудом дан Рокко жил до сих пор – не понимал. Он еще два года назад поклялся бы, что мужчина – не жилец. Но ведь сидит напротив, и улыбается весело, и важно для него дане СибЛевран помочь…
А и ладно!
Поможем!
– Дан Рокко, я уж по-простому. Что с его женой случилось-то? Сбежала, шлюха?
– Мы все так думаем, – не соврал дан Рокко. – Сбежала, или пристукнул кто, эданна со всей округи кобелей собирала… Могла и нарваться.
Зимой егеря и стража прочесали весь СибЛевран. Но следов не нашли.
Никаких.
С одной стороны, и неплохо, никто не видел эданну мертвой.
С другой стороны – ее и живой никто не видел. А где искать? Конь ее тоже вернулся на конюшню. Кстати, как и кони стражников. Умные животные по зимнему времени не стали себе искать приключений на хвост, пришли туда, где кормят. Дан Марк помрачнел еще больше.
С горем и грехом пополам расспросили трактирщиков, расспросили всех, до кого добраться могли…
Вот ведь оно как.
Если бы эданна уехала сама, она бы точно взяла с собой и драгоценности, которые все – все! – остались у нее в комнате. И коня не позабыла бы. Чем-чем, а благотворительностью Сусанна не занималась.
Она заработала все это трудом и потом. Хотя и в постели…
И бросить?
С другой стороны, из замка она уехала сама. И могли ведь разбойники, которые убили стражников и пытались убить Адриенну, напасть и на эданну Сусанну?