Галина Гончарова – Перекрестки (страница 52)
А тот, в свою очередь, дал указание – и забыл. И пошли согласования, то одного, то другого… Финансы, команда, кто и когда…
Это же не так просто – сказать «Поезжайте и Бог с вами!». Это как минимум оружие, а оно тоже не простое, из серебра, это снаряжение, подъемные, командировочные, проездные…
Монахи?
И что? Кто-то считает, что они пешочком должны топать до места назначения? Они, конечно, смирятся и пойдут… только вот придут года через два. Это же не такой быстрый процесс, как путешествие в почтовой карете? Или вообще верхом?
В итоге все согласовали, и команда из шести монахов прибыла в Леверран, в Альмонте. И вроде как уже собрались на охоту… Нет-нет, дан Энрико предложил свою помощь, но его вежливо… отвергли. И дан решил пока наведаться в СибЛевран.
А что?
Все логично, если монахи сейчас отправятся в лес, нарвутся и потеряют кого-то из своих… это – их дело. Они сами так решили, причем в присутствии всей городской верхушки Альмонте.
Если в это время дан Энрико будет где-то рядом, то из него легко и непринужденно слепят виноватого. А что?
Должен был помочь!
Не помог? Виноват!
А что его помощь вроде как и не требовалась, что его вежливо послали… волку на хвост… Так кого это интересовать будет? Кардинала Санторо? Ага-ага, два раза.
Так что мудрый дан Энрико предусмотрительно самоустранился. А заодно…
– Дана Адриенна, это вам!
Адриенна тут же узнала печать на конверте.
Как женщина из рода Феретти, Мия имела право пользоваться усеченной частью герба. А именно – буква «Ф», щит и лавровая ветка. Понятно, корона, нашлемник…
Полный герб включал в себя щит, разделенный на две части, в одной части лавровая ветвь, в другой – свернувшаяся змея. Герб держат два крылатых черных же волка. Герб увенчан дворянской короной. Намет – зеленый и черный. В нашлемнике три серебряных пера, предположительно вороньи, но кто их знает?
Волки и змеи девушкам не полагались. Может, оно и правильно, нечего в женщинах зверство воспитывать. С этим и мужчины отлично справятся, куда там гербам!
– Дан Энрико! СПАСИБО!!!
Адриенна едва удержалась, чтобы не удрать тут же читать письмо. Но невежливо…
Выручил отец.
Дан Марк встал из-за стола, объявил очередной тост, Адриенна тут же подхватилась, мол, пора подавать и горячее – к тосту, – и удрала на кухню. А что?
Эданна Сусанна за слугами присматривать не любила, ей приятнее было посидеть за столом, выпить, закусить. А Адриенна, напротив, не любила пьяных застолий. И с радостью пользовалась предоставленной возможностью.
Вот в этом женщины друг друга отлично поняли.
Там ее Марко и нашел.
Адриенна уселась на подоконник и читала письмо подруги.
Мия писала вдохновенно.
Письмо одно, так что надо в него втиснуть все. И столичные сплетни («Ты слышала про его высочество и дану Карелла?»), и рассказы про Лаццо («Паскуале собирается на Девальс, я попросила его закупить там молочный жемчуг, тебе пойдет»), и о самой Мие…
Вот тут она особой правды не писала. Так, сообщила, что решила две несложные задачи… Адриенна все равно поняла.
Что ж.
Ее подруга убивает людей. За деньги.
У каждого свои недостатки, но осудить Мию Адриенна не могла. Вот хоть вы ее саму убивайте! Она знала о ситуации в семье подруги, и если кого и осуждала, так это дана Джакомо. И то…
Может быть, он и не прав. Надо было по-простому, как порядочные люди-то поступают! Мальчишку удавить по-тихому, во время эпидемии его смерть так и так на оспу списали бы! Девчонок – замуж за тех, кто первый предложит, без приданого. А что они долго не проживут… И что?
И загрести себе Феретти!
Вот это приличные люди бы поняли, правда? Это нормально и хорошо, порядочно и красиво. А вот учить девушку убивать людей – ай-яй-яй…
Хотя так и так те люди заслужили еще и что похлеще. Про Джордани Адриенна знала. И нет, ее это не коробило. То есть шантажировать, жениться на малышке, избивать ее, ломать – это нормально! А убить мерзавца за это нельзя?
Нет уж! Бог судит справедливо? Отлично, Мия просто позаботилась устроить суд чуточку пораньше.
А вот о Лоренцо…
Тишина и пустота.
Тут уже Адриенна успокаивала Мию. И честно писала, что Энцо ей снился пару раз.
Почему-то в доспехах, повзрослевший, серьезный… но не голодный, не истощенный, не избитый… может быть, он где-то воюет, может, письмо не дошло. Но Адриенна свято была уверена, что он жив.
Писала она и про оборотня, и умоляла Мию пока не приезжать. Мало ли? Опасно…
Мия искренне считала, что оборотень… это не ее проблема. Это проблема именно что оборотня. Если он не спрячется к ее приезду, то сам и виноват будет.
Но Адриенне этого не писала, чтобы не расстраивать.
А еще…
Не так давно Мия нашла интересный ритуал, который позволяет приманить оборотня. Правда, не факт, что это сработает… но, возможно, охотникам будет интересно попробовать?
Адриенна задумалась.
В принципе, все исходники у нее есть.
Конская кровь – она может сцедить немного у любого животного из табуна.
Кусок волчьей шкуры. Тоже не редкость… тот же дан Энрико привез восемь штук. Свежих, еще пахнущих волком и кровью.
Огонь, бузина и волчья ягода… тоже набрать можно.
И самое главное. Мия упоминала, что этот ритуал восходит ко временам Сибеллинов. То есть в ее руках он может сработать.
Адриенна просила ее узнать что можно про Сибеллинов и оборотней – Мия прислала, что нашла. А вот сработает это или нет – можно проверить только одним способом. Но…
Под носом у монахов?
Нет, спасибо, ее на костер не тянет. А еще это очень серьезный повод для шантажа. Если кто-то узнает… да что там! Деревенские бабки – и те страдают! Ее, если что, король в обиду не даст, но вот что он за это запросит?
Рисковать Адриенне не хотелось.
Она еще раз пробежала глазами написанные на бумаге строчки, сложила письмо и сунула в карман.
Потом еще перечитает. И еще раз…
Как хорошо, когда у тебя есть настоящая подруга!
– Отец Пио, мы точно идем в нужном направлении?
Шестеро монахов медленно шли по лесу.
Не просто шестеро мужчин, качественно вооруженных арбалетами с посеребренными болтами, посеребренными же клинками, святой водой, облатками и прочим, столь же полезным снаряжением.
Команда.
Серьезная, сработанная…
Правда, оборотни им попадались не часто. Но двое были на их счету. Один – шесть лет назад, второй – всего два года.
Монахи отлично справились.